Невеста для Утренней Звезды

Тема

Джеймс Уиллард Шульц

Среди моих близких друзей тех далеких дней, когда на северо-западных равнинах еще водились бизоны, был Шарль Ривуа, любовно именовавшийся индейцами племени черноногих Утсена Пвойит (Толстопузый Говорун). Он родился в Сент-Луисе и, проведя большую часть своей долгой жизни на северо-западных равнинах, умер в возрасте девяноста шести лет в резервации индейцев племени черноногих. Он умел рассказывать захватывающие истории, и вот одна из самых лучших.

«Мужчины созданы для тропы войны, женщины — для вигвама». Это была старая-престарая пословица индейцев племени черноногих и, насколько мне известно, верная к тому же. Из-за женщины в военном отряде, к которому я однажды примкнул, все мы хлебнули лиха, как вы вскоре увидите.

Четыре года я странствовал, занимаясь обычной охотой и ставя капканы с индейцами племени пикуни, а затем весной 1856 года мы направились в форт Бентон, чтобы обменять нашу зимнюю добычу — меха и бизоньи шкуры — на товары белых людей. Вскоре после того, как мы прибыли туда, Пинуквиим (Дальний-в-Виду), вместе с которым я жил, решил организовать военный отряд, чтобы совершать набеги на табуны лошадей племен Дальнего Юга, и попросил меня присоединиться к нему. Я бы, пожалуй, отказался, если бы не славный и сильный индеец племени тева по прозвищу Дальняя Сосна, большой любитель постранствовать, который был с нами два года. Он много рассказывал мне о южных племенах, и мне страшно хотелось увидеть их, увидеть их старинные поселения, узнать что-нибудь о том, как они живут; поскольку он отправлялся туда, я согласился отправиться вместе с ним. Глашатай лагеря объявил о том, что собирается военный отряд, и к ним, среди прочих, пришли Красный Волк, храбрый воин двадцати пяти лет, и его прекрасная восемнадцатилетняя сестра

— Женщина Копье. Они сказали, что хотят присоединиться к отряду.

Пинуквиим сказал:

— Женщина Копье, которая мне почти что дочь, — называю тебя так потому, что твой отец, Три Медведя, мой очень близкий друг, — длинная и опасная военная тропа, на которую мы встаем, не для таких, как ты, но я рад, что твой брат примкнул к нам.

Девушка сказала:

— В очень давние времена жила женщина-воин, предводительница воинов, которой из-за ее храбрости и удачливости вожди дали мужское имя — Бегущий Орел…

— Да, и что с ней сталось? — прервал девушку Пинуквиим.

— При набеге на лагерь индейцев племени кутенаи она была убита.

— Нет, моя почти что дочь, военная тропа не для тебя, ты скоро выйдешь замуж за храброго, добросердечного Молодого Быка.

При упоминании этого имени Женщина Копье сникла и вздохнула, а затем, выпрямившись, громко сказала:

— Я не могу выйти за него замуж из-за видения, которое у меня было, — видения, что я принадлежу Утренней Звезде и должна идти на войну.

При этих словах все взоры обратились на нее, я Пинуквиим сказал:

— Что такое? Видение, говоришь?

— Да. Прошлой ночью мне приснился высокий прекрасный мужчина в военной одежде, от него так и исходило сиянье, и он сказал: «Я — Утренняя Звезда. Я долго следил за тобой. Ты — моя. Ты не должна выходить замуж, пока я не дам тебе своего согласия. Я хочу, чтобы ты разрисовала свой лоб так, как разрисован мой, и пошла на войну, чтобы взять много коней». Затем он исчез так же внезапно, как и пришел.

Когда она кончила, те, кто слушал ее, разразились громкими криками. Как чудесно, как ярко было ее видение! Ясное дело, великий бог неба, вождь воинов, благоволил к ней, благоволил к индейцам племени пикуни. И Пинуквиим сказал:

— Утренняя Звезда — первая после Солнца, самая могущественная из богов неба. Так вот. Он исчез. Ты проснулась. Что было дальше?

— Мне было очень не по себе. Я все думала и думала о моем видении и хранила его про себя, а потом, когда мой брат сказал мне, что хочет примкнуть к вашему военному отряду, я поведала ему о нем и о том, что я тоже должна идти на войну.

— Да, это так, — согласился Пинуквиим. — И мы сделаем все возможное, чтобы обучить тебя обычаям войны. Ибо мы должны поступать так, как предписывают нам боги.

Высокий, красивый, гордый Молодой Бык вошел и, став в дверях, прислушался. Женщина Копье повернулась и, увидев его, печально сказала:

— О мой милый! Ты все слышал. Увы! Увы! Нам не суждено поставить вместе вигвам.

— Да, я все слышал. Верно: мы должны поступать так, как предписывают нам боги. И хотя мы не сможем пожениться, я всегда буду с тобой на твоих военных тропах, — ответил он, и это также вызвало громкое одобрение присутствующих.

Когда Женщина Копье, вернувшись домой, рассказала своему калеке отцу о своем видении и о том, что ей предстоит следовать за Пинуквиимом на войну, он проникся гордостью и очень обрадовался. Вожди, знахари, старые степенные воины поспешили к вигваму Трех Медведей, чтобы им полностью рассказали о видении, перечислили отважные деяния и спели песни о той, жившей в далеком прошлом женщине-воине — Бегущем Орле; и для того, чтобы сказать Женщине Копье, что она должна стать еще одной девственной предводительницей воинов племени пикуни.

(Как вы хорошо знаете, сны — видения, как их называют, — оказывают огромное влияние на жизнь людей племени черноногих. Сны для них — реальные переживания, которые дают им возможность узнать, что хорошего или плохого готовит им будущее. Например, если человеку приснится зеленая трава, это означает, что он увидит вновь выросшую траву еще одного лета.) Настала пора отправляться, нас было десятеро мужчин и одна женщина, мы спешно готовились последовать за Пинуквиимом в землю далекого Юга. Вожди колебались, принять ли в отряд одного из мужчин по имени Белая Антилопа, ибо он долго, упорно и безуспешно ухаживал за Женщиной Копье. Тем не менее, поскольку он был известен за человека храброго, Пинуквиим в конце концов разрешил ему отправиться вместе с нами. Он был высок, с орлиным носом, свирепой наружности, около двадцати пяти зим.

Готовясь к походу по длинной военной тропе, я собирался зайти в форт, где у меня был открыт счет на кругленькую сумму, и снять двести долларов золотом на возможные расходы. Мой знакомый горожанин, полный сил, дружелюбно настроенный Александр Калберстон, глава «Американской пушной компании» в верховьях реки Миссури, отсоветовал мне заходить в форт. Его добрая жена, Священная Змея, была рада тому, что я иду вместе со всеми, потому что я смогу надежно защитить ее хорошую подругу Женщину Копье.

Солнце почти зашло, когда мы на оседланных лошадях, с притороченными сумками собрались перед вигвамом Пинуквиима, чтобы спеть песню по обычаю всех военных отрядов, готовых выступить в путь. Из вигвама своего отца пришли Красный Волк и Женщина Копье, и все взгляды тотчас устремились к ней, ибо на ней была одежда и снаряжение мужчины: рубаха из оленьей кожи и ноговицы, голубые бриджи, расшитые бисером мокасины, накидка из красного одеяла, на поясе с обеих сторон рог для пороха, мешочек для пуль и нож в ножнах, а в руке гладкоствольное ружье. Щеки ее были раскрашены красной краской, а на лбу был нарисован синий крестик — символ Утренней Звезды. Несколько женщин вокруг нас тотчас начали выражать недовольство ее костюмом, на что Пинуквиим громко и строго сказал:

— Друзья мои, наша молодая спутница одета как я велел, ибо в женской одежде она была бы наилучшей мишенью для наших врагов. Все вы знаете, что взять в плен молодую красивую женщину для них привлекательнее, чем снять скальпы со многих из нас.

В ответ на это со всех сторон раздались крики одобрения:

— Мужайся, Женщина Копье! Ты, которая так прекрасно одета, не обращай внимания на слова нескольких завистливых женщин!

— А теперь — Песни Волка, — приказал Пинуквиим, и мы охотно пропели их, ибо считалось, что они приносят удачу.

Напоследок мы спели Прощальную песню, очень торжественную, очень медленную, с таким припевом: «Мы идем. Но женщины все же будут рожать детей; наше племя не переведется». Затем сели на лошадей и отбыли. Мы все молчали, и молчала толпа, наблюдавшая за нашим отъездом. Солнце уже садилось, когда мы проезжали мимо форта, и его обитатели собрались перед ним посмотреть на нас, несомненно, гадая, как гадали и мы — я, во всяком случае, — сколько нас вернется.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке