Медведи познают огонь

Тема

Биссон Терри

Терри Биссон

В машине, которую я вёл, сидели мой брат Уоллес (он проповедник) и его сын. Мы ехали по автостраде И-65, к северу от Боулинг-Грин, когда лопнула шина. Это случилось воскресным вечером, мы как раз собирались навестить мать в лечебнице. Конечно же, прокол вызвал причитания моих родственников - в глазах семьи я слыву отчаянным консерватором, и всё из-за того, что предпочитаю свои шины латать сам. Братец снова стал канючить, чтобы я не возился со всяким старьём, а приобрёл новые бескамерные покрышки.

Но я-то знаю, что если умеешь снимать и насаживать шины, то приобрести их за бесценок - плёвое дело.

Поскольку лопнула задняя левая, я вырулил на левую сторону и остановился на травке. По тому, как мой "кадди" захромал, я сообразил, что покрышку сжевало капитально.

- Догадываюсь, что нет необходимости интересоваться, есть ли у тебя запаска, - прокомментировал Уоллес.

- Сынок, подержи переноску, - попросил я Уоллеса-младшего. Он достаточно зрел для того, чтобы хотеть помочь, но слишком юн (пока), чтобы считать, что знает всё на свете. Если б я был женат и у меня были бы дети, то он именно такой парень, которого я хотел называть сыном.

У старика-"кадди" такой вместительный багажник, что обладает устойчивой тенденцией хранить всякое барахло не хуже чулана. Мой старичок - пятьдесят шестого года выпуска. Уоллес щеголял в рубашке, которую позволял себе надевать только в выходные, и поэтому помощи от него я не ожидал, пока в поисках домкрата вытаскивал старые журналы, рыболовные снасти, ящик с инструментами, кое-какую одежонку, вышедшую из моды пару десятилетий назад, и опрыскиватель табака. Запаска на ощупь была мягковата.

Свет погас.

- Встряхни, сынок, - посоветовал я.

Фонарь мигнул и снова вспыхнул. Ножной домкрат я давно потерял, но на подобный случай у меня был гидравлический, на четверть тонны. В конце концов я его обнаружил под подшивками "Южной жизни" 78-86 годов, которую выписывала матушка. Я давно собирался их выкинуть, да всё руки не доходили. Если бы старший Уоллес не маячил поблизости, я бы позволил Уоллесу-младшему закрепить домкрат под днищем. Пришлось встать на колени и сделать всё самому. Не вижу ничего зазорного, если парнишка научится менять шину. Даже если у тебя никогда не будет собственной машины, всё равно подобные манипуляции придётся выполнить хоть пару раз в жизни.

Фонарь снова потух, прежде чем я оторвал колесо от земли. Меня поразило, до чего быстро сгустились сумерки. Поздний октябрь - не шутка, стало зябко.

- Встряхни его как следует, - сказал я.

Снова зажглось, но лучик был слабенький, просто рахитичный какой-то.

- С бескамерными у тебя просто не было бы прокола, - не преминул встрять Уоллес таким тоном, словно обращался не ко мне, а к целой аудитории. - А если всё же что-нибудь случится, то заливаешь шину каучуковым клеем, 3 доллара 95 центов за банку, и едешь дальше.

- Дядя Бобби могёт заменить шину сам, - не выдержал племяш.

- Не могёт, а может, - поправил я из-под машины.

Если бы всё зависело только от Уоллеса, парнишка, по образному выражению нашей матушки, говорил бы как "тюха с гор", но ездил бы на бескамерных шинах.

- Потряси фонарь, - сказал я. Свет настолько потускнел, что ничего не было видно. Я отвернул болты и стянул колесо с оси. Шина треснула по ободу.

- Я не буду возиться с этой шиной, - известил я. Не то, что меня это слишком заботило. Дома, рядом с сараем, у меня целый штабель покрышек.

Свет замерцал, но затем загорелся достаточно ярко, чтобы я мог насадить запаску.

- Гораздо лучше, - обрадовался я.

Свет был какой-то странный, оранжевого цвета. И когда я повернулся, чтобы взять гайки, меня поразило, что светит-то не фонарь. Машину освещали факелы, которые держали в лапах ДВА МЕДВЕДЯ. Крупные такие экземпляры, фунтов по триста, и стояли на задних лапах, как дрессированные в цирке. И братец мой, и племянник их заметили раньше и застыли. Известное дело, в наших краях все знают, что лучше их не пугать резкими движениями. Я выудил непослушные гайки из колпака и завернул колесо. Обычно я капаю внутрь гаек немного масла, но на этот раз решил обойтись. Я подлез под машину, опустил домкрат и выволок его наружу. С облегчением я обнаружил, что подкачивать шину не нужно. Я собрал инструменты, лопнувшую шину и отнёс в багажник. Колпак я решил не ставить и тоже засунул туда же. За всё это время медведи не шелохнулись. Они просто светили факелами. То ли из любопытства, то ли из желания помочь - трудно было сказать. Чувствовалось, что за их спинами могут скрываться другие медведи.

Открыв одновременно три дверцы, мы вскочили в машину, и я дал газ.

Уоллес заговорил первым:

- Похоже, медведи познали суть пламени.

Когда мы впервые отвозили с Уоллесом матушку в приют почти четыре года назад (47 месяцев), она нам сказала, что готова к смерти.

- Не переживайте за меня, мальчики, - прошептала она, притянув наши головы к себе, чтобы медсестра не услышала. - Я проехала миллион миль и настало время переправляться на другой берег. Здесь я не собираюсь задерживаться надолго.

Она водила школьный автобус тридцать девять лет. Когда Уоллес ушел, она рассказала мне свои сон.

Врачи собрались в кружок обсудить её диагноз. Потом один поднялся и сказал: "Мы сделали всё, что можно, коллеги. Пусть она идёт!". Они проголосовали "за" и заулыбались.

Когда матушка не умерла той осенью, она казалась разочарованной. Правда, весной она забыла о своем сне.

В дополнение к моим воскресным поездкам вместе с Уоллесами, я навещал матушку каждый вторник и четверг. Обычно я заставал её сидящей перед телевизором, пусть даже она и не смотрела, что по нему показывали. Медсестры не выключают ящик круглосуточно. Они уверены, что пожилым людям нравится мерцание экрана. Это успокаивает расшатанные нервы.

- Что это я слышала про медведей, познавших огонь? - спросила она во вторник.

- Всё верно, - подтвердил я, расчёсывая длинные седые волосы перламутровым гребнем, который привёз ей Уоллес из Флориды.

В понедельник появилась статья в "Луисвильском курьере", во вторник прошло сообщение то ли по Эн-Би-Си, то ли по Си-Би-Эс. Люди встречали медведей по всему штату, то же было и в Вирджинии. Похоже, те перестали впадать в спячку и явно собирались провести зиму на обочинах автострад. В горах Вирджинии всегда водились медведи, но только не здесь, на западе Кентукки. По крайней мере, последнюю сотню лет. И последний мишка был убит, когда матушка была совсем девчушкой. По версии, изложенной в "Курьере", звери следовали вдоль И-65 из лесов Мичигана и Канады. Один старикан из графства Аллен в интервью национальному телевидению заявил, что на холмах всегда водились медведи и теперь они спустились, чтоб объединиться с сородичами, которые научились разжигать костры.

- Они больше не хотят впадать в спячку, - сказал я, - разводят огонь и греются возле него всю зиму.

- Подумать только! - воскликнула матушка. - Что они ещё придумают!

Пришла медсестра и забрала её табак, напомнив, что пора отходить ко сну.

Каждый октябрь Уоллеса-младшего оставляют на меня, чтоб его родители могли отдохнуть от него в кемпинге. Я понимаю, что мой рассказ сбивчив и то и дело перескакивает с одного на другое, но по-другому не умею. Я уже упоминал, что мой брат - проповедник. Проповедник реформистской церкви Праведного Пути. Но две трети своих доходов он получает от торговли недвижимостью. Они с Элизабет в октябре уезжают в Прибежище Христианского Успеха в Южной Каролине, где собравшиеся со всех концов страны практикуются в продаже вещей друг другу. Я знаю о том, чем они занимаются, не от них самих, просто встречал рекламное объявление, когда смотрел "Канал для полуночников".

Школьный автобус высадил Уоллеса-младшего около моего дома в среду. Парнишке не приходится паковать много вещей, когда он остаётся со мной. У него здесь собственная комната. Как старший в семье, я держусь за наш старый дом возле Смит-Гров. Конечно, со временем он обветшал, но мы с племянником ничего не имеем против. Нам так даже больше нравится. У него есть своя комната и в Боулинг-Грин, но поскольку его родители переезжают каждые три месяца в новый квартал, выполняя рекомендации плана "Как добиться успеха в жизни", он хранит свое мелкокалиберное ружье и любимые комиксы - вещи, наиболее важные для парня его возраста, - здесь, в доме предков. Эту комнату в своё время делили мы с Уоллесом.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке