Счастливо оставаться

Тема

Измайлов Андрей

Андрей ИЗМАЙЛОВ

Повесть

...Пишешь, пишешь - как есть. Или, вернее, представляется, что так есть. Вот и пишешь.

Потом читают, читают. И говорят:

- Так не бывает!

- Бывает!- бросаешься в спор.- Еще как бывает! Массу людей знаю, с которыми именно так и было!- Убеждаешь, бия себя в грудь: - Да со мной самим же и было! Почти...

- Нет,- упорствуют,- не бывает так.

Тогда по-прежнему пишешь, пишешь, как есть. Но добавляешь рубрику: "Фантастика".

- А,- успокаиваются,- фантастика - другое дело.

В самом деле, не обвинять же фантастику в том, что ТАК НЕ БЫВАЕТ. На то она и фантастика. Более того! Читают, читают под этой рубрикой и говорят:

- Только почему вы. это фантастикой называете? Массу людей знаем, с которыми именно так и было, как тут написано! Да с нами самими же и было! Почти...

Вот и хорошо. Именно потому и пишу фантастику - ту, которая позволяет под новым углом зрения взглянуть на нашу сегодняшнюю жизнь со всеми ее проблемами, сложностями. Ту фантастику, которая позволяет эти проблемы и сложности преодолеть. Ведь для того, чтобы преодолеть, нужно, как минимум, рассмотреть

Именно фантастика дает такую возможность - заглянуть внутрь себя, поставить человека в такую ситуацию, где он проявляется весь какна ладони, где он может и должен принимать решения единственно правильные по его мнению, мироощущению.

Андрей Измайлов

Что-то изобильно стало. Пространства много стало. Плохо стало. Целое одеяло, две подушки, простыней куча, вся тахта - и в моем распоряжении. Лежи себе как восточный пери на диване. Или пери - это она?.. В общем, лежи. И ведь действительно просторней стало, дышишь полной грудью. И руки раскинуть можно. Как на кресте. И хоть ногой за ухом почесать. А только почему все-таки плохо стало? Не так чтобы очень плохо, а как зуб. Его вырвали, а ты языком все нащупать пытаешься.

Ага! Жена ушла! Вспомнил! Поэтому и изобильно.

Она и раньше уходила. Только не всерьез, а по работе.

Работа у нее такая, что вечно по командировкам. И зачем вообще они нужны?.. Приезжает жена из командировки... Что, своих журналистов не хватает в Новгороде или там в Сидорове?!

Она всерьез ушла теперь. Привет, говорит, сцен не устраивай. Поживи, подумай. Заплати за свет. Светит Светик, светит ясный. Спой, Светик, не стыдись. Светка-конфетка. Свят, свят, свят...

А что думать? Денег нет и не предвидится. Дитяти тоже не предвидится. Отпуск предвидится - у меня в феврале, у нее в ноябре. Долгов - двести рублей, кредит, теща в гости собирается, Эрмитаж посмотреть.

Все как у людей. Про Лиду жена-Света явно не в курсе.

А если бы и в курсе была, то не поверила бы. Так что и здесь - как у людей. Если бы у нее кто-нибудь появился, так я бы сразу почувствовал. Это они комплексом мучаются - мы, мол, бабы, сразу чуем, если что не так. По идее уже лет пять как учуять должна. И ничего. А я бы понял сразу. Я так думаю...

Я это все не на тахте думаю. Я тахту вспоминаю потому, что спать хочу. Я в очереди стою. Просто мелочь комариная всю ночь жужжала и пикировала.

Хлоп-хлоп! Лицо уже болит, а они всё летают. И не спал. На самом деле комар мешал. А то про совесть еще есть версия, про раздумья над прожитым и пережитым. Так это все, как говорит друг детства-отрочества-юности-зрелости Петя Зудиков,- фуфель.

Потому что так даже лучше. Определенность - это вам не неопределенность. А то все времени нет выяснить, кто чем дышит, у кого что болит, кто о чем говорит.

Придешь домой - начинаешь изливаться. Понимаешь, мол, хлоридов в конденсате опять выше крыши, и с банками - туда-сюда, а времени - около трех часов. А этот идиот - интересно, есть у кого-нибудь начальник не идиот?- опять звонит! Переотобрать, говорит, пробу надо. Ну, я сцепился. Говорю... Да сними ты наушники!!! Муж тебе душу изливает! Чтоб тебе худо стало от этих последних известий! Счастье мое, что ты меня не слышишь!

Слышу, говорит, я все. Прямо так в наушниках и шпарит. Наугад. Ряженку, говорит, тебе там в холодильнике оставила. Целый стакан. Наша, говорит, тоже выдала! Вы что, -говорю ей, издеваетесь?! На летучке прямо так ей и говорю. Летучка у нас сегодня была, поэтому так поздно сегодня. И не кричи на меня! Говорю же - летучка была. А я вот такую передачу записала! Ну, под своей рубрикой: "Нетипичный случай".

А она говорит: "Ваш случай даже для нетипичного случая нетипичен!" Тут я... Ы-ых-хь! Убила бы!.. Чего ты надулся?! Я же объясняю-летучка была...

Ерунда какая-то! Никто ни с кем договориться не может и рассказать толком - тоже. Всё на потом оставляют. Или уж совсем развезет человека так ведь чуткими все стали, интеллигентными: запнется, умно в глаза глянет и говорит устало-устало. Мол, это уже меня понесло. Ну, бывает, не обращай внимания.

Да, дорогой ты мой! Если еще я на тебя внимания обращать не буду, то кто будет?! Телепатии, жалко, нет. Каждый думает, что она есть. И думает: "Какой ты глупый, что не понимаешь, и объяснять тебе - разве словами объяснишь?.! Не Тургенев ведь!"

И вот так бы жили и жили. И проницательно смотрели друг на друга. И думали: что же ты за дура-дурак!

И умерли в один день.

А так все на свои места встало. Жена-Света своими "антеннами" вроде что-то злободневное уловила и пропала. А мое место - между дамой в горошек и очкариком. Давка солидная, но корректная, ненавязчивая такая. Хвост у меня длинный - в двадцать человекоотпускников. Лето, юга, фрукты-овощи, толпы ненормальных. Если вдуматься, то птицы умней и логичней,- они зимой в жаркие страны улетают. Там зимой жарко. А летом зачем? Летом и здесь как на югах.

Так что один в очереди нормальный человек стоит - Виктор Ашибаев, химик-лаборант. У него начальник идиот, у него жена ушла, у него стресс, у него длинный выходной. Ему надо уехать подальше и там развеяться. Пеплом по ветру. С десяткой в кармане!..

Тоже, кстати, глупость умеренная, порывами до сильной. Как стресс так сразу уезжать! И как будто все должно лучше стать.

А что лучше? Ну, общий вагон. Трудовые, мозолистые пятки в проходе. И, как всегда, боковое место, а там ноги не влезают. И вода скучно-кипяченая, если попить. А если наоборот приспичит, то только на цыпочках, чтобы потом не хлюпало в тапках. Озонносажевый аромат. И где розетка "только для бритв 220 В", как раз ни одна порядочная бритва "220 В" не функционирует. А утром - уже приехали. И выжидай в тренировочных штанах на босу задницу, пока все мамы своим деткам зубки почистят, носики проковыряют, а потом и сами во все городское упаковываться начнут. И ведь с чадами в тамбур выходят - на испуг берут. Это тебе не автобус, попробуй места не уступить - ребенок оскандалится. И выкуриваешь с полпачки, хотя и не хочется. Но просто так стоять без дела у дверей этих как-то плохо. И в последние стометровки рельсов входишь, наконец, ногами "пистолетики" делаешь, стягиваешь подорожные штаны и натягиваешь подматрасные брюки. А стрелок на брюках столько, сколько раз на полке повернулся. А этих разов было много - все-таки жена ушла, и стресс. И брюки уже плиссе-гофре-кордоне. И только одна нога в брючине, а другая еще только в туфле и носке. А поезд-сволочь уже останавливается, а окно-сволочь, как всегда, не закрывается, а уже встречают, заглядывают, "ой!" говорят. И проводник-сволочь ручку трясет и на весь вагон надрывается: "Ты что, паря-сволочь! Веревку проглотил?!"

И куда за десятку уедешь? Ну, до Пети Зудикова.

А он - в ночную. А когда же тогда разговаривать, если не ночью? Не днем же!

Так что это дурная привычка просто - уезжать, как только стресс. Там плохо, где мы. И там не лучше, где нас нет. Все на одной Земле живем, в одной каше варимся. Одни космонавты вокруг колбасятся, сверху смотрят и говорят - красиво!

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке