Утопия (2 стр.)

Тема

Он самостоятельно добрался до террасы и занял нечто вроде шезлонга – один из немногих здешних предметов, назначение которого было ему понятно. В интерьере этого сверхавтоматизированного дома обычная мебель казалась инородным телом.

Ленивой походкой на террасу взошел Джо Эдмондс. При виде Трейси он вопросительно поднял брови. Сегодня на нем были шорты; шорты и шлепанцы, непонятным образом державшиеся на ступнях без помощи какого бы то ни было ремешка. Джо то и дело щелчком, как монету, подбрасывал вверх плоский зеленый камешек.

– Как вы себя чувствуете? – спросил он.

– Что это у вас за штуковина? – раздраженно спросил Когсуэлл вместо ответа.

– Это? – мягко переспросил Эдмондс. – Это нефрит. Вам приятны осязательные ощущения? Когсуэлл хмуро покосился на него.

– Китайцы веками изучали свойства нефрита, – продолжал Эдмондс. – Общение с камнями они возвели в ранг искусства. У меня неплохая коллекция нефрита. Я вожусь с ней не меньше двух часов в день. Умение получать тактильное удовольствие от поглаживания нефрита приходит отнюдь не сразу.

– Вы хотите сказать, что вам больше делать нечего, кроме как поглаживать эту зеленую гальку?

Тон Когсуэлла заставил Джо Эдмондса покраснеть.

– Конечно, есть и менее безобидные способы проводить время, – сказал он.

В дверях появился Уолтер Стайн и озабоченно поглядел на Трейси:

– Как вы себя чувствуете? Вы не утомились? «Вылитый Пол Лукас, – решил про себя Трейси. – Пол Лукас в роли доктора медицины».

Вслух он сказал:

– Ну вот что: если мне не объяснят, что здесь происходит, у меня, я чувствую, крыша поедет. Я понимаю, что так или иначе, но вы вытащили меня из какого-то безумного кошмара, в который я влип. Похоже, я совсем сломался, нервы не выдержали.

Джо Эдмондс снисходительно хмыкнул.

Когсуэлл повернулся к нему:

– Что тут смешного?

Академик Стайн поднял руку:

– Не надо обижаться. Джо определенно не блещет чувством юмора. Видите ли, мы не спасали вас от нервного кризиса. Напротив, это мы вам его устроили. Пожалуйста, простите нас.

Трейси Когсуэлл уставился на него. Стайн поежился и спросил чуть ли не с робостью:

– Мистер Когсуэлл, вы догадались, где находитесь?

– Конечно. Вон там за проливом – Испания.

– Это не совсем то, что я имею в виду. Будем говорить без обиняков, мистер Когсуэлл. Если б мы по-прежнему пользовались не совсем удачным летосчислением ваших времен, мы бы сказали, что сейчас примерно 2020 год.

«Странно, – подумал Трейси, – кажется, меня это не очень удивило. Как будто я догадывался о чем-то в этом роде».

– Путешествие во времени, – произнес он вслух. Подобные вещи никогда его не занимали, хотя смутное представление о них он все же имел – из пары каких-то фильмов, из рассказа, прочитанного много лет назад.

– Ну, не совсем, – Стайн насупил брови. – Хотя… в определенном смысле можно сказать и так.

Джо Эдмондс негромко рассмеялся:

– Ну, Уолтер, ты не блещешь определенностью.

Его старший товарищ, сидевший на низком каменном парапете террасы, наклонился вперед, уперся локтями в колени и сцепил пальцы:

– Насколько нам известно, путешествие во времени невозможно.

– Но вы же сами только что сказали…

– Вы, в сущности, находились в состоянии анабиоза – или приостановленной жизнедеятельности, так будет, пожалуй, понятнее.

Вещи быстро становились на свои места. Узел еще не распутан, но уже видны свободные концы.

– Но вам нужно было вернуться назад во времени, в мои дни, чтобы… чтобы сделать то, что вы со мной сделали. Чтобы управлять моими действиями.

– Вернуться – но не нашим телам, мистер Когсуэлл. Материя не может путешествовать во времени. Разумеется, не считая ее нормального движения, в естественном ритме жизни. Однако разум способен путешествовать во времени. Ведь именно так работает наша память.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке