Фронтовик. Без пощады! (19 стр.)

След был зыбкий, но он дал результат. Одна из кассиров обратила внимание на новую хрустящую двадцатипятирублевую купюру. Ей бы незаметно знак подать продавцу, а она стала открыто сверять номер купюры с номерами из списка. Несостоявшийся покупатель тут же затерялся в толпе. Кассир лишь успела заметить, что мужичонка был среднего роста и невзрачного вида, в серой кепке.

У оперативников мысль мелькнула – Полоскун, помощник и наводчик Федьки. Отсутствие каких-либо примет – тоже своего рода примета.

Прошло несколько дней, но больше купюры из украденных серий в магазины никто не приносил. Переодетые в гражданское, оперативники дежурили во всех крупных магазинах. Но опытный глаз сразу отличал их от обычных покупателей. Стрижка по-военному короткая, слоняются по торговому залу бесцельно, а главное, глаза – цепкие, оценивающие. Так только милиционеры и чекисты смотрят. Уголовники ведь люди тертые: вошел в магазин, осмотрелся, оперативника засек – и назад.

Да и с одеждой прокол вышел. Оперативникам были выданы одинаковые серые габардиновые плащи – ну не хватало у тыловиков-снабженцев ума или сообразительности запустить товар не только разного размера, но и цвета. Вот и выходило, что серый плащ и короткая стрижка – как надпись на спине: я из органов внутренних дел.

Уголовники только ухмылялись. За неделю оперативники вымотались, с утра и до закрытия магазинов они слонялись по торговым залам – и все безрезультатно. А начальство требовало задержать воров. Как же, рабочие без зарплаты остались!

Оперативники получили от агентуры сведения, что Федька с подельником собрались из Москвы уехать – уж больно милиция обложила. На улицу не выйдешь, и в магазине ничего не купишь: денег полмешка, а потратить их невозможно. Поскольку поезда и вокзалы – вотчина транспортников, тут же оповестили транспортную милицию, раскинули на преступников густую сеть. А на привокзальные площади послали оперативников и в помощь им – несколько постовых. В их число попал и Андрей.

Привокзальные площади велики, народу много: пассажиры, провожающие, встречающие – сутолока. Тут и десять сотрудников поставь – могут не усмотреть. Потому как разыскиваемые – тертые калачи, напрямую к вокзалу не пойдут. Билеты им могут купить другие – те же марухи-девицы, с кем они могут проживать. А преступники могут появиться в последнюю минуту перед отправлением поезда. Не исключено – со стороны пакгаузов, багажного отделения, депо.

Андрей получил инструкции наравне с другими. Весь день, отлучаясь только в туалет, он промаялся на площади у Павелецкого вокзала – это направление бегства медвежатника считалось наименее вероятным. Основные силы были брошены на площадь трех вокзалов и на Ленинградский вокзал. Преступники старались затеряться в крупных городах – Ленинграде, а по ходу транссибирской магистрали – Горьком, Казани.

Андрей всматривался в проходящих людей, и к вечеру от мельтешения лиц рябило в глазах, гудела голова.

На следующий день ему снова пришлось стоять у Павелецкого вокзала, только на этот раз – со стороны пакгаузов, как раз в этом месте к составам прицепляли паровозы. Они пускали пар, дымили, лязгали сочленениями. Андрей с тоской подумал, что после такого дежурства придется стирать мундир, везде пыль угольная.

Служба его уже шла к концу, когда через три пути от него мелькнула между вагонами высокая фигура. Андрей видел ее какое-то мгновение, но ему показалось, что мужчина был в черных очках.

Андрей бросился через пути, обегая паровоз – здесь заканчивался перрон. Паровоз заревел, давая сигнал к отправлению, и от неожиданности Андрей подскочил.

Провожающих было много, проводники уже стояли на площадках, держа в руках желтые флажки.

Андрей успел заметить, как мужчина вошел в вагон. Черт, он увидел его только со спины!

А паровоз выпустил клуб пара и с тяжелым выдохом провернул колеса. Вагоны лязгнули сцепками и медленно покатились.

Что делать? Если бежать к зданию вокзала, чтобы сообщить оперативникам, поезд уже уйдет. Да и не факт, что вошедший в вагон – именно Федька Одноглазый. Лица его Андрей так и не видел – как и то, был ли у него груз.

Издалека не было понятно, в какой вагон сел мужчина. Думать было уже некогда – мимо Андрея проплывал, постукивая колесами, пятый вагон.

Уцепившись за поручни, Андрей вскочил на площадку.

Проводница выругалась:

– Зачем же на ходу заскакивать? Вдруг под колеса угодишь? А еще милиционер!

Билет она с Андрея не спросила. Раз в форме, значит – на службе; вон, кобура на ремне висит.

Поезд убыстрял ход, мимо пронеслись стационарные постройки.

Проводница закрыла дверь и сунула флажок в сумку.

На выходных стрелках вагон начало раскачивать.

– Куда идет поезд? – спросил Андрей.

– Служивый, да ты что? Сел на поезд и не знаешь, куда он идет?

– Не шуми, хозяйка. В поезд карманник сел, я его издалека приметил.

– А мне уже показалось – не пьяный ли?

– Как можно? Я же при исполнении!

– Ну так иди, исполняй, пока карманник твой не обобрал кого-нибудь. А поезд в Рязань идет.

– Из транспортной милиции поезд кто-нибудь сопровождает?

– Сегодня не видела. Ты в форме один.

– Следующая станция когда?

– Жуковский, стоянка две минуты, – заученно ответила проводница.

Андрей понял, что за две минуты стоянки ему до милиции не успеть, поезд уйдет. А ведь он хотел и транспортникам сообщить, чтобы человека или наряд ему в помощь дали. Да и в свое отделение сообщить, где он находится и почему на посту отсутствует.

– А потом?

– Воскресенск, три минуты. В Коломне поезд полчаса стоять будет – там паровоз бункероваться водой и углем должен.

– Сколько до Коломны ехать будем?

– Чай, у нас не скорый поезд и не литерный, потому – два часа с хвостиком.

– Спасибо.

По крайней мере, на два часа он мог рассчитывать. Жуковский и Воскресенск – станции маленькие, и Федька, если это был он, на них вряд ли сойдет.

Теперь надо методично обойти все вагоны. С плацкартными проще будет, все пассажиры на виду.

– Хозяйка, а купейные вагоны в составе есть?

– Один вагон, седьмой. Там все больше начальники ездят.

Андрей пошел по вагонам в сторону головы поезда. Он шел по коридору, поглядывая влево и вправо.

Кое-кто из пассажиров уже на столики снедь разложил, другие тасовали колоду карт. А некоторые, взобравшись на верхние полки, уже устроились спать. Андрей толкал их и просил показать документы – ему нужно было видеть лицо. Мимо женщин он проходил быстро.

Следующий вагон был общим, и места были только для сидения. В вагоне уже было накурено, душно, хныкали дети, и потому времени на досмотр ушло больше.

Потом было еще два плацкартных вагона.

Пока Андрей осмотрел четыре вагона, поезд замедлил ход и остановился на разъезде. Андрей выскочил в тамбур и выглянул в дверь – не спрыгнет ли кто? Мимо прогрохотал, обдав ветром и запахом мазута, встречный грузовой поезд.

Их состав тронулся.

Теперь Андрей направился в сторону хвоста.

Четыре вагона он миновал быстро. Вот и пятый, куда он садился.

Проводница встретила его вопросом:

– Не нашел?

– Нет пока, к хвосту иду.

Он осмотрел пятый вагон и зашел в шестой, тоже плацкартный. В это мгновение ему показалось, что в конце коридора мелькнула мужская фигура. Может, кто-то из пассажиров в тамбур пошел покурить?

Он прошел весь вагон и уже в конце обратил внимание, что верхняя полка пуста, одного пассажира не хватает. Трое сидят у стола, ужинают, двое – на боковых полках.

– Тут свободно? – похлопал он ладонью по полке.

– Занято. Вышел человек – покурить либо в туалет. А что?

– Нет, ничего, я просто так спросил.

Ну что же, вполне может быть, что вышел именно покурить.

Андрей подошел к туалету, повернул ручку – пусто. Открыл дверь в тамбур, шагнул. Боковым зрением увидел справа от себя тень. Повернуться, среагировать не успел, и получил сильный удар в живот. От боли перехватило дыхание, согнуло в три погибели. Он хватал ртом воздух, но его недоставало.

Хлопнула дверь в тамбуре, ворвался свежий воздух.

– Прибить бы тебя, мусор, да мокруху на себя вешать неохота. И откуда ты взялся?

Усилием воли Андрей повернул голову. Мужчина – а это был именно Федька Одноглазый – ухватился за поручень одной рукой. В другой руке он держал кожаный саквояж – вроде тех, с которыми ходили доктора. Повиснув на ступеньке, он улучил момент и спрыгнул.

Андрей успел оценить рост и могучее телосложение Федьки.

Наконец боль отпустила. Андрей перевел дыхание, сделал шаг в сторону открытой двери и выглянул. Спрыгнувший с поезда Федька уже поднялся с насыпи и подобрал саквояж.

Андрей обернулся по ходу поезда. Он тоже намеревался прыгнуть, но не хватало налететь на столб. Линия не была электрифицирована, но вдоль путей стояли столбы связи.

Как только промелькнул очередной столб, он спрыгнул лицом по ходу поезда, сгруппировался, приземлился на ноги и покатился кубарем. Поднявшись, поочередно согнул руки, ноги. Вроде цел, нигде ничего не сломано. Только живот поднывал, побаливал от Федькиного удара.

Андрей подобрал слетевшую фуражку.

Мимо прогрохотал последний вагон, и поезд стал удаляться.

Метрах в двухстах виднелась фигура Федора – он шел размашистым шагом.

Сначала трусцой, а потом уже и в полный шаг. Андрей побежал.

Обернувшись, Федор заметил преследование и побежал. Здоровый, чертяка, один его шаг – как два у Андрея. И мчится, как лось. Понятное дело, кому охота снова в тюрьму, тем более что дело уже выгорело – в руках саквояж с деньгами.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке