Охота на Барсука (3 стр.)

Тема

— Такая уж у копов работа, — согласился Липхорн.

Два года назад он бы разворчался из-за подобного звонка. Теперь же — ничуть. Сказывалось одиночество.

— В общем, не знаю, как мне поступить. Хотел бы поговорить с вами.

— Слушаю.

— Боюсь, это не телефонный разговор.

Они условились встретиться в гостиничном ресторане в три часа. До назначенного времени оставалось три минуты. Гершвин поднял глаза, заметил Липхорна, встал и жестом пригласил занять стул напротив.

— Хорошо, что пришли. Я боялся, вы скажете, что теперь не у дел и чтоб я других заставлял ломать голову, — произнес Гершвин.

— Если смогу, рад буду помочь, — ответил Липхорн.

Они быстро покончили с обязательным ритуалом, обсудив холодную сухую зиму, оскудение пастбищ, опасность лесных пожаров, и перешли к делу.

— Что вас привело в Уиндоу-Рок? — спросил Липхорн.

— ФБР все перепутало с ограблением казино «Юта». Знаете об этом?

— Я не в курсе последних преступлений. Ничего об этом не знаю.

— По радио говорили, что ищут самолет. А из тех парней ни один не сумеет поднять в воздух ничего сложнее бумажного змея.

Липхорну становилось интересно. По самым последним сведениям, что дошли до него, следствие не располагало данными о личностях бандитов. Гершвин же пришел сюда что-то ему рассказать. Пусть выкладывает.

— Хотите выпить? — Гершвин махнул официанту.

— Не откажусь от кофе.

Официант принес кофе. Гершвин цедил свое молоко.

— Я знал Капа Стоунера, — начал он. — Нельзя было их упускать после его убийства. Опасно, когда такие типы гуляют на свободе. Особенно те двое, что помоложе. У них с головой не в порядке.

— Вы, похоже, их знаете?

— И очень неплохо.

— Сообщили в ФБР?

Гершвин повертел в руках стакан. Вытянутое лицо в сплошных морщинах красноречиво свидетельствовало: лет семьдесят или около того он ежедневно подставлял его палящему солнцу и сухим ветрам. Гершвин перевел взгляд ясных голубых глаз со стакана на Липхорна.

— То-то и оно. Я сообщу в ФБР, и раньше или позже об этом узнают все. Федералы заявятся ко мне на ранчо или позвонят. У меня радиотелефон. Вы же понимаете, что наш разговор будет слушать вся округа.

Липхорн кивнул. Если память ему не изменяла, ближайший от ранчо населенный пункт — Монтезума-Крик или Блафф. В таких местах появление одетых с иголочки агентов ФБР незамеченным не останется.

— Помните передрягу весной девяносто восьмого? Федералы объявили, что преступники мертвы. Но те, кто на них донес или помогал копам, все как один держат двери на запоре, а ружья заряженными.

— Правильно ли я понял? — уточнил Липхорн. — Вы хотите, чтобы ФБР поймало этих парней, но, если не поймает, чтобы никто не узнал, кто их сдал. И вы просите меня передать…

— Не важно, поймают их или нет. У них тут полно друзей.

— ФБР утверждало, что преступники, которых ловили в девяносто восьмом, принадлежали к движению за выживание. Нынешние — из тех же самых. Вы к этому клоните?

Гершвин рассмеялся:

— Нет, если только в прошлый раз федералы располагали именами. Во всяком случае, на этот раз преступники — из организации «Стражи гражданских прав». Они за соблюдение поправок к Конституции. Хотят, чтобы ребята из Службы охраны лесов, Бюро по управлению государственными землями и Службы национальных парков не мешали жить местным.

— То есть вы хотите назвать мне имена, чтобы я потом передал их федералам. Что мне отвечать, когда они спросят, откуда я их добыл?

— Вы не совсем меня поняли. Имена у меня на листке. Вы даете мне слово, что моего имени никто не назовет, и я оставляю листок на столе. Захотите — возьмете.

— Почему вам так нужно, чтобы их поймали? Месть за Капа Стоунера?

— И это тоже, — ответил Гершвин. — А еще потому, что эти парни крайне опасны. Во всяком случае, некоторые из них. В свое время я и сам был с ними заодно. — Гершвин хотел было допить молоко, но поставил стакан: — Лесничие вели себя так, словно горы — их личные угодья. Мы всю жизнь тут прожили, и вдруг нам все запретили. Пасти скот. Рубить лес. Охотиться на оленей. А бюрократы из Управления земель были и того хуже. Обращались с нами, как плантаторы с рабами.

Мы всего лишь хотели, чтобы кто-нибудь отстаивал наши права в Конгрессе. Но тут появились эти психи и сколотили группу «За землю». Они собирались взорвать мосты, по которым ездят лесовозы. При таком раскладе я с ними постепенно порвал.

— Ограбление казино — политическая акция?

— Как я слышал, эти деньги пойдут на нужды движения. Знакомые из группы говорили, что им нужны наличные, чтобы вооружиться и дать отпор федеральному правительству.

— Интересно, сколько они взяли.

Гершвин допил молоко, поднялся и извлек из брючного кармана сложенный листок.

— Вот имена, Джо. Можете обещать, что не сошлетесь на меня?

Липхорн уже обдумал, что будет, если он назовет источник информации. Он передаст их разговор федералам. Те спросят Гершвина, а он станет все отрицать. Толка никакого.

— Оставляйте, — решил Липхорн.

Гершвин положил рядом со стаканом доллар, уронил на стол листок и ушел. Липхорн взял бумажку и развернул. Три имени. К каждому приложена краткая характеристика. Первые два — Бадди Бейкер и Джордж Айронхенд — ничего ему не говорили. На последнем — Эверетт Джори — взгляд остановился. В памяти что-то смутно забрезжило.

Глава вторая

Капитан Ларго оторвался от газеты и, внимательно посмотрев на сержанта Чи поверх очков, спросил: — Ты ведь на несколько дней раньше вышел? Подвел календарь?

— Капитан, вы забыли сказать: «Добро пожаловать домой. Рад твоему возвращению. Присаживайся, располагайся».

Ларго ухмыльнулся и показал на стул напротив.

— Боюсь спрашивать, но с чего это тебе так не терпится приступить к работе?

Чи сел.

— Я подумал, что, вернувшись, не стану брать с места в карьер. Разберусь с тем, что пропустил.

— Хочешь кофе? Пойди налей, и поговорим. После того как ты расскажешь, зачем пришел, хочу послушать про Аляску.

Чи вернулся с кофе. Сел, отхлебнул и стал ждать. Ларго тоже молчал.

— Ну, ладно, — сдался Чи. — Расскажите мне об ограблении казино. Я о нем только из газет знаю.

Ларго откинулся на спинку стула и скрестил руки на внушительном животе.

— В прошлое воскресенье около четырех утра на автостоянку казино въехал пикап. Оттуда вылез мужчина, вытащил лестницу и взобрался на крышу. Перерезал электропроводку, телефонные провода и все прочее. Потом подъехал еще один пикап. Из него вышли двое в рабочей солдатской форме. Помощник шерифа округа Монтезума по фамилии Бай как раз был на стоянке, а чуть позже выбежал Кап Стоунер, и грабители открыли огонь по обоим. Ты помнишь Стоунера — лейтенанта из штата Нью-Мексико. Работал в Галлапе и окрестностях. Хороший был человек. Затем двое грабителей проникли в комнату-сейф. Деньги были упакованы в мешки для передачи инкассаторам. Грабители приказали всем лечь, прихватили мешки и уехали. Когда рассвело, патрульный попытался остановить несущийся с бешеной скоростью грузовик на магистрали западнее Энета, и ему изрешетили весь радиатор.

Ларго прервал рассказ и с ворчанием поднял свое грузное тело с вращающегося стула.

— Плесну себе кофе, — сообщил он и вышел в соседнюю комнату.

А неплохо вернуться под начало Ларго, подумал Чи. Ларго был его боссом в первые годы службы. С причудами, но дело знает. Ларго вернулся, заговорив еще в дверях:

— Перепуганные игроки тыкались в темноте, пытаясь выбраться из казино или спереть фишки. Прошло какое-то время, пока разобрались, что происходит, и оповестили кого нужно. — Ларго устроился на стуле. — К рассвету перекрыли почти все дороги, но грабители были уже очень далеко. Около половины десятого сообщили, что кто-то из пикапа стрелял в дорожного полицейского. Поиски сместились западнее. На следующий день два помощника шерифа нашли разбитый пикап у границы между Ютой и Аризоной, южнее Блаффа. Он соответствовал описанию.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора