Упущенный шанс

Тема

Дилов Любен

ЛЮБЕН ДИЛОВ

Игорь Крыжановский, перевод с болгарского

СОДЕРЖАНИЕ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Эксперимент в детективном жанре

Сказка о добром чудище

Прорицательница

Квартальный скверик

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Новогодняя трагедия

Предыстория одной болезни

Кусочек сахара

Встреча с непознанным

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Модная тенденция

Ограбленная истина

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ЭКСПЕРИМЕНТ В ДЕТЕКТИВНОМ ЖАНРЕ

Я не из тех сентиментальных или суеверных авторов, которые, привязавшись к какой-либо машине, могут пользоваться ею всю жизнь. Мне доводилось работать с писательскими компьютерами прошлых поколений, и я не боюсь, как некоторые, что смена компьютера приведет к смене стиля, поскольку не могу согласиться с тем, что собственный стиль - это один и тот же жанр, одна и та же тональность и один и тот же язык на протяжении всей жизни. Мне лично наскучила бы такая манера письма. И все же сейчас, сидя перед своим новым компьютером, я пребываю в смятении и пытаюсь убедить себя, что моя растерянность вызвана проблемами чисто технического характера. В компьютерах предшествующих поколений задания вводились с клавиатуры видеотерминала, а мой новый компьютер - говорящий. Следовательно, руками мне делать нечего, а они привыкли заниматься то одним, то другим, поправлять текст, который известное время оставался на экране и только потом отправлялся на печатающее устройство. Теперь они держат толстенное руководство по работе с компьютером и заметно подрагивают от волнения.

Нужно отдать должное его создателям: у нового компьютера прекрасный дизайн, он более компактен и занимает в кабинете меньше места. Тем самым он оставляет автору больше пространства для прогу лок по кабинету в то время, пока сочиняется его произведение. Если верить рекламному проспекту, он напрямую связан с Центральным информационным банком, с Национальной библиотекой, а через них - с основными вместилищами научных данных во всем мире. Таким образом он освобождает мозг писателя от бремени необходимых ему "по долгу службы" знаний - компьютер знает все, что положено знать писателю. Кроме того, в проспекте сказано, что в блоке памяти игрового автомата, который отвечает за создание сочинения, содержатся все произведения мировой литературы. Они служат ему для сравнения и корректив, поэтому на практике он не может скопировать ни одной ситуации, то есть создать нечто не оригинальное.

В этом-то я сильно сомневаюсь, рекламой попахивает, но и не беспокоюсь, поскольку у меня совсем иной взгляд на эти вещи. Подлинная оригинальность состоит вовсе не в неповторимости какого-либо сюжета или ситуации - весь вопрос в том, что ты с их помощью пытаешься выразить. Трудно вообразить что-либо банальнее любовного треугольника в "Анне Карениной", но мы и теперь считаем эту книгу одним из самых великих романов.

В сущности, -и я это уже осознаю, - больше всего меня смущает необходимость беседовать с ним.

Правда, современный человек привык общаться с компьютерами: благодаря им сегодня осуществляется доставка товаров на дом, заказываются билеты на самолет или в театр. Но в этих случаях речь идет о вещах элементарных, а мне, наверное, придется словесно формулировать невыразимое - творчество есть творчество, сколько бы там ни развивалась техника. Видимо, поэтому у меня так нервно подрагивают руки, словно пытаясь спросить: "А нам-то что делать? На протяжении всей человеческой истории мы принимали деятельное участие в создании всех видов искусства, а тут вдруг - вы свободны, вы больше не нужны..." Признаться, боюсь, что они правы.

Но ведь наверняка прав и Союз писателей, призвавший нас перейти на новые компьютеры.

Сегодня общество, говорилось в его обращении к нам, перестало относиться к таланту как к чему-то иррациональному, как это было раньше, когда люди мирились с его непознаваемостью, что выражалось, в частности, в поговорке "Неизвестно, из-под какого тернового куста выскочит заяц", то бишь талант.

Сегодня обществу нужно точно знать-из-под какого куста, какой заяц и когда именно выскочит. Более того: оно стремится обеспечить такие условия, чтобы заяц выскакивал из-под каждого куста...

В сноске разъяснялось, что такое "терновый куст", поскольку в результате коренных изменений, наступивших в природе, растение это больше не встречается. Это был невысокий кустарник, произраставший на самых бедных почвах, с острыми шипами-колючками и черно-синими, терпкими плодами, употребление которых грозило запором. О том, почему народ считал сей колючий кустарник с невзрачными плодами колыбелью талантов, наука пока умалчивает; очевидно, в этом сказалось старое заблуждение. Нынешнее положение вещей свидетельствует о прямо противоположном. Все молодые, да и не такие уж молодые таланты, чьи имена постоянно находятся в центре внимания нашей литературной критики, почти без исключения вышли из богато обставленных домов людей с высоким общественным положением, а это лишний раз со всей убедительностью доказывает, что более благоприятные социальные условия порождают более заметные таланты - при чем же тут какие-то терновые кусты? Совершенно естественно поэтому, чтобы новые, более совершенные компьютеры выдавали и более качественную продукцию.

Уповая на это, пытаюсь подавить свою робость перед ним. В качестве фабричной марки дизайнерам пришла в голову мысль нарисовать вокруг двухрецепторных линз голову совы, поэтому они наблюдают за мной как настоящие совиные глаза. В проспекте сказано, что сова считалась в древности символом мудрости и одновременно символом литературы. Все это бы ладно, но когда такая сова начинает разглядывать тебя в упор, как-то теряешь уверенность в собственной мудрости. Что бы ему поручить для пробы пера? Что-нибудь совсем простенькое - так, для проверки работы и еще для того, чтобы поупражняться в общении с ним.

Нерешительно тянусь к регистру жанров и, -уже почти коснувшись клавиши с надписью "короткий рассказ", -успеваю сдвинуть палец на следующую клавишу - "новелла". Это сулит более высокий гонорар: компьютер стоит уйму денег, поэтому нам и продали их в кредит. Нажатая клавиша окрашивается в нежно-зеленый цвет. Едким желто-зеленым ярким цветом вспыхивают и совиные глаза: компьютер готов к приему информации. Мне почудилось, что они уставились на меня с нетерпением, и я спешу объясниться:

- Мне бы хотелось поэкспериментировать. Например, я до сих пор не сочинил ни одного детективного...

Делаю паузу, чтобы подобрать правильную интонацию, - мне показалось, что начал я в каком-то просительно-извиняющемся тоне, но тут компьютер заставляет меня вздрогнуть, не давая закончить фразу:

- Прошу оформить задание согласно инструкции!

Звучит это не как приказ, а как напоминание, поскольку компьютер, оказывается, наделен необыкновенно мягким альтом: такой голос бывает у заботливых матерей, к которым испытываешь глубокую привязанность, и у чернооких секретарш, втайне сгорающих от страсти к своему начальнику. Ничего не скажешь, голос подобран удачно, однако я все еще не чувствую уверенности, что смогу полюбить эту таинственную секретаршу, и невольно стараюсь подлизаться к ней, пуская в ход просительные интонации:

- Видите ли, мне давно ужасно хотелось написать детектив, да и читатели сегодня просто помешаны на детективных произведениях, вот только меня всегда отталкивали шаблонность жанра и примитивизм схемы, когда кто-то непременно должен что-то отыскивать. Отыскивать преступника или его жертву, мотивы преступления или орудия убийства... Похоже, этим все и исчерпывается!

- Condicio sine gua поп, - все тем же влюбленным голоском проворковала секретарша. - Необходимое условие. Основной закон детективного жанра.

Стараюсь не выдать своего раздражения, не зная, видят ли меня эти совиные глаза, но зачем надо было приплетать сюда и латынь?! Неужели для того, чтобы продемонстрировать мне свою эрудицию? В конце концов не обязательно знать латынь, чтобы сочинить новеллу, к тому же детективную.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке