Чародей и Дурак (2 стр.)

Тема

У покоев их ожидали восемь часовых — они скрестили копья, отдавая честь, и скромно потупили взор. Двойные двери отворились, и герцог повел Мелли внутрь. У порога Мелли оглянулась. Таула не было видно. Сердце ее слегка дрогнуло, но присутствие герцога тут же развеяло тревогу. Когда двери за ними закрылись, Мелли забыла и думать о ней — тревога осталась там, за порогом.

Они оказались в маленькой передней с короткой лестницей, ведущей вверх, в покои. Наверху были такие же двойные двери, как и внизу. Мелли ступила на первую ступеньку, но рука герцога легла ей на талию и повернула ее назад.

— Я хочу поцеловать свою жену на пороге, — сказал он.

Голос его показался Мелли чужим — в нем, низком и гортанном, звучало что-то неведомое ей. Его губы так крепко прижались к ее рту, что она почувствовала зубы. За ними последовал язык — тонкий, сухой и шероховатый, как старая кожа. Нога Мелли, занесенная над ступенькой, помедлила и приникла к его ноге.

Ее язык поднялся навстречу, спина прогнулась, руки взлетели вверх, губы раскрылись. Теряя рассудок от новых, неведомых прежде ощущений, Мелли тяжело приникла к герцогу. Он отстранился.

— Пойдем, любовь моя, я провожу тебя к нашему брачному ложу.

Но она языком вогнала эти слова обратно. То, что зародилось в ней, не допускало промедлений. Она не могла оторвался от герцога даже на миг. Сперва он боролся с ней и пытался направить вверх, поддерживая за поясницу, но она сопротивлялась по-своему, по-новому, покусывая его за ухо и часто, влажно дыша ему в затылок.

— Будь ты проклята, Меллиандра, — проворчал он, прижимая ее к себе. — Ты с ума меня сводишь.

Эти слова взволновали ее сильнее всякого поцелуя. Откинув голову назад, она подставила ему груди. С пресекшимся дыханием он опустил ее на ступени. Единственная лампа освещала герцога сзади. В первый миг Мелли изумило то, как ловко он управлялся с ее нижними юбками и панталонами: откуда мужчине известны все мелочи женского туалета? Потом она порадовалась этому: мужчина, знающий, что он делает, куда лучше какого-нибудь неловкого придворного юнца.

Он не стал расшнуровывать ее корсаж или расстегивать крючки на талии — просто поднял ей юбки и снял нижнее белье.

Каменные ступеньки вонзались ей в спину. Священное вино бежало в ее крови, неся с собой обрывки воспоминаний: прошлые поцелуи, ласки и прикосновения. Джек, Эдрад — Мелли оцепенела на миг — и Баралис. Длинный скрюченный палец, скользящий вдоль покрытой рубцами спины. Мелли помимо воли выгнулась еще сильнее.

Боль ворвалась в ее мысли. Ноги ее давно раздвинулись сами собой, и вдруг между ними что-то порвалось. Она хотела закричать, но во рту жалил как кнут язык герцога, а в памяти острым клинком торчал образ Баралиса. Боль сжалась в тугой комок, оставив пустоту, которую нужно было заполнить. Пальцы Мелли, сжатые в кулаки, теперь превратились в когти. Угол ступеньки впивался в спину, как рука. Мужчина вверху стал темным силуэтом, не более того.

Все произошло и кончилось слишком быстро. Цель не оправдала средств. Мелли дышала часто и неровно — ей хотелось еще.

Что-то теплое и тяжелое, как ртуть, стекало по внутренней стороне бедра. Мелли смотрела в потолок, украшенный медью.

Герцог, снова ставший самим собой, встал, оторвал манжету от своего камзола и подал ей.

— Возьми вытрись. Крови много. — Он говорил холодно, почти неодобрительно.

Мелли отвернулась и сделала так, как он велел. Стыд и смятение одолевали ее, смешиваясь с неудовлетворенным желанием. Если он так недоволен, наверное, она поступила нехорошо.

Кровь не так просто было оттереть — она была темная и быстро сохла. Герцог сказал:

— Надо было нам все же дотерпеть до постели. Здесь не место, чтобы знакомить тебя с любовными удовольствиями.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора