Приключения Рустема (3 стр.)

Тема

В начале мая бабушка приехала снова, и так хотелось Рустему поделиться с ней своим планом, расспросить ее еще кое о чем, но он ничего не сказал.

И однажды он отправился в лес, объяснив дома, что задержится на интересном кружке юннатов в школе.

Лес близко — сел на трамвай № 9, проехал девять остановок и — пожалуйста. Трава, сосны, птицы. Вслушайся — и услышишь, как дышит лес, точно никак не может отдышаться от зимних метелей, поскрипывает, словно разминает затяжелевшие плечи. Ляг на траву, подложи под голову руки и гляди в небо — его уже тронул закат розовым по голубому...

...Темнело быстро. Рустем привыкал к лесной темноте, хотя и побаивался немного. И когда смешался строй деревьев с одной стороны в сплошную ночь, а с другой проглянули огни города, Рустем направился домой, придумывая на ходу рассказ о голубой весенней лягушке, которую показали сегодня юннатам.

Мечта о цветке папоротника сделала Рустема суровым. Он по-прежнему много читал, приносил в дневнике пятерки, но с друзьями стал встречаться реже. Если кто-то звал его на улицу, он отвечал по-взрослому насупясь:

— Разве до игр сейчас. Война... Забот по горло. Не могу.

А во дворе, в саду кричали грачи, празднуя весну. Тополиный лист блестел на солнце, он был липок, и пальцы весело пахли от него клеем весны. Скоро пуху полететь.

Рустем припас все: острый складной нож, спички, кружку и сухари. Он завалил их под деревом в лесу ветками и слегка забросал землей.

Все было готово.

Потому ли, что чувствовал за собой смутную вину или его тревожило то неизвестное, что должно войти в жизнь — но в последние дни Рустем стал послушным, ласковым.

Утром он проснулся рано, вышел неслышно, поглядел на небо — дождя не собиралось. Умывшись, сел за учебники.

— Что так рано поднялся? — спросила мать.

— Выспался я, мама. Разбудить папу? Семь часов уже.

— Буди, сынок, буди. Я на стол соберу.

Рустем разбудил отца, поставил чай на плитку, включил радио — с фронта передавали хорошие вести. Обняв отца, потерся щекой о колючую щетину. Спросил:

— Ты побреешься, папа?

— Конечно, конечно.

— Пойду помогу маме.

— Что-то у тебя лицо горячее, — сказала мать, целуя Рустема в лоб. — Уж не заболел ли ты?

— Нет, нет, что ты... — испугался Рустем.

В школу отправились вместе с отцом. Бабушке, вышедшей проводить внука, Рустем подставил щеку.

— Бабушка, пожелай мне успеха!

На углу расстались — отец пошел на работу, а Рустем, немного переждав, побежал к трамваю.

Шорох пробежал по траве — ветер или ящерица, не поймешь. Засопел кто-то в кустах, два глаза угольком вспыхнули и погасли.

Рустем шептал:

— Не боюсь. Мне что? Совсем не боюсь. А чего бояться? Ночь как ночь. Лес как лес. Дураки пусть боятся... — А сам в два прыжка вскарабкался на дерево, обхватив горячими руками ствол.

Час сменялся часом, но папоротник не зацветал.

Рассвело.

Рустем спустился вниз и стал ждать солнышка, прислонившись спиной к дереву. Скоро он уже видел сон — сквозь ресницы в глаза входило солнце.

Когда проснулся, решил было идти домой, но взглянул на папоротник и задумался. Один из стеблей был похож на смешного маленького человечка в большой зеленой шляпе. Человечек будто говорил Рустему:

— Трус ты, испугался. Иди домой себе. Для трусишек мы не цветем. А если останешься еще на одну ночь, не пожалеешь...

Рустем отвернулся от папоротника. Прикрыв глаза, он увидел мать.

— Почему ты не возвращаешься? Ведь мы даже не знаем, где ты. Второй день ждем, — сказала она.

Рустем раздумывал. Ну, придет он домой, его, конечно, спросят, где ночевал. Что он ответит? Обмануть, сказать, что играл у товарища в шахматы? Смотреть в глаза матери и бессовестно врать? Нет! Он этого не сделает. Он сразу покраснеет, и все поймут, что он лгунишка. Допустим, он скажет правду дома, а в школе?

— Будь, что будет, — сказал он себе. — Остаюсь еще на одну ночь.

Чуть прихрамывая, Рустем пошел к роднику и окунулся всем лицом в тихий маленький островок холода, открыл глаза в воде и увидел водоросли, раскинувшиеся внизу русалочьими волосами.

Потом развел костер у самого ключа, вскипятил в кружке чаю и уселся завтракать.

— Плохо дело, — рассуждал он вслух, осматривая свои запасы. Если сразу съесть все сухари, можно, конечно, наесться. А что потом делать? Надо растянуть на три раза.

Поделив сухари, Рустем заварил чай, сорвав несколько листочков земляники, и принялся чаевничать. Но ему показалось, что слишком не поровну он разделил свои припасы, и из оставшихся двух частей он взял еще по полсухаря, и завтрак получился славный. Мальчик повеселел.

День тянулся медленно и скучно. Слоняясь среди деревьев, вспугивая птиц, Рустем думал о том, как его ждут дома, и ничто не могло поправить его настроения,

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора