Свистящая комната

Тема

Уильям Ходжсон

Карнаки дружески погрозил мне кулаком, когда я пришел к нему на обед с опозданием. Затем он распахнул дверь столовой и пригласил всех в комнату. Нас било четверо: Джессол, Аркрайт, Тэйлор и я. Карнаки давал обед.

Обед, как обычно, был отменным и протекал очень спокойно, что тоже не было исключением для подобных вечеров. В течение того времени, что мы сидели за столом, Карнаки не проронил ни слова. Потом, когда пришел черед вина и сигар, мы заняли свои привычные места, и Карнаки, удобно устроившись в своем большом кресле, без всяких предисловий начал:

"Я только что возвратился из Ирландии и решил, что вам, друзья, будет интересно узнать кое-какие новости. Кроме того, мне кажется, что после того, как я расскажу вам эту историю, она станет хотя бы немного яснее для меня самого. Я должен рассказать ее вам и хочу сразу же предупредить, что с первого момента и по сей день я нахожусь в полном тупике относительно ее разгадки. Я столкнулся с каким-то особенным редким делом, в котором присутствуют «привидения» — или какая-нибудь другая чертовщина, — и мне необходимо в нем разобраться. А теперь слушайте.

Несколько последних недель я провел в замке Айестри, что находится примерно в двадцати милях к северо-востоку от Гэлуэя. Месяц назад я получил письмо от некоего мистера Сида К. Тэссока, который не так давно купил этот замок, переехал в него и обнаружил, что определенная часть его новой собственности обладает некими весьма специфичными качествами. Когда я приехал туда, он встретил меня на станции, посадил в свою ирландскую двуколку и отвез в замок, который он, между прочим, называл не иначе, как «лачугой». Он заявил, что живет в этом «хлеве» с младшим братом и еще одним американцем, который находится на двусмысленном положении слуги и компаньона одновременно. Вся прислуга в полном составе» как вы могли бы выразиться, покинула замок, и им втроем приходится управляться со всем хозяйством, если не считать, что один из слуг все же отваживается иногда им помогать.

Втроем из всего, что имелось под рукой, они приготовили импровизированный ужин, и за столом Тэссок рассказал мне обо всем. Это дело оказалось действительно весьма необычным. Оно не походило ни на одно из тех, которыми мне пришлось заниматься, хотя, если помните, тот случай с жужжанием был тоже очень странным.

Тэссок сразу начал с самого главного.

— В этой хибаре есть комната, — сказал он, — в которой слышится какой-то дьявольский свист, будто там поселилось привидение. Свист может возникнуть когда угодно — трудно даже предположить, в какой момент, — и не успокоится до тех пор, пока до смерти вас не напугает. Как я вам уже сказал, вся прислуга ушла отсюда. Это не какой-нибудь обыкновенный свист, и это не ветер. Подождите совсем немного, и у вас будет возможность его услышать.

— Мы все носим с собой пистолеты, — сказал мальчишка и похлопал себя по карману куртки.

— Так серьезно? — сказал я, и старший брат кивнул.

— Может, я и преувеличиваю, — ответил он, — но посмотрим, что скажете вы, после того как услышите сами. Иногда он кажется мне чем-то дьявольским, а еще через секунду я почти уверен, что это чей-то ловкий трюк. Ну что же, я объясню вам. В этих местах живет одна девушка, зовут ее мисс Доннихью, и вот прошло уже два месяца с тех пор, как мы решили пожениться. Она редкая красавица, и я вижу, что растревожил это ирландское осиное гнездо. Горячие местные парни тучами увивались вокруг нее, и теперь понятно, какие они чувства испытывают ко мне, после того как я приехал сюда и их всех обскакал. Теперь вы понимаете?

— Да, — сказал я, — правда, несколько смутно. Я не вижу каким образом все это могло быть связано с комнатой.

— А таким образом, — сказал он. — Уладив все с мисс Доннихью, я принялся искать подходящее жилище и купил эту лачугу. Однажды вечером, после обеда, я сказал мисс Доннихью, что решил остаться здесь. Тогда она спросила меня, не боюсь ли я свистящей комнаты. Я еще ничего не знал об этом и сказал, что это, наверное, что-то вроде бесплатного приложения к дому. По лицам ее приятелей пробежала улыбка. Задав несколько вопросов, я узнал, что за последние двадцать с лишним лет этот замок продавали уже несколько раз, но каждый из покупателей тут долго не задерживался, дело заканчивалось судом, и дом снова выставляли на продажу.

— И эти парни стали меня подзадоривать и после обеда предложили заключить пари, что я не проживу в этом замке и шести месяцев. Раз или два я взглянул на мисс Доннихью, чтобы убедиться, что все это пустая болтовня, но она восприняла разговор вовсе не как шутку. Я думаю потому, что, во-первых, в их предложениях она чувствовала насмешку надо мной и, во-вторых, она действительно верила в то, что в этой истории со свистящей комнатой есть доля правды.

— Как бы то ни было, после обеда я сделал все, что считал нужным, чтобы окончательно поставить все точки над "и". Я принял все их пари и они ушли от меня целыми и невредимыми. Но, боюсь, что буду ими жестоко избит, если только не проиграю спор, а этого делать я, естественно, не собираюсь. Ну вот фактически и вся история.

— Не совсем, — сказал я ему. — Все, что я знаю пока, это только то, что вы купили замок, одна из комнат которого несколько «странная», и что вы заключили пари. Я знаю также, что ваши слуги испугались и покинули вас. Можете вы сказать мне что-нибудь о самом свисте?

— А, свист? — сказал Тэссок. — Он начался на вторую ночь, как мы приехали сюда. Днем я как следует осмотрел ту комнату, и, думаю, понятно зачем. Разговоры, которые я услышал в Арлестри — местечке, где живет мисс Доннихью, немного насторожили меня. Но эта комната, казалось, ничем не отличалась от всех остальных в восточном крыле старого замка. Может быть, в ней было как-то более одиноко, но это чувство вполне могло быть вызвано теми разговорами, что связаны с комнатой.

— Свист начался примерно в десять часов на вторую ночь, как я уже сказал. Мы с Томом были в библиотеке, когда услышали очень странный звук, разносившийся по восточному коридору, а эта комната, вы знаете, в восточном крыле.

— «Это пресловутое привидение!» — сказал я Тому. Мы схватили стоявшие на столе лампы и пошли посмотреть, что же там происходит. И говорю вам, что как только мы ступали в коридор, у меня перехватило дыхание, таким чертовски странным был этот звук. Это была своего рода мелодия, но вы скорее всего поверили бы в то, что это дьявол или какая-то другая нечисть смеется над вами и вот-вот бросится вам на спину.

— Подобравшись к двери, мы не стали ждать, а распахнули ее настежь и ворвались в комнату. И я скажу вам: этот звук ударил мне в лицо. Том почувствовал то же, что и я, — полную растерянность и страх. Мы осмотрели все вокруг. Вскоре наши нервы просто не могли выдерживать этот свист, мы выбрались из комнаты, и я запер дверь.

— Мы вернулись вниз и выпили крепкого коньяка. Потом предприняли новую вылазку, но результат был тот же. Тогда мы взяли дубины и вышли в парк, думая, что, может, эти чертовы ирландцы решили поиграть с нами в привидения. Там не было ни одной живой души.

— Мы возвратились в дом, обошли его, а потом опять посетили комнату. Этот свист переносить было просто невозможно! Мы буквально выбежали из комнаты и опять заперли дверь. Я даже не знаю, как передать словами то чувство, которое я испытывал. Мне казалось, что я выступил против чего-то дьявольски опасного. Понимаете!

— Конечно, на следующее утро мы обыскали всю комнату, перерыли весь дом. В парке мы устроили настоящую облаву, но ничего загадочного так и не обнаружили. Здравый смысл говорил мне, что все-таки в этом деле замешаны эти сумасбродные ирландцы, задумавшие вынуть из меня душу.

— Вы предприняли что-нибудь? — спросил я его.

— Да, — ответил он. — Каждую ночь следили за дверью, прочесывали парк, простучали стены и дверь комнаты. Мы сделали все, что только могли придумать. Это начинало уже действовать на нервы, н мы послали за вами.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке