Начало мореходства на Руси (29 стр.)

Тема

В 1174 г. Андрей Боголюбский советует Святославу Всеволодовичу сказать Рюрику Ростиславичу: "пойди в Смоленьск к брату во свою отцину; а Давыдовы рци: а ты пойди в Берладь, а в Руськой земли не велю ти быти".

Из контекста видно, что Берладь не была Русью, "Руськой землей"; и предложить отправиться в Берладь означало примерно то же самое, что для новгородца времен ушкуйников отправиться в далекую Югру, для московского боярина очутиться в Пусто-зерске, для Дмитра Вишневецкого оказаться за порогами Днепра, в Сечи, т. е. означало предложение идти на все четыре стороны искать счастья по свету.

"Берладь" в представлении Андрея Боголюбского и его современников, князей и летописцев, - земля далекая, на которую не распространяется ни княжеская власть, ни созданные ею на Руси политические порядки.

Такова была Берладь, таковы были "подунайцы", берладники. Берладники представляли собой смешанное по этническому своему составу, но в основе своей русское, население, занимавшееся в низовьях Дуная и Днестра земледелием, охотой, рыбной ловлей, промыслами, часто выходившее на своих челнах для торговли и набегов в море. Здесь ловили рыбу "рыболовы галичьские" и жили "галичьские выгонцы". Берладники были хозяевами "Подунайских городов", весьма слабо ощущавшими власть галицкого князя. Полуоседлые земледельцы и промысловики, постоянно готовые к нападению и отпору врага - половцев, болгар, волохов и византийцев - и поэтому опытные воины, берладники были своеобразной "вольницей", населявшей и охранявшей юго-западные окраины Червоной Руси. Во время восстания Ивана Росгиславича Берладника к шеститысячному отряду берладников присоединяются горожане Кучелмина и смерды Ушицы, что подчеркивает близость берладников к народным массам Галицкой земли.

Для нас представляют огромный интерес плавания берладников по Черному морю. У впадения Днепра в Черное море лежал город Олешье (Алешки, ныне Цюрупинск). Это был русский порт, предназначенный для торговли, в частности, для торга с Царьградом, последний пункт на пути купцов - "греч-ников", начало или, если угодно, конец Греческого пути, место, где издавна обитали русские рыбаки.

Здесь, "во Олешьи", в 1084 г. князь Давид "зая грекы… и зая в них все именье", в 1153 г. сюда, "до Олешья", доходил с берендеями "притиву мачесе" Мстислав Изяславич, как некогда "к порогам" ходил "противу" Анны Владимир Свято-славич.

В 1164 г. из Олешья приехал ездивший "к цареви" Гюрята Семкович. Лодьи из Олешья, везшие рыбу и вино, дали возможность Даниилу в 1213 г. прибыть на Днестр.

Олешье, как важный торговый пункт, было хороша известно и за пределами Руси. Знали его в Царьграде, где жили греческие купцы, ездившие в Олешье, как это было, напр, в 1084 г.; знали его и в генуэзских колониях и в самой Генуе. На некоторых итальянских картах XIV в. Днепр носит название "реки Олешья" (Ellexe, 1'ellexe, Elese, Jllicis).

Все это говорит о значении Олешья в торговых связях Руси, о его роли в русском мореходстве на Черноморье в XI–XII вв. Где-то здесь же, на нижнем течении Днепра, лежал упоминаемый Идриси город Molsa.

Здесь-то, в Дунайских гирлах и Днепровских плавнях, от Берлади до Олешья, по Черноморскому побережью развертывается эпопея морских походов "подунайцев".

В 1159 г. Иван Ростиславич Берладник "ста в городах Подунайскых и изби две кубаре (корабли, от греческого юоу, - fiapio. - В. М.) и взя товара много в нею, и пакостяше рыболовом Галичьским".

Речь идет о кораблях галицких купцов, подвергшихся нападению со стороны его воинов-половцев и берладской вольницы. Пред нами два типа судов - лодьи галицких рыбаков, которым Иван Ростиславич "творил пакости", и корабли (кубары) галицких купцов, которые он захватывает вместе с товарами. Для того, чтобы брать кубары и "пакостить" рыболовам, надо было самим действовать на судах. И берладники, действительно, были искусными мореходами.

В скором времени подунайская вольница стала еще более активной на море.

В восстании 1159, восстании горожан, смердов и берладников, связанном с именем и деятельностью Ивана Ростиславича Берладника, шеститысячный отряд берладников составлял вместе с половцами основную военную силу Берладника. Повидимому, во время этого восстания "вольница" берладников на своих лодьях выходит в море и захватывает Олешье. Лишь в 1160 г. берладники были изгнаны из Олешья, и то только после того, как против них был брошен спустившийся в "насадах" вниз по течению Днепра вплоть до Олешья многочисленный отряд киевских воевод Юрия Нестеровича и Якуна.

Юрий (Гюрги) Нестерович и Якун разбили берладников, преследовали их по морю до Дичина (Дциня), где "избиша е и полон взяша".

Этот налет берладников на Олешье очень напоминает черноморские походы казаков.

Путь по рекам Подунавья в Черное море, а оттуда на Днепр не был забыт и позднее, в XIII в. И на сцену выступает все та же подунайская вольница, "подунайцы", галицкие "выгонцы".

В 1223 г., когда княжеские рати двигались на юго-восток, к роковой Калке навстречу Джэбе и (Вубэде, "выгонци Галичькыя" спустились по Дунаю или Днестру, вышли в море, морем дошли до Днепра и поднялись по Днепру вплоть до порогов, где соединились с шедшими сухопутьем княжескими дружинами. Здесь, "у реки Хорътице на броду у протолчи", стала рать "выгонцев Галичькых".

Сила эта была немалая - галицкие "выгонцы" подошли к Хортице на тысяче лодий. Во главе "выгонцев" стояли Юрий Дома-мирич и Держикрай Володиславич. Появление рати "галицких выгонцев" было неожиданностью для князей. Следовательно, это была вольница, рать "подунайцев", по своей инидиативе двинувшаяся навстречу княжеским дружинам земли Русской для боя с татарами. Не были воеводами галицкого князя Юрий До-мамирич и Держикрай Володиславич. Может быть, они сами были "выгонцами", а может быть и боярами, изгнанными из Галицкой земли Мстиславом Удалым и Даниилом Романовичем во время феодальных войн князей с боярами, войн, которыми так богата история Червоной Руси, и поэтому выступавшими под названием "выгонцев", - трудно сказать. Весьма возможно, что Юрий Домамирич и Держикрай Володиславич, как и некогда Иван Ростиславич, выступивший во главе движения берладников и вошедший в историю с прозвищем Берладник, лишь возглавили поход "подунайцев". Однако несомненно - они не были княжескими воеводами. Галицкие "выгонцы", повидимому, первыми столкнулись с татарами, "въидоша в море" с Подунавья и Приднестровья (в летописи ошибочно, "приднеша по Днепру" вместо "Днестру"), и, подымаясь вверх по течению Днепра у порогов, галицкие "выгонцы" шли и правым и левым берегом Днепра. Их видели татары. Многочисленные русские лодьи, повидимому, заинтересовали и встревожили татар. До сих пор они видели лишь пешее и конное воинство, сражавшееся на суше. "Лодей тысяща" были для них неожиданностью. Вот почему к "протолчи" (отсюда начали "проталкиваться"), где на мелководье сосредоточился русский флот, они выслали разведку ("пришли суть видеть олядий Рускых").

Для Даниила Романовича и других русских князей это были "невиданьная рати". Князья спорили о боевых качествах татар. Кто говорил, что татары - опытные стрелки из лука (это действительно так и было), другие же утверждали, что они - плохие воины, "пуще и Иоловець". Но галицкие "выгонцы" уже имели столкновение с татарами. Где оно произошло, каковы были последствия его для обеих сторон - неизвестно, но слова Юрия Домамирича, утверждавшего, что татары "ратницы суть и добрая вой", были, несомненно, обусловлены тем, что ему уже пришлось иметь дело с воинами Джэбе и Субэде.

Судя по количеству лодий (1000), в походе участвовало не менее 35-40 тыс. человек, а это свидетельствует о многочисленности русских "подунайцев", для которых не была безразличной участь земли Русской. Для нас также чрезвычайно важным является то обстоятельство, что свой грандиозный поход галицкие "выгонцы" предприняли морем, а это говорит о том, что, во-первых, морской путь Дунай - Днепр не только не был забыт в XIII в., но попрежнему был оживленной артерией, и, во-вторых, что "подунайцы" предпочитали лодью коню, т. е. о их мореходных традициях.

Не был забыт на Руси и торговый путь через Черное море. Правда, в начале XIII в. морская торговля и, прежде всего, хлебом, из Руси через Крым в Малую Азию оказалась в руках турок-сельджуков, но ненадолго. Ибн-ал-Асир под 1205 г. повествует, что при Хосрове-шахе "прекратилась… дорога из стран Рима, Руси и кипчаков, как сухопутная, так и морская".

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора