Долина создания

Тема

Эрику Нельсону показалось, что странные голоса зазвучали у него в голове, когда он спал в постоялом дворе прифронтовой китайской деревушки.

«Могу я убить его, маленькая сестра?»

Голос был нечеловеческим, в нем ощущались настолько чужие интонации, что даже во сне Нельсон вздрогнул.

«Нет, Тарк! Ты должен следить за ним, но не убивать! Пока не убивать!»

Второй голос показался Нельсону вполне человеческим, серебристым, однако на редкость холодным и безжалостным.

Нельсон понимал, что это всего лишь сон. Он понимал, что лежит в полуразрушенной после жестоких боев деревушке с названием Йен Ши и что прошедшим вечером изрядно нагрузился рисовой водкой. Слишком уж часто в последнее время смерть смотрела ему прямо в лицо – видно, усталость, нервное перенапряжение и алкоголь сыграли с ним злую шутку.

И в то же время этот воображаемый диалог был пугающе реален. Нельсон вновь услышал первый, нечеловеческий голос, и нервы его натянулись, словно струны.

«Они все должны умереть, маленькая сестра!

Эрик Нельсон открыл глаза, пытаясь прогнать остатки кошмарного сновидения, а затем выскользнул из‑под одеяла. Некоторое время он стоял посреди темной комнаты, приходя в себя, затем машинально подошел к распахнутому окну и увидел, как рядом с хижиной промелькнула черная тень и исчезла, прежде чем он успел как следует ее разглядеть. Но это был не человек!

С проклятием Нельсон бросился к стулу, на котором висела его форма, и, выхватив из кобуры пистолет, вновь подбежал к окну. Он успел разглядеть какую‑то большую птицу, скользнувшую по звездному небу, и услышал шум ее крыльев.

Нельсон выругался, дрожа от пережитого ужаса. Его мозг был затуманен, желудок выворачивало от вчерашней безудержной попойки. Но постепенно он начал приходить в себя. За окном открывался привычный ночной пейзаж: звездное небо, волнистая стена джунглей, над ней – еле различимые громады тибетских гор.

Начало светать. Нельсон спрятал оружие в кобуру и с силой провел ладонями по небритому лицу.

– Черт, кажется, я вчера перебрал, – пробормотал он и, пошатываясь, отошел от окна и уселся на койку. – От этой дрянной водки еще не такое может причудиться…

Ночные страхи никак не забывались. Смущал не столько сам факт, что он слышал во сне чей‑то разговор; нет, дело было в первом, лишенном интонаций голосе…

Нельсон зажег глиняную лампу и стал присматриваться, пытаясь найти чьи‑либо следы. В мерцающем, чадящем свете он не обнаружил ничего подозрительного в своей голой и грязной комнате. Тогда он набросил на плечи китель и вышел в соседнее общее помещение. Здесь ночевали трое его подчиненных, младших офицеров – все, что осталось от некогда грозного отряда наемников.

Двое храпели на койках: огромного роста датчанин Питер Ван Воос и Лефти Вистер – кокни, то есть уроженец Лондона. Он был невысоким, худощавым и чем‑то напоминал паука – может, своей жадностью и беспощадностью. Третий офицер, Ник Слоан, человек с кряжистой фигурой и вечно алчными глазами, брился у стола, глядясь в небольшое зеркальце из полированной стали. Заметив вошедшего Нельсона, Слоан повернул к нему плоское загорелое лицо, обрамленное коротким ежиком рыжеватых волос, и недовольно спросил:

– Чего ты так вопил, Эрик? Дурной сон приснился с перепою? Разбудил, понимаешь, человека…

Нельсон заколебался, а затем решил сказать правду.

– Хочешь верь, хочешь нет, Ник, но кто‑то ночью пробрался в мою комнату. Я слышал чьи‑то голоса и видел тени за окном…

– Здорово ты вчера надрался! – неодобрительно бросил Лик, тщательно выбривая щеки.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке