БЕСПРОИГРЫШНОЕ ПАРИ (Банкир из Уайтхилл-Коттеджа) (3 стр.)

Тема

— Я уже многое узнал, — вскричал он, распаляясь все больше и больше. — Дело явно выгодное, а вы не можете этого понять!

Мы, в свою очередь, отнеслись к его словам настороженно и этим все испортили. Назревала ссора. Тут вошел Уолтер. Он пытался успокоить отца, но тщетно. Сайрус заявил, что немедленно вынет из нашего банка свой капитал. С этими словами он вышел из комнаты, хлопнув дверью. Положение осложнилось. Если бы сэр Сайрус сдержал свое слово, нам пришлось бы туго, ведь его капитал составляет около половины актива банка, Нужно было обсудить создавшееся положение. Проводив Анну в спальню, я спустился в холл. Уолтер все еще был в гостиной, а Джон тоже отвел жену к себе. У Джейн разыгралась мигрень.

Мы поднялись в мою комнату. Уолтер успокаивал нас, говоря, что отец вспыльчив и завтра все забудется. Мы, хорошо зная сэра Сайруса, тоже склонялись к этой мысли. Казалось, не все еще было потеряно, как вдруг... В соседней комнате раздался выстрел! Первым опомнился Уолтер. С криком, что стреляли в кабинете отца, он выбежал из комнаты. Через мгновение мы стояли на пороге кабинета сэра Квинфорда, но было уже поздно. Через распахнутую дверь я увидел, что Сайрус убит выстрелом в затылок. В кабинете пахло порохом, но кровь из раны уже не текла: Сайрус Квинфорд был мертв.

На выстрел вбежали Анна и Джейн. Моя жена была очень бледна, но, — не без гордости заметил Лайтер, — держалась на ногах. С миссис Герберт при виде крови случился обморок, и Джон отнес ее в спальню. С нами был и слуга Квинфорда — Годфри.

— Кстати, — прервал его Холмс. — Как этот Годфри оказался там?

— Совершенно случайно, — вмешался наконец сэр Герберт, до этого не сказавший ни единого слова. — Я встретил его, когда провожал Джейн в спальню. Он нес поднос с бутылкой виски и хрустальным бокалом. Сэра Сайруса часто мучила бессонница, и иногда на ночь он вместо снотворного выпивал рюмку спиртного. Я был настолько возбужден, что попросил налить и мне глоток. Годфри невозмутимо налил мне виски, а потом поставил поднос на столик, вытер бокал перекинутым через плечо полотенцем и уже направился в кабинет к сэру Квинфорду, как Джейн остановила его и попросила принести из кухни лекарство от головной боли. Слуга молча поклонился и открыл дверь кабинета хозяина, а мы прошли в спальню Джейн. Потом я узнал от нее, что Годфри принес ей лекарство почти в тот самый момент, когда раздался выстрел, и они вместе выбежали из кабинета...

— Простите, — перебил его Холмс, — когда слуга открыл дверь, был ли мистер Квинфорд у себя?

Герберт удивленно посмотрел на него:

— Нет, Сайруса не было. Он любил гулять по вечерам, а после такой сцены свежий воздух нужен человеку как никогда.

— Вы сразу же спустились в гостиную?

— Да, как только затворил дверь спальни. Я чуть не столкнулся с Фредериком, выходившим от жены, и мы вместе спустились в гостиную следом за Уолтером.

— Когда вернулся мистер Квинфорд?

— Примерно через четверть часа после того, как мы из гостиной перешли ко мне, — ответил Лайтер. — Я уже говорил вам, мистер Холмс, моя комната расположена рядом с его кабинетом. Мы слышали его шаги, затем скрипнула дверь кабинета. И через несколько секунд раздался выстрел.

— Сколько времени прошло с момента выстрела до того, как вы оказались на пороге кабинета?

— Две-три секунды, столько, сколько нужно, чтобы открыть дверь и пройти то ничтожное расстояние, что отделяет комнату Фредерика от кабинета Квинфорда.

— Не мог же убийца скрыться за это время?! — воскликнул я.

— Вы совершенно правы, мистер Уотсон, — ответил Герберт. — Это и ставит нас в тупик. Когда Сайрус вернулся, дом заперли, окна закрыли, а преступнику хватило ничтожного времени, чтобы исчезнуть без следа.

— Убийца, если он человек, всегда оставляет следы, — спокойно возразил Холмс. — И наша задача — найти их, отделив главное от второстепенного. Один след он уже оставил.

— Какой же? — спросила миссис Анна. Я впервые услышал ее голос, и он приятно удивил меня своей мягкостью и мелодичностью. — Простите, мистер Холмс, что я перебиваю вас, но мне все еще кажется, что убийца разгуливает по дому, подстерегает нас за каждым углом.

— Не волнуйтесь. — Взгляд Холмса излучал успокоение и сочувствие. Мы невольно поддались влиянию сильного характера моего друга.

— Итак, преступник оставил свидетельство своего присутствия — сэра Квинфорда с пулей в затылке. Кстати, есть ли в доме огнестрельное оружие? — обратился Холмс к Уолтеру.

— Нет, — твердо ответил молодой человек. — Отец никогда не держал у себя револьвера, никогда не охотился, поэтому у нас нет даже ружья.

— Боже мой! — воскликнул вдруг Фредерик Лайтер и страшно побледнел. — Боже мой, мистер Холмс!

Он вскочил и со всех ног бросился из гостиной. Мы в замешательстве поспешили за ним. Лайтер взбежал по лестнице и отворил дверь своей комнаты. Он схватил стоявший в углу саквояж и вытряхнул его содержимое на кровать. Вместе с рубашками и носовыми платками оттуда выпал блестящий черный предмет. Это был небольшой револьвер. Холмс поднял его и осмотрел барабан. Одного патрона недоставало.

— Для чего вы носите с собой заряженный пистолет?

Пайтер обессилено опустился в кресло.

— Видите ли, мистер Холмс, — неуверенно начал он. — Я понимаю, мне трудно найти оправдание после того, что случилось.

Несколько дней назад, перед самым отъездом сюда, я должен был доставить крупную сумму одному из наших клиентов. В таких случаях мы обычно не посылаем курьеров, а, сохраняя сделку в тайне, доставляем деньги сами. Так безопаснее. Естественно, я захватил с собой оружие и, возвратившись домой, переложил его в саквояж. Совершенно забыв об этом, я не вспомнил о револьвере даже тогда, когда услышал выстрел, и только после вашего вопроса вспомнил о нем. Но поймите, — с отчаянием в голосе произнес Фредерик, — я не мог им воспользоваться: во время убийства я был здесь, в этой комнате.

— Стреляли, к сожалению, из вашего револьвера. Ведь в саквояж вы положили его с полным барабаном, верно? — Лайтер устало кивнул. — Скажите, — продолжил Холмс, — знал ли кто-нибудь, что у вас с собой оружие?

— Никто, конечно, никто. Я и сам забыл об этом.

— Дело оказалось серьезнее, чем я предполагал, — произнес Холмс, встал и медленно направился к двери.

К нам бросилась миссис Анна. Сжав руку Холмса в своих ладонях, она воскликнула:

— Неужели вы подозреваете моего мужа? — В ее глазах было отчаяние.

— Простите, сударыня, — с поклоном ответил мой друг и разжал ее пальцы, — моя обязанность подозревать всех, поскольку я приглашен сюда, чтобы раскрыть эту тайну. Извините, мадам. — И Холмс повернулся к сэру Джону:

— Могу я поговорить с вашей женой?

— Конечно, мистер Холмс, если это необходимо. Я провожу вас.

Джейн Герберт полулежала на подушках. Она была бледна, но бледность ее лишь подчеркивала красоту больших карих глаз, черных изогнутых бровей и каштановых волос, рассыпавшихся по подушке.

— Прошу вас, садитесь, джентльмены, — негромко произнесла она, указав изящной рукой на кресла.

— Леди Джейн, дело, как вы сами понимаете, очень серьезно, — начал Холмс, — поэтому я и беспокою вас сейчас. Вы позволите задать вам несколько вопросов?

— Прошу вас, — ответила она, стараясь превозмочь свою слабость.

— Расскажите, пожалуйста, что вы делали вчера, начиная приблизительно от обеда и до того, как услышали выстрел.

— Об этом нелегко говорить. Отношения между моим мужем и Сайрусом Квинфордом стали накаляться сразу после обеда, когда они заговорили о делах. Из их довольно резкого спора, в котором участвовал и мистер Лайтер, я поняла, что покойный Квинфорд решил оставить нас без своего покровительства. Это ужасно, мистер Холмс. Нам грозило бы неминуемое разорение. Я так разволновалась, что попросила Джона проводить меня в спальню. С самого утра я страдала мигренью, а в тот момент чувствовала себя совершенно разбитой и поэтому попросила у Годфри, которого встретила на лестнице, что-нибудь от головной боли.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке