Исчезающие Девушки (ЛП) (3 стр.)

Тема

комментарий от: admin в 21:15

Мистер Миддлтон отстой .

комментарий от: hellicat15 в 23:01

- Купались голышом, Николь?

Есть много разных слов, которые не хочется услышать от своего отца: клизма, оргазм, я разочарован.

Купание голышом находится на верхних строчках списка, особенно когда тебя только что отпустили из полицейского участка в три часа утра в выданных полицией брюках и толстовке, которые возможно принадлежали какому-нибудь бездомному или серийному убийце, лишь потому, что твоя одежда, сумка, паспорт и деньги были украдены на территории средней школы.

- Это была шутка, - говорю я, хоть это и глупо, но нет ничего смешного в том, что тебя арестовывают, практически голопопую, посреди ночи, хотя в это время ты должна была спать.

Свет фар разбивает дорогу на светлые и темные полосы. Во всяком случае, я рада, что не вижу лицо отца.

- О чём ты думала? Я такого совершенно не ожидал. По крайней мере, не от тебя. А этот парень, Майк…

- Марк.

- Не важно, как его зовут. Сколько ему лет?

Я ничего не отвечаю, хотя знаю ответ - ему двадцать, но лучше этого не говорить. Папе сейчас лишь бы найти виновного. Пускай думает, что меня надоумили это сделать, что я попала под влияние какого-то плохого мальчика и из-за него перелезла через забор Карен Парка, разделась до нижнего белья и с разбегу плюхнулась в бассейн животом. Вода на самом деле была такой ледяной, что от неожиданности у меня перехватило дыхание, и я вынырнула, жадно глотая воздух, но ужасно довольная. Я думала о Даре, думала, вот бы она была рядом, она бы всё поняла.

Перед глазами у меня вырастает огромный валун в темноте, выдвижная стена из прочного камня. Я крепко закрываю глаза и вновь открываю - передо мной нет ничего кроме длинного и прямого шоссе, и лучей света от фар автомобиля.

- Послушай, Ники, - говорит отец, - мы с мамой беспокоились о тебе.

- Я не думала, что вы с мамой ещё разговариваете, - говорю я, опуская окно на несколько дюймов, потому что, во-первых, кондиционер почти заглох, а во-вторых, порыв ветра помогает заглушить голос отца.

Он игнорирует мои слова.

 - Я серьезно. Еще с того несчастного случая ...

- Пожалуйста, - я перебиваю его, перед тем как он сможет закончить предложение. - Не надо.

Папа тяжело вздыхает и потирает переносицу под очками. От него немного пахнет ментоловыми пластырями, которые он клеил на нос перед сном, чтобы не храпеть. Он всё еще в своих мешковатых пижамных штанах с рисунками северных оленей, которые, кажется, носит уже всю жизнь. И вдруг на какое-то мгновение я чувствую себя ужасно виноватой перед ним. А затем вспоминаю о папиной новой подружке, и перед глазами встает молчаливый, напряженный вид мамы, словно она марионетка с туго натянутыми верёвками.

- Ты должна поговорить об этом, Ники, - говорит папа тихим заботливым голосом. - Если не со мной, то с доктором Личми. Или с тетей Джеки. Или с кем-то другим.

- Нет, - говорю я, опуская окно так, чтобы ветер заглушал мой голос. - Я не хочу.

7 Января: Запись в дневнике Дары

Доктор Лизни - ой, простите, Личми - говорит, что мне следовало бы выделять пять минут в день на выражение своих чувств на бумаге. Ну что же:

Я ненавижу Паркера. Я ненавижу Паркера. Я ненавижу Паркера. Я ненавижу Паркера. Я ненавижу Паркера.

Теперь я чувствую себя лучше!

Прошло пять дней с того ПОЦЕЛУЯ и сегодня он даже не дышал в мою сторону. Как будто он боялся, что я загрязню воздух, которым он дышит.

Мама и папа также находятся в списке дерьма этой недели. Папа - потому что он пускается во все тяжкие и раздражителен из-за развода, когда на самом деле, знаете, он просто раздувает из мухи слона. Я имею в виду, что если он не хочет уезжать, он не должен этого делать, правильно? А мама - потому что она не может постоять за себя, она так не плакала даже на похоронах Пау-Пау. Она делает всё на автомате: занимается в своём  «SoulCycle»[5], затем изучает всевозможные рецепты из киноа, как будто всё будет отлично, если она будет получать достаточное количество диетических пищевых волокон подобно аниматорному роботу-чудиле в штанах для йоги и свитере колледжа Вассар.

Ники ведет себя так же, как они. Это сводит меня с ума. Она не была такой раньше. Возможно, я просто не придавала этому значения раньше. Но как только она начала ходить в среднюю школу, то стала умничать, раздавая советы направо и налево, как сорокапятилетняя, несмотря на то, что она старше меня ровно на 11 месяцев и 3 дня.

Помню в прошлом месяце, когда мама и папа сообщили нам об их разводе, она даже не моргнув, сказала: "Окей".

О-гребанный-кей. В самом деле?

Пау-Пау мертв, мама с папой ненавидят друг друга, а Ники так смотрит на меня так, словно я наполовину инопланетянка.

Слушайте, доктор Лизни, это все что я хотела бы сказать - все НЕ хорошо.

Всё.

17 Июля: Ники

Сомервиль и Мэйн Хайтс всего в двенадцати милях друг от друга, но такое впечатление, будто бы они находятся в разных странах. Мэйн Хайтс полностью новый: новое постройки, новые витрины, новый беспорядок, недавно разведенные отцы и их недавно купленные многоквартирные дома, небольшая группа домов из гипсокартона и фанеры со следами свежей покраски выглядят, будто какие-то декорации, построенные на скорую руку и потому не выглядящие настоящими. Папина многоквартирка выглядывает на стоянку из-за ряда деревьев, отделяющих жилые дома от шоссе. Полы здесь застелены коврами, а кондиционер бесшумно выпускает холодный воздух, так что чувствуешь себя живущим в холодильнике.

Однако, мне нравится Мэйн Хайтс. Мне нравится моя полностью белая комната, и запах только что уложенного асфальта, и сказочные здания, устремляющиеся в небо. Мейн Хайтс - это место, куда приезжают, чтобы забыться.

Но спустя два дня после инцидента с купанием нагишом, я вновь возвращаюсь в Сомервиль.

- Смена обстановки пойдет тебе на пользу,- говорит папа уже в двенадцатый раз. Звучит это глупо, потому что он твердил то же самое, когда я уезжала в Мэйн Хайтс. - Да и для твоей мамы будет лучше, если ты будешь дома. Она будет счастлива.

По крайней мере, он не лжет и не говорит, что Дара тоже обрадуется.

Мы приезжаем в Сомервиль слишком быстро. Как будто прошли сквозь подземный проход и вышли с другой стороны. Все выглядит старым, - огромные деревья вдоль дороги: плакучие ивы - перебирающие землю, высокие дубы - отбрасывающие на автомобиль мерцающие тени. Cквозь колышущуюся зеленую пелену листьев видны огромные дома, созданные в разных архитектурных стилях, начиная от рубежа веков и заканчивая колониальным. Раньше Сомервиль был известен своей гудящей дробилкой и хлопчатобумажной фабрикой, и был самым большим городом во всём штате. Теперь половина города имеет статус архитектурного объекта. У нас есть местные праздники: День Основателей, фестиваль Мельницы и парад Паломников. Есть нечто противоречащее в том, чтобы жить в городе, настолько поглощённым своим прошлым. Будто каждому отказано даже в идее о будущем.

Как только мы свернули на Вест Хэйвен Корт, мне стало душно. Это еще одна проблема Сомервилля: слишком много воспоминаний и ассоциаций. Все, что происходит, происходило тысячу раз прежде. На секунду создается впечатление, будто перед глазами проносятся тысячи встречных машин, тысячи поездок домой в папином Субурбане с кофейным пятном на пассажирском сидении, - комбинации воспоминаний семейных поездок, особенных обедов и групповых поручений. Забавно, как вещи могут оставаться одинаковыми так долго, а потом измениться в мгновение ока.

Папин Субурбан сейчас на продаже. Он собирается обменять его на автомобиль поменьше. Так же, как он обменял свой большой дом и семью из четырех человек на небольшую многоквартирку и наглую, миниатюрную блондинку по имени Шерил. Теперь мы больше никогда снова не подъедем к дому № 37, как семья.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Похожие книги