Две богатеньких малышки

Тема

Миньон Эберхарт

1

Она позвонила в колокольчик и рассеянно огляделась.

Стоял майский день, лазурно-золотой нью-йоркский день, когда радость словно разлита в воздухе. Солнечные зайчики весело играли на молодых зеленых листочках и на стенах дома. Узкий, изящный, окруженный изгородью из аккуратно подстриженного кустарника, дом казался среди своих соседей забытым, сказочным уголком старого Нью-Йорка, тем более что отсюда не было видно небоскребов.

Для Эмили Ван Сейдем это действительно был Дом – дом ее детства. Только бы сестре не пришло в голову продать его. Хотя, конечно, с приобретением новых роскошных апартаментов все домашние хлопоты разом свалились бы с хорошеньких хрупких плечиков Дианы Ван Сейдем (вот уже четыре года как Дианы Уорд)... Эмили снова позвонила...

...и тут до нее дошло, что за это время кто-нибудь да должен был подойти к двери! Даже если прислуга в очередной раз сбежала, сама Диана не могла не услышать звонка. Они не договаривались идти вместе на собрание комитета; просто погода была такой чудесной, что Эмили решила прогуляться пешком до дома Дианы. Собрание было назначено на четыре; Эмили взглянула на часы – стрелки подбирались к указанному времени. По тихой улочке с шумом промчалось такси. Эмми еще раз позвонила – вдруг Диана наверху и не слышит; затем подергала дверь, но та, конечно, оказалась заперта. Очень может быть, подумала она, что Диана вовсе забыла про собрание – это вполне в ее духе. Эмми уже собралась было уходить, когда дверь робко скрипнула – и тут же распахнулась. На пороге стояла Диана – растрепанная, в одной рубашке; глаза ее были полны ужаса. Она втащила Эмми в дом и с грохотом захлопнула дверь.

– Эмми! – всхлипнула Ди. – Эмми, это не я! – и судорожно разрыдалась.

Этого не могло быть – но тем не менее было.

На полу в холле, раскинув руки, лежал человек.

Эмми шагнула ближе. Это был Гил Сэнфорд – могучий, красивый, всегда полный жизни... Всегда – только не сейчас. В широко распахнутых темных глазах застыло пустое, бессмысленное выражение; на груди белой рубашки расплылось красное пятно.

– Ди... Ди, что произошло?

Диана, пошатываясь, побрела к лестнице и села на ступеньку.

– Это не я! – повторила она, всхлипывая.

Когда-то давно – главным образом из желания, чтобы к ней относились не как к «богатой малышке», а как к надежному члену общества – Эмми окончила курсы оказания первой помощи. Она заставила себя приблизиться к Гилу Сэнфорду и взять его за запястье. Пульс не прощупывался. Алые пятна были повсюду – даже золотая булавка на галстуке забрызгана кровью.

Диана привстала на лестнице и прижалась к перилам:

– Эмми... он вправду мертв?

Эмми наконец удалось подняться. Она подошла к столику и оперлась на него обеими руками. Одно дело – курсы первой помощи; совсем другое – труп человека, к тому же знакомого...

– Да, – ответила она.

– Не может быть, – простонала Диана, – не может быть...

– И тем не менее ...

Сестры молча смотрели на тело. Тишина в доме казалась оглушительной. Нужно взять себя в руки, думала Эмми, нужно что-то предпринять...

– Вызови врача, – внезапно сказала Диана. – Его номер – в моей красной книжке, рядом с телефоном. Вызови...

– Бессмысленно, – сдавленным голосом сказала Эмми. – Звать нужно полицию. Ди, что же все-таки случилось?

– Не знаю. – Диана снова опустилась на ступеньку, глядя на сестру сквозь прутья перил. – Что-то немыслимое... Я одевалась. Наверху. Я даже не знала, что он в доме. И вдруг я услышала... сперва мне показалось, что это выхлопы автомобиля. Но потом я поняла: это совсем другое. Выстрелы! Я сбежала вниз и увидела... – она снова разрыдалась, – увидела его! Он лежал... вот так, как сейчас! Эмми, может, он еще жив? Вызови врача, ради Бога!

– А где Дуг?

Эмми говорила о Дугласе Уорде – муже Дианы.

Ди судорожно сглотнула:

– На репетиции...

– Где именно?

– Не знаю... то есть, подожди, наверное, в отеле «Эдисон» – в танцзале или еще где-то...

– Ты знаешь номер телефона?

– Нет... он в телефонной книжке. Но... Ох, Эмми, я не верю, что Гил мертв! Почему ты не вызовешь врача?

– Сначала нужно вызвать полицию. Потом я попытаюсь дозвониться до Дуга...

– Но врач нужен мне! – выкрикнула Диана; ее трясло.

Это верно, подумала Эмми. Ближайший телефон в доме находился в кабинете Дуга.

– Хорошо, – сказала она и отважно двинулась вглубь дома, стараясь как можно ровней идти мимо недвижного тела Гила Сэнфорда.

Дверь в тесный кабинет Дуга оказалась открытой. Стены были уставлены книжными полками. У окна располагался огромный письменный стол, заваленный горами бумаг. Повсюду громоздились красные папки – сценарии. На краю стола стоял телефон. Эмми сняла трубку – и тут до нее дошло, что она не знает ни номера врача, ни номера отеля «Эдисон». Дуга вряд ли удастся разыскать быстро; лучше начать с доктора – Ди действительно нуждается в помощи... Она взяла красную записную книжку сестры, но не сразу вспомнила фамилию врача.

– Его зовут Уилсон, – донесся слабый голосок Ди, мелодичным эхом прокатившийся по безлюдному дому.

Эмми отыскала и набрала нужный номер. Приятный женский голос сообщил ей, что доктора нет дома, но он немедленно перезвонит, как только вернется.

Теперь – полиция...

– Ты дозвонилась до доктора Уилсона? – спросила с лестницы Диана. – Приготовь ему кофе. Я ужасно себя чувствую!

Я – не лучше, мрачно подумала Эмми, но ответила:

– Он вот-вот придет.

Итак, полиция. Снова – приятный вежливый голос, на сей раз мужской. Эмми назвала адрес Дугласа Уорда и сказала:

– Здесь лежит человек. Его, наверное, застрелили. Он мертв.

– Ясно. Оставайтесь на месте. Мы прибудем через несколько минут. И никого не выпускайте из дому!

«И никого не выпускайте из дому»...

Ужас охватил Эмми. Она рывком обернулась к двери:

– Ди, в доме есть кто-нибудь?

– Нет...

– Ты уверена?

– Конечно. Слуги уволены. Да и кто бы мог сюда войти? Двери-то заперты...

Гил, к примеру, вошел, подумала Эмми; но в трубку сказала:

– Нас здесь только двое: миссис Уорд и...

– Машина уже выехала, – перебил приятный голос.

Эмми поблагодарила и повесила трубку.

– Диана! Как Гил попал в дом?

– Не знаю! Я его не впускала! Ох, Эмми, видимо кто-то пришел вместе с ним и... убил его... и ушел. Я не вижу другого объяснения.

– Я тоже, – медленно произнесла Эмми, но мысли ее начали проясняться. Если Гил застрелился, где-то должен быть пистолет. Если же он не стрелял в себя сам, значит, это сделал кто-то другой. Это было ясно, как день... Эмми выбежала из кабинета, намериваясь спросить у сестры, не видела ли та пистолета, но Дианы уже не было на лестнице. Эмми быстро оглядела холл, ступеньки – оружия нигде не было. Вместо того, чтобы звонить Дугласу, Эмми зачем-то обошла вокруг тела Гила Сэнфорда, стараясь не глядеть в лицо, которое всегда было таким улыбчивым, таким обаятельным, так радостно сияло в присутствии хорошенькой женщины... Она поднялась наверх, уверенная, что Диана отправилась в свою комнату.

Так оно и было. Ди, путаясь в оборках, натягивала пеньюар из розового шелка с пеной кружев, более напоминающий бальное платье.

– Я как раз начала одеваться, когда услышала выстрелы. Ох, Эмми, это было ужасно! Я оставалась тут с ним минут пятнадцать, наверное, – но кажется, что целую вечность! Когда приедет доктор?

– Не знаю. Ди, а пистолет? Ты видела пистолет?

Диана замерла, наполовину просунув руку в пенно-розовый рукав; голубые глаза ее расширились и уставились на Эмми.

Диана всегда была красива, ошеломляюще красива – золотые волосы, тонкое, нежное личико, хрупкий и беззащитный облик. Однако она была сильна, как лошадь; но чтобы угадать в Диане эту силу, нужно было знать ее так, как знала Эмми. Истерические рыдания не оставили на ее веках и следа красноты или припухлости. За хорошеньким личиком, за наивными голубыми глазками скрывался быстрый, трезвый, расчетливый ум.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке