Шакалий обед (2 стр.)

Тема

— Откуда вы узнали?

На лице Винна появилась безучастная улыбка.

— Мы, дипломаты, не любим раскрывать источники своей информации, — сказал Дорму. — Что еще произошло за это время? Вы не хуже меня знаете, маршал, что неправы. Ведь это именно мои заботы, поскольку именно я должен отвечать Чхану, когда он заговорит об этом во время ланча.

— Мак, мы увидимся позже, — оказал Винн. Он продолжал улыбаться и глядеть в упор на Дорму.

— Да, маршал.

Стай повернулся к двери кабинета. Но не успел он и шага сделать, как дверь открылась и вошли два офицера: майор и подполковник.

Стай повернулся обратно.

— Прибыли доктора, сэр.

— Прекрасно. Проходите сюда, джентльмены, — сказал Винн. — Осмотрите его.

Оба офицера-медика подошли к беглецу, сидевшему в кресле. Оба сохраняли бесстрастное выражение на лице. Один взялся за изуродованное запястье, чтобы проверить пульс, другой зашел сзади беглеца и начал выстукивать пальцами верхнюю часть спины с изуродованными и смещенными плечевыми впадинами.

— Ну, — потребовал Винн через несколько минут, — он человек, не так ли?

Офицеры-медики переглянулись. Ответил младший по званию, майор.

— Нам необходимо сделать большое количество анализов, сэр.

— Что вы можете сказать сейчас? — потребовал Винн.

— Сейчас, — заговорил подполковник, — мы можем сказать лишь, что это либо морах, либо человек. Морахи очень сильны в вещах подобного рода. Если это дело их рук, нам нужно исследовать его кровь, кожу, костный мозг…

— Хорошо, — сказал Винн. — На анализы у вас будет время. Но не секунды лишней. Все мы должны быть сейчас на высоте, джентльмены.

Он повернулся к Стаю.

— Мак, я передумал. Ты останешься с докторами и будешь меня информировать.

Теперь он обратился к Дорму.

— Вам лучше подняться обратно наверх, господин посол.

— Конечно, — приветливо ответил на это Дорму.

Они вышли, проследовали по коридору и вошли в лифт в полном молчании.

— Вы понимаете, конечно, что все это осложнило наше положение, маршал, — сказал Дорму наконец, когда они начали подниматься в лифте.

Винн очнулся от глубокого раздумья.

— Что? Вы могли бы и не говорить об этом, — сказал он. Голос его дрожал от гнева. — Мне кажется, вы считаете, что мои люди должны стоять и ждать, как бы из морахского корабля не выбежало нечто подобное?

— Я бы на их месте так и делал, — сказал Дорму.

— Не сомневаюсь.

Винн вместо смешка издал какое-то хрюканье, не сопроводив это и тенью улыбки.

— Я и не надеялся, что вы разделяете мои взгляды, — сказал Дорму. — Не собираюсь никого наказывать, но лишь клоню к тому, что причиненный вред должен быть исправлен любой ценой и рассчитываю на ваше немедленное — это не слова, маршал, — содействие, когда я прошу об этом.

Лифт остановился, доставив их на верхний этаж. Винн вновь попытался усмехнуться.

— Вы предполагаете вернуть его?

— А что сделали бы вы? — в свою очередь спросил Дорму.

— Только том случае, если он не человек.

Они прошли по коридору и вошли в маленькую комнату, в которой была еще одна дверь. Из-за той двери доносился слабый запах чего-то похожего на ладан — нейтральный запах, не вызывающий отвращения ни у людей, ни у морахов и предназначенный для того, чтобы заглушить запахи как той, так и другой расы.

Еще из-за двери доносились три ноты, постоянно повторяющиеся: две одинаковые, а затем третья — на полтона выше: тонк, тонк, тинк!

— Сейчас важнее всего то, что случившееся приводит нас к позиции жесткой конфронтации с Чханом, — сказал Дорму, когда они подошли к двери. — Он, конечно, все равно привел бы к ней наши переговоры, любым путем, даже если бы не случилось того, что произошло внизу. Итак, конфронтация. И более ничего.

Они подошли, открыли дверь и вошли в прямоугольную комнату без окон.

В ней стояли два стола: один — для Дорму и Винна, другой — для Чхана. Столы стояли под углом друг к другу, но совершенно не касаясь один другого. Оба стола были накрыты и заставлены пищей.

Чхан уже сидел за своим столом.

Позади него стояли трое морахов — двое слуг и музыкант, чьи ненормальные, усовершенствованные хирургами пальцы постукивали по брускам какого-то инструмента, похожего на маленький металлический ксилофон, подвешенный у него на груди. Пальцы выбивали три ноты, которые Винн и Дорму слышали из-за дверей, не касаясь при этом брусков ксилофона.

Доносились эти три ноты сверху, из динамика, и они, вместе с необычайным запахом, сопровождали Чхана, где бы он ни был, и входили в требование этикета, согласно которому люди принимали морахов.

— Рад вас видеть вновь, джентльмены, — сказал Чхан через механического переводчика. — Мы начали без вас.

Так же, как и другие морахи, находившиеся в комнате, он был раздет до пояса.

Ниже он был одет, хотя сейчас это было скрыто за столом, в простой кильт из темно-красной бархатистой ткани. Кожа его тела, рук и лица была красновато-коричневой, однако ее почти не было видно. Грудная клетка, спина, руки, шея и голова Чхана, исключая лицо, покрывали густые тонкие серые волосы, так контрастирующими с безволосыми частями тела, что больше походили на одежду — полужакет с капюшоном, — чем любая настоящая одежда.

Лицо, выглядывающее из капюшона, почти ничем не отличалось от человеческого, но обладало широкими скулами, круглыми щеками и глазами, расположенными высоко над толстым носом. Поэтому в целом его лицо казалось кошачьим.

— Примите наши извинения, — сказал Дорму. Он продолжал идти вперед. — Маршал только что получил важное сообщение с Земли, адресованное мне и зашифрованное новым кодом. Только я знал ключ к коду.

— Не стоит извиняться, — сказал Чхан. — Мы наслаждались музыкой, пока ждали вас.

Дорму и Винн сели на противоположных концах своего стола лицом друг к другу и справа от Чхана. Чхан уже начал есть.

Винн изумленно вытаращился на пищу на тарелке Чхана, не пытаясь сделать вид, что мог бы туда и не смотреть, затем вернулся к собственной тарелке, подцепил ножом кусочек масла и намазал на хлеб.

— Ваши молодые люди удивительно проворны, — сказал Чхан Дорму. — Мы надеемся, вы передадите им наши похвалы.

Они поговорили об атлетическом шоу.

Обед продолжался. Когда он подходил к концу, Чхан вернулся к предмету переговоров.

— Весьма прискорбно, что нам приходится встречаться именно по такому поводу…

— Мне тоже так кажется, — откликнулся Дорму. — Вам следовало бы посетить Землю просто так, для отдыха.

— Мы бы с удовольствием прибыли на Землю — и с миром.

— Мы надеемся, нам не придется приветствовать вас другим образом.

— Нисколько не сомневаюсь, — сказал Чхан. — И поэтому искрение озадачен тем, что вы, люди, только что и без всяких затруднений получив мир — попросту проигнорировав возникшие противоречия — продолжаете множить инциденты, тревожа нас и угрожая нашему суверенитету в нашей собственной области пространства.

Дорму нахмурился.

— Инциденты? — повторил он. — Мне не докладывали ни о каких инцидентах. Быть может, Чхан был неправильно информирован?

— Мы не были неправильно информированы, — сказал Чхан. — Я говорю о сорока или пятидесяти поселениях людей на мирах звезды, которую вы именуете 27 V93, но которую мы называем своим именем, называем более правильно, поскольку она расположена в нашей области пространства.

"Тонк, тонк, тинк", — звучали три ноты морахской музыки.

— Если память мне не изменяет, — мягко сказал Дорму, — договор о разделении сфер влияния, заключенный между нашими расами двадцать лет назад, оставил вне территориальных претензий обеих наших рас солнце 27 V93 в свободной области пространства.

— Совершенно верно, — сказал Чхан. — Однако впоследствии в договор было внесено дополнение, включающее эту и некоторые другие солнечные системы в нашу область пространства.

— Боюсь, не нами, — сказал Дорму. — Простите, но мой народ не считает возможным автоматически одобрять какие-либо односторонние решения, которые вы принимаете, даже не консультируясь с нами.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора