Современные болгарские повести

Тема

ПОВЕСТИ[1]

Каждый общественно значимый этап в жизни того или иного народа видоизменяет и обогащает идейно-тематический круг произведений литературы, предлагает подчас совсем новый или существенно обновленный подход к решению кардинальных проблем времени, дает толчок развитию особых, во многом неповторимых художественных форм.

Новое время — после победы болгарского народа 9 сентября 1944 года — естественно, принесло с собой новые конфликты и проблемы. Первый прорыв болгарской литературы непосредственно в современную проблематику был сделан уже в первое десятилетие после освобождения Болгарии от монархо-фашизма. Писателям, воодушевленным перспективами гигантских социальных преобразований, удалось передать ритм бурной эпохи созидания, энтузиазм строителей нового мира. Но в этом первом отклике литературы на коренные изменения в общественно-социальном бытии народа многое еще осталось «за скобками» художественного воспроизведения жизни. Сложности и трудности процесса перестройки общества, формирование новых отношений между людьми часто представали в облегченном виде; во многих произведениях появились упрощенные конфликты, схематичные образы и ситуации.

К 60-м годам внутренние изменения, накапливающиеся исподволь, были осмыслены с ясным учетом позитивного опыта и художественных потерь первого послевоенного десятилетия. В первую очередь были отброшены все ложные теории, тормозившие развитие и обогащение литературы социалистического реализма, преодолевался упрощенный взгляд на содержание метода этой литературы. Отличительным ее признаком явилось обращение к человеку как творцу истории — подчеркнутое внимание к духовному миру личности и его изменениям в соответствии с движением времени, к месту и назначению каждого человека в жизни общества, к нравственному аспекту исследуемых конфликтов. Все это послужило стимулом и жанрово-стилевых поисков болгарских художников слова. Так, особенно интенсивно начала развиваться «малая» проза (рассказ, новелла, повесть, небольшой по объему роман), потеснившая масштабный эпический роман; прозаики стали шире применять прием «лиризации» (исповедальность тона, монологичность и пр.); расширились рамки использования в художественных произведениях документа; видимо повысился интерес к эссе; проявилась тенденция к известному взаимопроникновению жанров, стиранию четких границ между ними. Процесс обновления не обошел стороной и другие роды литературы.

Многие наиболее существенные признаки болгарской литературы 60-х годов продолжают определять облик литературы 70-х годов. В основе своеобразия литературы последнего десятилетия — художественное освоение новых жизненных конфликтов, порождаемых действительностью, новых тематических пластов, а также поиски в далекой и близкой истории нравственной национальной доминанты, глубокое исследование становления национального характера и его своеобразия в новую историческую эпоху.

Традиционная и важнейшая для литературы народной Болгарии тема антифашистской борьбы претерпевает с течением лет существенные изменения. Современная проза — ведущий в 60–70-е годы род литературы — старается выявить и отразить все многообразие эпохи антифашистской борьбы, ее сложность и противоречивость, вскрыть истоки как героизма и самоотверженности, так и отступничества, малодушия и предательства, показать моменты наивысшего напряжения этой борьбы, но в то же время и ее будни, насыщенные повседневным риском и требующие исключительной выдержки и непоколебимой веры. Воссоздавая эпизоды антифашистского Сопротивления, писатели стремятся проникнуть в сложный механизм событий, в психологию подвига, который зачастую совершают простые и негероические на первый взгляд люди (сборник рассказов «Пороховой букварь» Й. Радичкова). Таким произведениям, в которых события пропущены как бы сквозь призму индивидуального сознания и опыта, присуща обычно монологическая форма изложения, усиливающая впечатление авторской сопричастности этим событиям и достоверности рассказа. Авторы, нередко сами участники Сопротивления, широко используют свои собственные наблюдения («Пережитые рассказы» Д. Жотева).

Подлинность событий и переживаний ясно проглядывается и в новелле Камена Калчева, также участника Сопротивления, «И вновь приходит май, и вновь цветут цветы…», повествующей о «рядовых» Сопротивления, которые своей повседневной, незаметной, а в сущности, опасной и необходимой деятельностью обеспечивали важные участки подпольной борьбы. К. Калчев, писатель, удивительно чуткий к требованиям времени, посвятивший не одно произведение переломным моментам в революционной истории народа и исключительным историческим личностям, здесь раскрывает роль и значение рядовых участников движения. Общенародный подвиг складывается не только из ярких проявлений человеческой воли и мужества, но и из массы разнообразных и порой будто бы совсем незначительных поступков сотен и тысяч людей. Пусть невелик вклад каждого из них, вместе они — великая сила. Автор, он же герой-повествователь, дает почувствовать тревожную атмосферу кануна гибели старого мира, пытающегося ценой жесточайшего террора удержаться у власти. Гуманистический пафос новеллы, подчеркнутый лирико-юмористической интонацией повествования, отсутствием патетики, помогает читателю верно уловить дыхание времени, сложное переплетение в нем исключительного и будничного, трагического и комического, стремление простых людей способствовать по мере своих сил грядущим великим переменам.

Приблизительно к тому же периоду эпохи Сопротивления обращается и Радослав Михайлов в своей новелле «Расшатавшийся мир». Однако в центре исследования здесь оказывается человек, далекий от борьбы и вообще от какого-либо участия в общественной жизни. Это бедный и темный крестьянин Ефрем, который волею судьбы втягивается в события и, совершив свой трагический выбор, становится предателем. Традиционная для болгарской литературы социальная проблема частнособственнической психологии крестьянина раскрывается в новелле своеобразно, применительно к новой ситуации — прямому революционному столкновению двух противоборствующих миров. В этом столкновении Ефрем гибнет. Ограниченная, косная психология не позволяет герою сделать верного выбора. Р. Михайлов точно зафиксировал социальный тип крестьянина, исчезнувший постепенно после победы народа, но во многом очень характерный для сельского населения буржуазной Болгарии. Нищета и невежество ограничивают круг интересов Ефрема самым насущным: земля, дом, семья. События большого мира проходят мимо него как бы стороной, пока случай не сталкивает его с тяжело раненным партизаном Начо, которого Ефрем предает, соблазнившись эфемерной надеждой завладеть его домом. Частнособственнический инстинкт оказывается сильнее голоса совести и голоса крови, человеческих чувств жалости и сострадания. В жизненном и моральном крахе героя проявляется идейная и нравственная позиция писателя, который психологически достоверна объясняет поступки героя, но отнюдь не оправдывает их. Ефрем вовсе не олицетворяет собой все болгарское село того времени, Ведь оно в своей основе сочувствовало и помогало антифашистскому Сопротивлению, в нем формировались многие партизанские отряды. И если крестьяне типа Ефрема, действовавшие вопреки логике истории, были ею обречены, то за такими, как партизан Начо, было будущее народа и страны.

В болгарской литературе 60–70-х годов резко усиливается интерес писателей к проблемам современности. Прозаики вторгаются во все сферы современной жизни, пытаются художественно обобщить важнейшие процессы времени. В художественном «штурме» действительности приняли участие писатели разных поколений. Такие прозаики, как Павел Вежинов, Камен Калчев, Андрей Гуляшки, Богомил Райнов и др., уже прошедшие большой путь в литературе, пережили в 60-е годы как бы второе рождение. Каждый из них по-своему реагировал на изменения в общественной атмосфере страны. У каждого из них появились произведения, в которых общественные события осмыслялись с личностной точки зрения.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора