Избранник (3 стр.)

Тема

За заграждением, к которому подошел Сергей... (отчества его пока мы не знаем), похожим одновременно на стойку бара и на бюро, сидел добродушного вида старик и писал что-то, блестя очками то в одну, то в другую сторону. Старик поднял голову, увидев краем глаза фигуру, возникшую у бюро. "Для меня нет писем? Вот мой паспорт, -- Сергей протянул ему свой открытый документ. -- "Для вас? -- и старик, почти не глядя в "соты" для писем, продолжил: "Для вас -- нет". Он в этот момент встал, и на лице его расплылась улыбка. Он развел руками, показывая этим, что "нет", дескать, "нет". Но в его позе, в его уверенности-превосходстве, в его выражении лица было нечто большее, чем просто вежливость: в его глазах светилась глумливая насмешка. Сергей повернулся и вышел.

Он направился в ту же сторону, что и раньше, продолжая движение, словно в океане толпы оставался единственной постоянной точкой. Но вот он, видимо, достиг цели своего движения. Он находился у какого-то представительства, нечто вроде того, что за границей называют офисом. Зачем-то нагнувшись, он вошел в него, оказавшись в небольшом холле, вдоль одной из стен которого сидели на стульях мужчины и женщины. Пройдя по коридору, он открыл одну из дверей, из-за которой раздался довольно нетерпеливый женский крик: "Подождите!" Сергей-художник отошел от двери, став у стены и наблюдая за дверью, готовой в любую минуту открыться. Ему не пришлось долго ждать. Через несколько минут из двери буквально выползла огромных размеров дама, накрашенная, как клоун во время выступления, в очках в роговой оправе; глаза ее из-за стекол очков смотрели подозрительно и лениво. Художник открыл дверь и вошел в кабинет. Это была довольно просторная комната прямоугольной формы, в конце которой у окна стоял письменный стол, и за ним сидела молодая женщина в очках и держала в руках телефонную трубку.

Голос, выкрикнувший ранее "подождите", принадлежал, по всей видимости, ей. "Что там у вас? -- она подняла глаза и ручка в пальцах с накрашенными ногтями повисла в воздухе. -- "Я слышал, что вам нужен художник. Вообще-то направил меня к вам Максимилиан Иванович". В глазах у сидящей за столом появилась смешинка, но тотчас же погасла. -- "А вы сбреете бороду?" -"Возьмете меня на работу -- тогда сбрею. " -- "А вы тогда возьмете -- и не сбреете." -- "А вы тогда возьмете -- и уволите меня. Идет? " -- "Нет, не идет! " -- "Ну, тогда придумайте что-нибудь другое! " -- "Послушайте, ху-дож-ник! Вы сюда о работе пришли говорить -- или о бороде? " - "А это именно то, что я хотел вам сказать: ведь я пришел -- и вам о работе, а вы мне -- о бороде! " -- "К сожалению, ваша информация неверна: у нас вакантных рабочих мест нет." -- "Спасибо." -- "Пожалуйста."

Сергей вышел и отправился дальше - снова по той же улице.

Его путь лежал теперь на телеграф.

За стойкой, за какой на стене висели большие часы, а вокруг кишело много народу, сидела женщина лет сорока восьми и просматривала бумаги. Очереди перед стойкой заметно не было, но везде толпился народ; все отталкивали друг друга и пробиться к стойке было, на первый взгляд, затруднительно. Сергей подошел к толпившимся здесь и...через несколько секунд стоял уже перед женщиной -- сотрудницей. "У меня разговор по телеграмме на сегодня. На пять часов. Вот телеграмма". -- Он протянул ей телеграмму. -- "Так... Это какое-то недоразумение. У меня тут ничего не записано. " -- Она подняла глаза. -- "Этого не может быть" -- "Вот..." -"Этого не может быть!" -- "Вы что, не верите мне? Так..." -- "Где ваш бригадир? Я поговорю с бригадиром." -- "Ах! Вот! Нашла -- извините, пожалуйста... Вот так, бывает, засмотришься... Работаешь, работаешь, посто..." -- "Хорошо! -- Он прошел и сел на один из стульев, которые не были заняты. -- Время для него тянулось медленно. Он сидел, поглядывал туда-сюда, наклонял и поднимал голову, сплетал пальцы и снова сидел прямо на стуле. Это было ожидание волевого человека, который может подавить в себе нетерпение, и только отдельные его жесты выдают внимательному взгляду, что подспудно в его душе скрывается клокочущая бездна переживаний.

Внезапно какое-то сообщение по динамику вырвало его из этого положения. Он встал и быстрым шагом направился к одной из кабин, на которую ему указал голос. Войдя в нее, он жадно припал к трубке: "Да, я слушаю... Мама! Мама! Как у тебя?.. Да, я заказывал разговор на вчера, но пришлось отложить - по твоей телеграмме - на сегодня... у меня вчера не времени... Ну, как у тебя дела? Все нормально... Да, я приходил... Не забудь написать ему... Если сможешь... Ну, как там?.. Да, хорошо... Дядя вчера меня посетил... Да, если сможешь... когда я приходил к Саше... работаю понемногу... Не надо. Как-нибудь протяну... У меня все нормально... Как ты?.. Хорошо... До свидания... Ладно... Только, слушай, не забудь написать ему... До свиданья." И он повесил трубку.

После почтамта Сергей шел более быстрым шагом, чем обычно; руки его были в карманах; одна из них продета в ручку сумки. Вид его был теперь не такой суровый, а шаги подчеркивали стремление.

Он смешался с толпой и теперь стал неотделимой частью этих стен и улиц, тротуаров и уже зажженных огней.

Оглянувшись, он пересек площадь, прошел сквер наискосок преодолел пространство второстепенной улицы и зашагал дворами, направляясь к себе домой. Войдя в квартиру, он повесил на гвоздь свою куртку-плащ, снял ботинки. переместил ноги в тапочки, положил в зале сетку и включил в ванной свет. Побывав на кухне, он вошел в ванную комнату и устроил стирку. Раздевшись до пояса и обнажив свои атлетически крепкие мышцы, он принялся стирать, сгибаясь и, почти без каких бы то ни было видимых усилий, работая руками. Так проходило пять, десять минут. Выстирав какую-нибудь вещь, он выкручивал ее и аккуратно развешивал на веревке, которая висела над ванной, а следующую вешал рядом. Так он три раза разгибался, чтобы повесить выстиранное, а затем нагибался и снова стирал. Внезапно раздался звонок в дверь. Держа перед собой, в мыльной пене, руки, Сергей пошел открывать.

Победив жест стремления вытереть мыльные ладони о брюки, он подошел к двери вплотную и открыл. "А, это ты? 3аходи, - на пороге стоял парень в импортной куртке, с аккуратно причесанными волосами, и держал руки в карманах куртки. -- "Можно к тебе? -- В тот момент из-за его спины выступила особа женского пола в вязаной шапочке и в кожаном полупальто, тоже державшая руки в карманах, что заставило бородатого Сергея, стоящего полуоборотом к двери, сменить положение и повернуться снова лицом. В этот момент лицо его вытянулось, приняв выражение, похожее на смешанное удивление. Он пропустил их вперед, опустив руки, и пена, которая сначала была отчетливо видна на его руках, уже потускнела. -- "Я стираю, -- довольно мрачно сказал он; от недавнего выражения его лица не осталось и следа. -- Проходите на кухню". Он оставил дверь ванной полуоткрытой и оттуда стали доноситься звуки трения белья о стиральную доску. Через некоторое время эти звуки, доносившиеся из ванной, прекратились. Сергей появился на пороге, застегивая рубашку.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке