Возвращение профессора Корнелиуса

Тема

Райков В

В. РАЙКОВ

Перевод с болгарского 3. Бобырь

- Под левым камнем, да? - спросил Ангел и засмеялся. Потом его внимание опять привлекла бутылка на столе.

- Не под левым камнем, а под третьим от желтой розы, поправил его Марин. - И не под камнем, а слева от него. Разница есть. Кошка не может спрятать медальон под камень.

- Да-а-а... Кошка! Самая большая загадка здесь - кошка.

- Желтая кошка с черными полосами, - бесстрастно уточнил Марин.

- Которую я видел даже до предсказания.

- Которую ты уже видел?

- Ну, тогда выпьем за желтую кошку, которую я уже видел, хотя, по совести говоря, этого не помню, - произнес Ангел, поднимая бокал. - За здоровье всех желтых кошек! Это альфа и омега...

- Согласен! - торжественно прервал его Марин. - И давай не шутить с предсказаниями Корнелиуса, потому что...

Тут оба не выдержали и, не успев пригубить бокалы, разразились таким смехом, что мать Ангела пришла посмотреть, не случилось ли чего-нибудь.

- Может быть, вам что-то нужно? - строго спросила она.

Этого было достаточно, чтобы у них начался новый приступ хохота. Ангел едва успел поставить бокал на столик и упал, держась за живот; Марин всхлипнул, словно в горле у него что-то застряло, потом разразился визгливым хохотом. Мать подняла глаза к небу, выразительно пожала плечами и вышла.

- Ох, уморит меня этот человек! - простонал Ангел, несколько успокоившись. - Только Корнелпус может выдумать такую шутку...

- Не знаю точно, но похоже, что он пишет романы...

- Да еще детективные. Ты заметил - все выдержано в желтых тонах: желтая роза, желтая кошка, желтый камень в медальоне...

- Черт его знает, что он имеет в виду. Впрочем, да, желтый камень есть: топаз.

- Значит, золотой медальон - и в нем топаз величиной с лесной орех. В сущности, главное здесь то, что молодая особа влюблена в это украшение, унаследованное еще от прабабки. И что за прабабка! Похищена беем. И когда вечером бей распустил пояс, она ткнула его в толстое брюхо кинжалом и убежала, захватив на память только это украшение. Вернулась домой, вызвала с Балкан своего возлюбленного, который между тем решил стать гайдуком, вышла за него замуж, родила ему восьмерых детей, а потом, когда пришло время, заставила его идти в ополченцы. Прабабка, которая в старости изрядно выпивала и играла в покер. Замечательная старушка!

- И какие подробности придумывает Корнелиус, а? Например, будто наша невеста недавно вернулась из-за границы и...

- Этого еще не хватало! - вознегодовал Ангел. - Почему это "наша"? Разве ты забыл, что жениться на ней по предсказанию должен только я? Причем тут мы?

- Жениться? Когда ты даже не помнишь, видел ли ты кошку, и...

В этот миг раздался звонок. Продолжая ухмыляться, Ангел вышел из комнаты. Когда он вернулся, на лице у него было полное смятение, а в руке - длинный, узкий конверт.

- Неприятное сообщение? - спросил Марин, кивнув в сторону письма.

- Нет, нет, это весточка от Гошо. Я думаю о другом. Знаешь, а ведь я видел желтую кошку! Теперь вспомнил. Она забралась в кладовую. Прошлой осенью. Пришлось мне тогда выбросить три вот такие форели! Тогда-то я и решил поставить решетку на окно.

- Желтую кошку?

- Да, и всю в черных полосах, как тигр. Наверное, чья-нибудь соседская. Мама может навести точные справки.

- Хм! - только и мог пробормотать Марин и задумчиво отпил из бокала.

Погода была преотвратная. Утомительный, как бездарная симфония, дождь заливал крыши. Прохожие встречались редко.

- Лучше через забор? - предложил Ангел.

- А если нас увидят, что тогда? Через ворота, конечно.

Хотя Ангел открывал старую железную калитку очень осторожно, она все же заскрипела. Оба застыли на месте, впившись взглядом в занавеси на окнах, потом проскользнули вдоль стены и скрылись в темноте сада. Из дома доносилась какая-то энергичная мелодия и высокий молодой женский смех.

- Браво! - воскликнул Ангел. - В этом саду ни зги не видно. Может быть, лучше подождать до весны?

- Т-с-с-с! - прошипел Марин и, наклонившись к нему, шепнул: - Розы на зиму засыпают землей. Все эти холмики - розовые кусты.

- А желтые кусты помечены бантиками, да? - простонал Ангел.

- Это особый вид чайных роз, и их наверняка закопали особенно тщательно. Вот этот холмик, например.

- Иногда я удивляюсь, почему ты не стал сыщиком. Но... Смотри! Вон там! Камни!..

Во мраке белели три камня. Вернее, три плиты образовали дорожку между хорошо укрытыми клумбами. Всмотревшись, они увидели и другие плиты, усыпанные опавшими листьями. Оба наклонились и дрожащими пальцами начали копаться в земле возле камней. Вскоре рыхлая земля превратилась в липкую грязь.

- Идиот! - тихонько выругался Ангел, явно имея в виду себя самого, и указал на дом. - "Слева" - значит слева от дома.

Он вытащил из земли и поднес к глазам какой-то предмет. Пальцы его сжимали тонкую цепочку, на которой покачивалось что-то тяжелое, желтоватого цвета.

- Вот он! - прошептал молодой человек и с трудом перевел дыхание.

Марин молчал.

- Идем! - решительно произнес Ангел и направился к дому.

Когда они позвонили, кто-то сначала приглушил музыку, потом открыл дверь. Это оказалась миловидная девушка с дерзким вздернутым носиком и карими глазами, в которых мелькали желтые точечки. "Опять желтые", - подумал Ангел и в тот же миг понял, что не знает, с чего начать. Он не знал даже, как ее зовут.

- Можно нам помыть у вас руки? - сказал он первое, что ему пришло в голову.

Девушка лукаво улыбнулась.

- А может быть, вам и ужин подогреть? - невозмутимо спросила она и посторонилась.

Ангел храбро шагнул вперед.

- Ни в коем случае! - энергично возразил он. - Нескольких бутербродов будет почти достаточно.

Вскоре все трое уже сидели в холле вокруг магнитофона, из которого теперь лилось, рыдая, густое меццо-сопрано. Бутербродов не было, но в трех стопках золотился настоящий "курвуазье".

- Я очень рада, что вы пришли! - сказала хозяйка и подняла свою стопку. Золотистых точек в глазах стало еще больше. - За ваше здоровье!

- За ваше, - улыбнулся Марин, успокаиваясь.

- Восхитительный напиток! - с видом знатока заявил Ангел, поднося стопку к свету. - Вероятно, память о вашей последней поездке в Париж?

- О моем последнем возвращении из Парижа, - серьезно поправила она, и он едва сдержал возглас изумления. - Вы ясновидящий?

- Конечно. Например, я без труда могу отгадать, что у вас есть желтая кошка с черными полосами.

- Поразительно! Так трудно обнаружить на нашем ковре кошачью шерсть! И как же вы гадаете?

- Больше всего по руке.

- Жалко! А я верю только в кофейную гущу.

- Карты и кофейная гуща - это чепуха, если хотите знать. Говорю вам как знаток. Одна гадалка, например, предсказала мне по кофейной гуще, что однажды вечером я неожиданно познакомлюсь с некой девушкой и женюсь на ней. Будто бы у нее есть желтая кошка с черными полосами и...

- Если вы хотите добиться расположения моей кошки, то приносите всегда печенку, Мукки до смерти любит печенку, особенно телячью.

- Мой приятель не шутит, - вмешался Марин, с удовлетворением следивший за этой словесной перестрелкой. - Я был свидетелем предсказания.

- Я в этом ни минуты не сомневалась, - возразила хозяйка, едва удерживаясь от смеха. - Еще коньяку? - обратилась она к Ангелу.

- Я тронут. Пожалуй, налейте полрюмочки, а то врачи мне запрещают много пить... Но оставим это, и я расскажу вам о предсказании все. По словам гадалки, у моей будущей жены окажется бабка, вернее прабабка, которую в молодости похитил какой-то бей, но она проткнула ему брюхо кинжалом, а потом ее и след простыл. Позже она вышла замуж за своего избранника из гайдуцкого рода, родила ему кучу детей, а на старости лет душой отважной бабки овладели гибельные страсти, и она по целым дням играла в покер, как и...

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке