Меченая: Скала (55 стр.)

— Зубочисток тоже нет. И времени нет. Скоро Леон речь толкать начнёт, а потом нас всех прикончат… Ну или: меня прикончат, тебя не знаю.

Я уставилась на Роксану хмурым взглядом, но так и не задала возникший в голове вопрос: «Почему ты вообще до сих пор жива»?

— Где остальные? — помедлив, спросила Роксана.

Кровь большими каплями стекала с её острого подбородка, словно кто-то не до конца закрыл кран. Я с трудом заставила себя отвернуться:

— Сомневаюсь, что мы должны это обсуждать.

Роксана спятила. Нас могут подслушивать, или что ещё проще — вот она рация, сидит перед нами и грызёт ногти! От дипломата-то не избавились, ни в каком из смыслов!

— Брей мёртв, — слетело с моих губ и вдруг в голове произошло невероятное открытие: этот недоумок, с которым мы вообще никогда не ладили, пытался укрыть меня за своей спиной…

— Чёрт. — Голос Роксаны вывел меня из стопора. — Сейчас бы виски.

Она подтянула избитое тело повыше и иронично усмехнулась:

— Ты была права. А я была дура… Жертва? Как ты там говорила? Незначительная жертва во имя Нового мира Дакира, да? Вот значит, в роли кого я закончу… — Она взглянула на меня смирившимися глазами: — Чёрт. Жалко я сейчас выгляжу, да?.. Моя мать сказала бы, что жалко… Она работала в сфере моды… Даже одинокая пылинка в доме могла довести её до истерики. Видела бы она, сколько дерьма на мне сейчас… — Новый приглушённый смешок. — Подиумы, софиты, красивая одежда… Я часто бывала на показах — маленькая девочка с большущими от счастья глазами, в первом ряду, в шикарном платье и милых туфельках от Луи Витона. А потом эта девочка взяла в руки отцовский пистолет и прострелила родной матери голову, когда та пыталась отгрызть от неё кусок. — Роксана помолчала, мутными глазами взирая на потолок. — Знаешь, как говорила Коко Шанель?.. «У меня осталось только дно неудовлетворённое любопытство — смерть».

— Звучит, как надгробная речь.

Роксана усмехнулась:

— Кто ж ещё мне её прочитает, если не я сама?

Во мне закипала ярость. Ток мчался по венам, заряжая энергией покалеченное тело, которое давно было готово сдаться. Уступить. Ну, или хотя бы смириться и просто ждать, когда всё закончится. Но ярость я контролировать не могла. Она застилала глаза, приказывала зубами вгрызться в эту цепь и разорвать её к чёртовой матери. У Чейза бы наверняка получилось.

Чейз.

Где ты? Какую точку выбрал для нанесения удара?..

Я поползла к двери. Стеклянная крошка больно врезалась в ладони, хрустела под коленями и голыми ступнями.

Цепь натянулась и всё, что удавалось разглядеть это три покосившихся высотки — слишком рискованно. Здание банка — теперь бордель. И бывший торговый центр… Чейз там. Больше негде.

— Ты что делаешь? — Голос Роксаны был заторможенным, слова растянутыми, зрачки мутными и расширенными, будто её Метадоном обкололи.

— Ничего.

Прежде чем вернуться на место, я бросила взгляд на Сиропчика и наши глаза встретились. Напуганный, дёрганный, избитый ещё больше, чем Роксана. Вот не повезло, приятелю! Не получилось заработать билет на выход из пекла!

С дипломатами значит хорошо обращаются?..

Шаги.

Роксана потянула меня за цепь, и я грохнулась на пятую точку.

В холле появились двое головорезов, ворожённые и со скалящимися мерзкими физиономиями. Даже не знаю, были ли они среди тех, кто напал на склад торговца. Тогда я вообще ничего не различала.

Зато я помню взгляд Кристофа.

— Наша шлюшка очнулась, — просипел один из них и толкнул меня ботинком в бок.

Неправильное решение. Я схватила его за ступню и резко потянула на себя, одновременно крутанув на сто восемьдесят градусов. Вывих голеностопного сустава, жаль не хватило сил порвать его ко всем чертям.

Головорез в полёте перевернулся и с громким рёвом ударился брюхом об пол. Второй верзила успел схватить его за шиворот и отбросить к дверям, прежде чем руки первого сомкнулись на моём горле.

— Сдохнуть хочешь?! Леон приказал её не трогать!!!

— Да-да, совершенно верно! Я никому не позволяю прикасаться к моей уважаемой гостье. Никому. — Звонкий мужской голос позади меня. В нос ударил горький запах парфюма. — Наконец-то пришло время познакомиться с цветочком, который так сногсшибательно пахнет.

Бордовый вельветовый костюм, чёрный галстук, начищенные до блеска ботинки и тёмная шляпа с полями, украшенная тоненьким кожаным ремешком.

Я совсем не так представляла себе нового предводителя Скверны. Как угодно, но не так!

Низкорослый, коренастый, виски тронутые сединой, невероятно бледная кожа, впалые щёки и наверняка прилепленные усы в образ Чарли Чаплина для костюмированного фестиваля.

Тонкие губы тронутые опасной улыбочкой и глаза… красные, налитые кровью.

Такие же как у Чейза.

Глава 33

Бум-бум-бум — музыка с улицы. Ликование толпы. Кряхтение головореза на полу у двери. Поскуливание Тайлера. Молчание Роксаны. И улыбка хищника на лице Леона.

— Джей. — Словно пробуя имя на вкус, протянул предводитель Скверны. — Джей. Джей. Джей. — Он задумчиво всматривался мне в лицо. Глаза щурились. — Что с тобой? Почему ты такая грязная?.. Очень грязная.

Прокрутите, пожалуйста, ещё раз.

Что это за карма такая? Почему меня окружают один психи?!

— Эй, ты, принеси воды, живо! И потеплее! — приказал Леон, удостоив короткого взгляда головореза, что стоял на ногах, и вновь впился в меня красными глазищами. — Милая, тебя надо привести в порядок. В порядок.

— Тогда верни мне мои ботинки. — Спасибо, голос, прозвучал, как надо.

— Я тебя ждал… — Проигнорировав требование, Леон слегка склонил голову на бок, не переставая приторно улыбаться. И он что-то делал со своими пальцами. Заламывал их неестественным образом, как будто внутри чешутся кости. — Где же ты был так долго, цветочек? Моя речь должна была уже начаться. Люди ждут праздника! Веселья! Открытий! Они пришли сюда, чтобы послушать меня. Мы на пороге новой эры, а я вожусь здесь с маленькой миленькой девочкой, которая собиралась избавить этот замечательный городок от их любимого предводителя. Придётся сократить речь, чтобы уложиться во время. — И он зацокал языком, как добрый, слегка придурковатый папаша, ругающий свою доченьку и при этом души в ней не чая.

— Как ты получил это место?.. — неверующим голосом выдохнула я, с абсурдом глядя на Леона снизу вверх.

Нет, правда, понимание этого было выше всяких сил!

— Что? — Губы Леона поджались, щёки вздулись: он стал похож на удивлённую лягушку. Даже оттенком кожи соответствовал. — Что-что? Как я получил место предводителя этой шайки?

— Это я и спросила.

Леон завёл руки за спину и принялся медленно мерять холл отеля шагами: от Тайлера до меня и обратно. Охрана отсутствовала! Даже головорез с повреждённым голеностопом куда-то испарился. И если бы этот до крайности странный мужик подошёл немного ближе, моей цепи вполне бы хватило, чтобы обмотать её разок вокруг его шеи и выполнить уже, наконец, этот проклятый приказ Дакира.

Но он держал дистанцию. Остановился возле Тайлера, наградив его умилённым взглядом и мелодично произнёс:

— Потому что боятся… Меня боятся. — Острый нос блестящего ботинка коснулся ноги Сиропчика. Тот дёрнулся и сильнее вдавился в стену. — Миленький щеночек. Сидеть. Тяф-тяф.

Его пристальный взгляд обратился ко мне:

— Хочешь, я позволю тебе его погладить? Погладить?

О, Боже…

Что это за нездоровая привычка дважды повторять окончание предложения?..

— Тогда мне придётся задушить твою псинку.

Ухмылка Леона была ещё более пугающей, чем два кровавых океана под тяжёлыми веками. Это ухмылка истинного психопата — никак не подделки!

— Почему он здесь? Почему не убил его? — Мне надо было тянуть время, не знаю зачем, но это то, что подсказывало чутьё.

Как будто не всё ещё кончено.

Как будто такое возможно…

— Кого? — Леон наигранно вскинул брови. — Щеночка?.. М-м-м… мне он нравится. Решил оставить себе.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке