Twinfinity Soul

Тема

========== Глава I : Крещение. ==========

19.07.17 - Второе чтение главы закончено. Изменения сделаны.

Когда-то давно, в мои юные годы, Братья рассказывали мне легенду. Историю, скрытую в древних манускриптах. Историю о Прошлом Мире. О том, как человек – порождение божие – скитался по землям грешным, выискивая истину и мудрость в каждой песчинке под ногами своими. Человек искал бога своего… И он нашёл его. Отца-Создателя нашего. А вместе с ним он нашёл и суть свою. Знания. Силу. Веру. Взор Отца-Создателя грел нас. Дыхание его колыхало волосы наши. Руки его держали мир наш. Вскоре уста Отца-Создателя раскрылись, и слова его въелись в камень на скале высокой. Он указывал людям не поддаваться сладким плодам этого грешного мира. Не поддаваться грехам, что склоняют благословлённые души к мукам вечным. Порочным желаниям, утягивающих нас в лапы Даемонам – отверженным детям Отца-Создателя.

И человек начал расти. Процветать. Строить и сооружать, изучать и делиться. Грешные земли медленно превращались в прекрасный оазис среди песка и пыли, а свет божественный вечно освещал оазис этот. Защищал от скверны мучеников святых и сынов божьих. Человек нашёл себе место в этот миг. Нашёл смысл в стараниях своих. Нашёл свой истинный образ и вырос в нечто… большее. Так и появились мы: Люди. Создания из плоти и крови. Единственные владыки этого мира, благословлённые Отцом нашим Создателем.

Но вскоре в людях начал разгораться интерес. Чистый свет угасал в их сердцах. Мы познали жадность и похоть среди безграничных знаний. Мы запятнали свою душу кровью невинных. Именно так люди стали черными песчинками на чаше весов. Вскоре вес этой чаши стал невыносимым для Отца-Создателя. Он выпустил мир из рук своих. Взор его затмился, и мир наш окутала тьма. Он не слышал наших молитв. Он не внимал нашим словам. Он дал нам упасть прямо в руки Даемонам. И эти Даемоны схватили наш мир! Поместили его в пасть свою, вцепившись кривыми зубами! Начали танцевать среди грешников, пожирая святых мучеников и сынов божьих! Но мы, что хранили божественный свет в сердце своём, взмыли в небеса и ударили тварь немыслимой мощью! Вступили в битву с неведомой бестией, сметая их с наших земель! Мы вступили в длинную, если не бесконечную, войну. Войну, которая продолжается до сих пор.

«Проснись и пой, Брат!» - мои уши пробила громкая, словно гром, песнь. Голос моего брата – Саве’лия. Он стоял предо мной, полный гордости и бодрости, поправляя одеяния на своём теле и дребезжа кольчугой под ней, словно колокольчиками. – «Проснись, ибо ожидает тебя отче наш Епископ! Час твоего третьего крещения близок!»

«Я помню, Брат Савелий. Не драматизируй. Иди лучше… сестёр развлекай своими песнопениями», - мой полусонный тон никак не задел Брата моего Савелия. Он лишь выпустил из себя громкий хохот, хлопнув меня по плечу.

Довольно радостно видеть то, как Брат твой радуется каждым мгновением, но эту радость лучше держать в себе. Особенно в следующий час. Вскоре, когда я встал со своей постели, заставив деревянные доски скрипнуть под моими ногами, Савелий успел усмирить свой смех и успокоить мысли свои. Он смотрел на меня с довольным оскалом и приподнятой бровью.

«И все же, Братец… Тебе лучше подготовиться к этому заранее. Мы ведь не хотим расстроить Епископа, верно?» - я повиновался громким словам Брата, поспешно накидывая на себя свои одеяния. Следующие мои мгновения будут важными… и волнующими. Я должен быть готов к ним. Савелия же ждали другие дела, которые он не должен откладывать. – «Да присмотрит за тобой Отец наш Создатель, Братец!»

«Да присмотрит за нами Отец-Создатель!» - благословил я и прощался с Братом, что закрывал за собой массивные двери в Казармы Братьев. Теперь мне оставалось только пробудиться и собраться с духом. Готовиться к волнующему часу, готовому ударить по колоколам Церквей наших.

В этот день мне исполнялся двадцать первый год, и сегодня меня будет благословлять сам Епископ. Моё третье крещение поставит меня ещё ближе к Братьям и Сёстрам моим. Воссоединит меня с ними. Сделает меня частью Ордена Пресвятой Инквизиции. Окрестит меня водою и пламенем и очистит меня от грехов, что скопились в моей душе. Сестры говорили, что если твоя душа чиста – пламя лишь аккуратно коснётся твоего тела, словно поцелуй нежный. Не причинит вреда и обойдёт тебя стороной.

Уверенность в моей чистоте же была непоколебимой! Нерушимой! Все эти годы я был примером для Братьев и Сестёр! Я помогал им, учился у них, молился за них и пел песни о них! Может, я и был слегка… неуклюжим и стеснительным, но человек склонен ошибаться! И даже если сегодня я ошибусь – я приму свои ошибки со спокойной душой и отпущу их! Нет места волнению в душе моей!

В последний раз я надел свой белый балахон. В последний раз я взял в свою руку священные рукописи. Мне нужно было выучить последние строки наизусть, ибо именно их мне придётся читать сегодня, дабы почтить Отца нашего Создателя. Благодаря им Отец-Создатель сможет благословить меня перед моим третьим крещением, а Епископ подарит мне прощенье своё. Глаза мои устремлены были в священные рукописи, губы нашёптывали ключевые фразы, а ноги мои спокойно шли мимо пустых холлов, залов и комнат. Каждый Брат, каждая Сестра… Все они ждали моего появления у ворот церковного собора. Они ждали и молились о благополучии каждого крещённого в этот день. И я буду не единственным, которого будут крестить сегодня.

Две Сестры моего возраста будут следовать Чистым путям вместе со мной. Зажжённые факела указывали нам путь сквозь густую тьму. В церковные палаты, где нас ожидал Епископ. С кадилом в одной руке и священными писаниями - в другой. Братья и Сестры, что наблюдали за нами, начали воспевать молитвы, а Епископ, подняв священные писания ввысь, взмолил:

- «О, Отец наш Создатель! Благослови и очисти их! Благослови детей своих взором тёплым! Очисти в огнях своих светлых! Проведи же ты слепое стадо по путям Чистым рукою своей твёрдой!»

Истинное испытание чистоты начиналось в этот миг. Пламенный круг образовался на пути моём, и путь мой закрыли языки пламени. Я должен был идти дорогой пламенеющей и принять очищение души моей, которая (я был абсолютно уверен в этом) была чиста и непорочна. Бояться пламени чистоты должен только грешник! Я же – святой сын! Безгрешная душа! И я принял это испытание, неспешно шагнув вперёд, проходя меж огненных стен.

Глаза слезились, а в сердце моё медленно пробирался страх. Песнь моих Братьев и Сестёр перерастала в хор. Огни подбирались ко мне все ближе и ближе, но я старался не бояться их. Я не оступился! Не сошёл с пути! Но вот уста мои содрогнулись в середине пути. Я запутал слова среди песнопений и сбился со строк. Именно в эту секунду меня должны были поглотить огни, но я, остановившись в середине пути, чувствовал лишь жар. Стыдом покрывался я, медленно пробираясь вперёд, нашёптывая себе бред несусветный и подавая его за молитвы свои. Никто не заметил моих лживых строк, когда я ступил в кристальные воды и медленно окунулся в них с головой.

Я прошёл испытание. Очистил свою душу и окунулся в святые воды с непорочной душой. То, что моей ошибки никто не заметил, – либо удачи улыбка, либо божий намёк. Мне оставалось только дождаться своих Сестёр, ведь они тоже должны очиститься. Одна из них следовала за мной, шагая буквально по моим стопам. И как только она ступила в воду…

Я услышал треск дерева. Ужасный скрип и громкий треск, исходящий от огненных кругов. Сестра, которая находилась в середине своего пути, остановилась в страхе, и один из горящих кругов рухнул прямо на неё. Я не мог услышать песнь среди её воплей и криков, лишь колеблющиеся очертания были видны мне сквозь языки пламени. Большинство Братьев и Сестёр перестали воспевать песни, наблюдая за этим ужасом с широко раскрытыми глазами и дрожащими устами. Никто не стремился помочь ей… кроме меня.

Я прыгнул внутрь, сквозь пламя и огонь. На бегу я срывал с себя рукава, обматывая ими свои ладони, пока горящие доски прижимали Сестру к огненной тропе. Сквозь боль и слезы поднимал я огненный обруч, выкрикивая божественные молитвы, выпрашивая у Отца-Создателя помощи. И когда обруч, с треском и грохотом, рухнул на другой край – схватил я Сестру за руку и утащил её за собой, в чистые воды. Даже чистота вод священных не смогла затупить её неописуемую боль. Все её тело, лицо и руки, были покрыты красными следами и пятнами. Я даже мог почувствовать её дрожь и судороги, входящие в резонанс с дрожью в моих руках. Я чувствовал её боль. Я был наполнен страхом.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке