Земля Горящих Трав (91 стр.)

Тема

— Ты не так поняла, Ярвенна, я не надломлен… Стейр оцепил проволокой город-мираж в Тиевес и через проволоку пропустил электрический ток: "аномальная зона". Про город-мираж он узнал от меня, на каком-то допросе под сывороткой, я сам этого не помню… Я не надломлен, но у меня временами темно в глазах от ненависти. Иногда мне хочется, чтобы у меня в руках было по огнестрелу, и я бы сказал канцлеру вместе со всей его шайкой: "Ты должен быть добрым, мразь!", — Сеславин побледнел и с горькой усмешкой добавил. — Если бы меня сейчас слышал Дан, он бы точно написал в своем «Листке», что на Земле меня превратили в настоящего террориста, и что с моим возвращением удельный вес экстремизма среди ветеранов начинает зашкаливать… Я просто хотел сделать шаг назад. Подержать в руках мастерок, построить пару домов или школ…

Сеславин и Ярвенна остановились. Она, подняв голову, с тревогой смотрела ему в глаза.

— Но уничтожить паразита — это то, ради чего мы пришли в мир Горящих Трав. Моя мечта — вернуть Духу его человечество, — Сеславин невольно повысил голос, и его последние слова отчетливо прозвучали в тихом ночном дворе.

— Тсс, — отозвалась Ярвенна, придвигаясь поближе к нему. — Ты прав.

Она тоже знала: чем дальше откладывается уничтожение паразита, тем меньше будет поддаваться восстановлению человечество Земли Горящих Трав. Канцлер Стейр ищет новые способы контроля над людьми, сортировки людей на генетическом уровне. Пройдет еще пять, десять лет — и наука ивельтов запустит необратимые процессы. Если Сеславин не решится стать избранником Духа сейчас, ученые будут работать над тем, чтобы в ближайшие годы Дух нашел себе нового избранника из добровольцев. Но пока они располагают только гипотезами, почему Дух Земли выбрал именно Сеславина. Неизвестно, удастся ли в ближайшие годы направить выбор Духа на кого-то еще.

— Ты любишь меня таким? — внезапно спросил Сеславин.

Ярвенна почувствовала, что в это мгновение он неуверен в себе и нуждается в ее одобрении. Она молча провела ладонью по его щеке. Сеславин обнял ее, крепко прижав к себе, и они долго целовались под цветущими ветвями жасмина.

Подземный ход начинался в глухих дебрях Кибехо, которые на востоке тянулись до отрогов невысокого горного хребта. Дикий лес упирался здесь в невысокие, поросшие лиственницами и соснами рыжие скалы и увалы. Колючий кустарник на склоне оврага почти закрывал широкую нору. Дух мира Горящих Трав показал это место Сеславину. Когда-то Дух создал свое воплощение, пробившееся в глубь земли, туда, где проложил свой тоннель паразит. За века ход местами осыпался, но Дух восстановил его.

У входа в нору неподвижно стоял безоружный воин-псевдообъект. Его лицо, очень похожее на лицо Сеславина, было направлено к солнцу.

Сеславин — в праздничной одежде, подпоясанный наборным поясом с серебряными бляшками — медленно приблизился к Духу. Тот протянул руку, и землепроходец коснулся ее. Воин-Дух внезапно облекся сиянием и, выпустив ладонь землепроходца, исчез во тьме подземного хода. Сеславин пошатнулся, прислонился плечом к склону оврага, упал на колени. Его тело безжизненно распростерлось посреди заросшей травой площадки.

Под наблюдением врача Дьорви и Хородар перенесли его в пещеру. Это было похоже на погребение. Сеславина уложили на приготовленном для него деревянном ложе, сняли пояс и сапоги, зажгли светильники. Его телу предстояло лежать здесь, пока он сам, вселившись в сияющего воина-Духа, будет двигаться по мрачным ходам и тоннелям в поисках логова врага.

Ярвенна села на скамеечку рядом с мужем. Врач заранее предупредил, что он почти не будет отличаться от мертвого, сердцебиение и дыхание сделаются очень редкими.

— Все процессы организма замедлены, — объяснил он. — Даже когда Сеславин найдет паразита и попытается уничтожить его, мы ничего не увидим. Никаких вздрагиваний, никакого движения глаз под веками. Через семь дней он или придет в себя, или это состояние станет необратимым и кончится смертью.

Прямо над пещерой росло узловатое широкое дерево. Если приглядеться, становилось ясно, что его толстый ствол сплетен, как жгут, из нескольких более тонких стволов. Это было гром-дерево, и оно цвело: ветви были усыпаны тонкими белыми «свечами».

Пещеру охраняли следопыты. Они следили, чтобы в окрестностях было безопасно.

В состоянии Сеславина ничего не менялось. Он дышал по-прежнему редко, температура тела была понижена, мышцы расслаблены… Ярвенна не отходила от тела мужа. Что произойдет с сознанием Сеславина, если его воплощение погибнет? Он еще некоторое время будет в трансе, но это равносильно смерти. А может быть, его сознание на время переселится в тура?

Наступил вечер седьмого дня, и в Кибехо наступила жуткая тишина. Смерклось в один миг. Воздух наполнился духотой…

Вдруг снаружи пещеры раздался певучий, протяжный скрип. Ярвенна выглянула. Гром-дерево плавно и быстро вращалось, раскручиваясь. Черное небо прорезало сразу три или четыре ветвистые молнии и загремел гром. В тучах с воплями носились местные мелкие громоносцы. Гром-дерево перестало скрипеть: оно окончательно раскрылось и превратилось в направленную в небо воронку. Ярвенна снова бросилась к мужу, наклонилась над ним. Новая вспышка озарила неподвижное лицо Сеславина.

В полумраке блеснули белки его глаз: он пришел в себя, глубоко вздохнул. Вокруг грохотала буря, в перерывах между ударами грома было слышно, как снаружи шумит сильный дождь.

Тоннели с гладкими стенами, темные своды, облицованные затвердевшей слизью… Паразит прокладывал свои ходы десятки лет. За это время, питаясь, он становился все больше, а прорытые им тоннели — просторнее.

Наконец впереди раздалось: "чьщек!". Так терлись друг о друга особые наросты на теле паразита. Он почуял приближение опасности, угрожающе поднял клешни, «чьщекание» становилось все чаще. У паразита было лишь два предназначения: оберегать свою жизнь и питаться. Он медленно изогнул сокращающееся брюхо. Когда приблизится облеченный светом враг, оттуда должно было вылететь ему навстречу острое ядовитое жало.

Тьму тоннеля рассекла молния, посланная рукой воина-Духа. В последний раз послышалось пронзительное щелканье паразита. Его уничтожил землепроходец из Обитаемого мира, сойдя под землю в боевом воплощении.

Вспышка молнии — последнее, что видел Сеславин в подземном тоннеле. И первое, что он увидел, придя в себя, тоже была вспышка молнии.

Он с жадностью выпил холодного отвара, который подала ему в чашке Ярвенна. За семь дней лицо Сеславина обросло щетиной, и он смотрел перед собой взглядом человека, вернувшегося из царства мрака.

Сеславин медленно встал со своего ложа. Они с Ярвенной вышли из пещеры и огляделись, чувствуя, что везде в мире Горящих Трав протекают непрерывные, таинственные процессы, которые проявят себя в будущем.

Дождь утихал, последние молнии озаряли небо, гром-дерево закрыло свою воронку и снова, скрипя, сворачивалось в жгут.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора