Удивительные приключения пана Дыли и его друзей, Чосека и Гонзасека (3 стр.)

Тема

На руке пана Гымзы сверкало кольцо, и взгляд пана Дыли случайно упал на него. Пан Гымза перехватил взгляд.

— Вы грозите, и я мог бы вызвать полицию. Но я добрый человек и не хочу, чтобы обо мне думали плохо. Вот, возьмите это кольцо. Оно стоило гораздо больших денег, чем вы требуете. Но я дарю его, — пан Гымза стянул с толстого пальца кольцо и протянул его пану Дыле.

Помедлив, тот взял кольцо, молча поклонился, и все трое вышли на улицу.

Кольцо пана Гымзы

Приятели тотчас направились к старьевщику Шломоку. Тот брал под залог костюмы, пальто и шапки, скупал часы и иконы, посуду и мебель. Но особенно уважал «старину», под которой подразумевал золотые монеты царской или юбилейной королевской чеканки.

— Поклон Шломоку, — пан Дыля, крякнув, выложил на прилавок кольцо пана Гымзы. — Продаю!

— Мне такую медь босяки с улицы каждый день носят, — сказал старый Шломок, продолжая чистить пальцем ухо. — Десять копеек за цацку, а больше не проси.

Пан Дыля кашлянул и подкрутил усы.

— Внимательней погляди, Шломок, иначе может получиться конфуз! Твои кости, как и деньги в твоем кармане, вряд ли любят, чтобы их пересчитывали посторонние. Никто не станет жалеть человека, раздевшего весь город.

— О да, — Шломок вооружился лупой, — мои кости больше любят крымский пляж в августе. Но это, клянусь всеми святыми, все же жалкая подделка. Она не стоит больше тридцати копеек. И — только для вас. И чтобы вы знали, у вас нет друга, вернее бедного Шломока!

Пан Дыля приподнял шляпу и в сопровождении Чосека и Гонзасека вышел из лавки.

— Если Гымза обманул нас вновь, я сделаю ему то, что сделал пану Мишульскому, когда он вымазал мои штаны дегтем! — заявил Чосек.

Гонзасек засмеялся.

— Я прекрасно помню, что ты «сделал» пану Мишульскому, от которого тогда многое зависело в нашей жизни. Ты сказал: «Уважаемый пан Мишульский, мои штаны слишком малы, чтобы ими, как помелом, обмазывали бетонные блоки вашей строящейся дачи!» Вот и все «дело». Так что пану Гымзе даже не придется принимать лишнюю таблетку снотворного!

— Я застрелю пана Гымзу на дуэли! — вскричал Чосек.

И тут показался сам Гымза. Он слышал слова Чосека.

— Кто-то что-то сказал? — он покрутил в руках тяжелую кизиловую трость в серебряных насечках. — Если я трахну этой штукой промеж ушей, клиент наденет очки! Чтобы впредь видеть, на кого кашлять!

— Чосек имеет право возмутиться, — заступился пан Дыля. — И вы не очень расходитесь, поскольку вновь объегорили нас. Ваше кольцо — дешевка.

И он рассказал о посещении старьевщика.

— Кольцо! — потребовал пан Гымза и, схватив свое кольцо, разъяренным быком понесся к лавке.

Пан Дыля и его друзья услыхали удары трости, крики и звон разбитого окна. Из окна с истеричным болботаньем выскочили две индюшки-наседки: Шломок любил индюшатину и потому разводил индюшек.

Разумеется, кольцо не было золотым, но все же оно было позолоченным, и Шломоку, вздыхая и охая, пришлось выложить тринадцать рублей.

Три рубля пан Гымза отдал пану Дыле, остальные сунул себе в карман.

— Весь мир знает, что мое кольцо стоило два восемьдесят, но с тех пор золото подорожало и будет еще дорожать. Если вы полагаете, что я оттаскал жулика всего за десятку, вы глубоко заблуждаетесь: за ним водятся и другие грешки!

Так сказал пан Гымза, плюнул и ушел, а пан Дыля со своими друзьями поспешил в продовольственный магазин, где по карточкам для безработных продавали самый низкосортный товар.

Пан Дыля — «Доктор наук»

Однажды пан Дыля заприметил на улице толстяка, в карманах которого звенела мелочь.

Чосек и Гонзасек в это время болели. Им нужен был хлеб, но пан Дыля был слишком гордым, чтобы просить милостыню. Подумав, что от обилия монет карман непременно продырявится, пан Дыля последовал за толстяком и ходил за ним целых полдня: сначала толстяк отправился на почту и дал кому-то телеграмму, потом в киоске покупал газеты и журналы, затем неторопливо завтракал в ресторане, после этого сидел в сквере и читал газеты, позже бродил по выставке собак и только потом поднялся в какое-то мрачное здание, где стоял круглый стол, за который рассаживались чинные господа, приветствуя друг друга кивками.

Пан Дыля тоже сел за стол рядом с толстяком. К нему тотчас подскочил распорядитель в голубом костюме:

— Какую страну или организацию представляет господин?

— Лучшую в мире, — ответил пан Дыля, степенно поправлял свои усы. Не таков он был, чтобы теряться перед типами в голубом. — Я не из Варшавы, не из Парижа, не из Лондона и не из Берлина. Меня зовут Дыля. Пан Дыля.

— Гость из Чехословакии? Вы будете делать взнос в кронах, долларах или фунтах?

— В граммах. Сейчас придет мой секретарь и все объяснит. Вы только не суетитесь.

— Я вас прекрасно понял, — воскликнул человек в голубом, потирая руки. — Речь идет о металле, не правда ли? Мне нужно тотчас подать сведения в президиум. Как прикажете вас представить? Бакалавр? Магистр?

— Не торопитесь, всему свое время… Пометьте доктором, — сказал пан Дыля, не спуская глаз с толстяка, который то и дело перебирал мелочь в кармане. — Пока существует докторская колбаса, которая раньше стоила два двадцать кило, я остаюсь ее поклонником…

— Простите, не понял каламбура, — угодливо улыбнулся распорядитель. — Каких наук?

— Гм… Филейных, сэр. Филейно-маргариновых! Через пять минут перед Дылей поставили табличку:

«Пан Дыля, доктор физико-математических наук, Чехословакия». А еще через минуту какой-то холеный тип, постучав по столу колотушкой, объявил открытой какую-то международную конференцию. Гладко причесанные люди, дымя вонючими сигарами, заговорили о счастье, которого они хотят для всех, тогда как некоторые народы этого не понимают, влачат жалкое существование и вымирают; если международной полиции не предоставить право контроля над каждой семьей, то, пожалуй, все и вымрут…

Пану Дыле стало невообразимо скучно. Он сполз под стол и некоторое время гулял там, обходя вытянутые ноги, но нигде не нашел нужной ему монетки.

Тогда он вышел из здания и отправился к своим друзьям. Понятно, все легли спать голодными.

В ту ночь пану Дыле приснился сон, будто он очутился в столовой, где висел цветной портрет свергнутого короля. Подали горячие сосиски, которые пан Дыля тут же проглотил. Но вот появились полицейские и стали требовать, чтобы он рассчитался за сосиски, а он сунул им под нос табличку: «Пан Дыля, доктор физико-математических наук, Чехословакия». Один из полицейских прочел и морщась, как после горчицы, сказал: «Надо оставить его в покое. Это важный иностранный гость, а для гостей у нас заведен специальный режим!..»

Проснувшись под утро от голода, пан Дыля сказал, ощупав свою голову:

— Сосиски — это, конечно, сон. Но то, что отпустили, — факт. И на том спасибо…

Чосек и Гонзасек могут подтвердить, что все именно так и было.

Красный арбуз

Пан Дыля дал Чосеку деньги и сказал: — Завтра день рождения Гонзасека. Сходи на базар, купи красный арбуз!

Чосек до вечера ходил по базару. Вернулся усталый:

— Нигде не нашел красного арбуза. Зеленые — были, даже полосатые были, а красных не видел.

Пан Дыля переглянулся с Гонзасеком и сказал:

— Бедный, бедный Чосек! Почему ты раньше не признался, что ни разу в жизни не ел арбуза?

Гонзасек и спекулянт

Всем известно, что Чосек в совершенстве владел искусством фокусника, а Гонзасек — искусством гипнотизера. Но мало кто знает, что Гонзасек обладал еще почти сверхъестественным даром убеждать людей.

Как-то пришел к нему спекулянт:

— Хочешь заработать? Пронеси через таможню этот пакет под полою пиджака, я заплачу тебе один рубль.

Гонзасек посмотрел на спекулянта, понюхал воздух и сказал:

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке