Драконы

Тема

АНТОЛОГИЯ

Предисловие

Итак. Как выглядит дракон? Задумайтесь об этом на минутку. Представьте его себе. Создайте трехмерное изображение в своем сознании. Мы уверены, что любой читатель, в особенности поклонник фантастики и фэнтези, обязательно предложит какое-нибудь описание. Это может быть существо огромное и чешуйчатое, свирепое и огнедышащее, легкое и стремительное или даже маленькое и милое, но каждый читатель знает, кто такой дракон, как он выглядит и что умеет делать. В зависимости от того, откуда этот читатель, из Европы или с Востока, его дракон будет либо большим, с крыльями как у летучей мыши, четырьмя лапами и змеевидным туловищем, покрытым чешуей, либо ящероподобным, неспособным летать и обитающим в воде.

Но ведь драконов не бывает, не так ли? Как существо, не более реальное, чем эльф или гном, стало для нас более знакомым, чем утконос или кенгуровая крыса? Драконы упоминаются в различных мифах, легендах и исторических документах на территории как Европы, так и Азии, описания драконов встречаются в таких разноплановых текстах, как «Илиада» и «Библия короля Якова», а Марко Поло даже утверждал, что видел их во время пребывания в Китае.

Подобные истории возникали потому, что путешественники неправильно оценивали то, с чем сталкивались. Например, существует свидетельство, что в 300 году до н. э. в Учэне, провинция Сычуань, Китай, были обнаружены кости дракона. Впоследствии анализ показал, что это останки динозавра. Но, хотя гипотеза была опровергнута, это позволило предположить, что повсеместное распространение легенд о драконах связано с исторической памятью о динозаврах.

В книге Аврама Дэвидсона «Приключения в неистории» («Adventures in Unhistory») есть статья «Распространенность драконов» («An Abundance of Dragons»), в которой предлагается множество гораздо более рациональных и привлекательных объяснений того, почему драконы настолько вездесущи. Лично нам очень нравится идея о том, что прообразом восточных летающих драконов, которые ассоциируются с дождем и ненастьем, является молния, вспыхивающая во время грозы. Это очень изящная и любопытная теория, что не менее важно, чем истинность, когда речь идет о драконах.

В данной антологии представлены современные драконы, порой добрые, порой жестокие, но неизменно очаровательные. Первый дракон, с которым столкнулся Джонатан, был Смог из книги Дж. Р. Р. Толкина «Хоббит». Свирепый и ужасный, он является архетипическим западным драконом, использующим свою силу для того, чтобы защитить несметные сокровища, составляющие его единственную слабость, которая в конце концов привела его к гибели. Джонатан был прилежным читателем и вскоре познакомился с умными огнедышащими драконами-телепатами Перна, созданными Энн Маккефри, и прекрасными мудрыми драконами Земноморья, которых подарила нам Урсула Ле Гуин. И еще многими-многими другими. Драконы добрые и жестокие, смешные и хитрые, огромные и крошечные. Драконы как воплощение дьявольского искушения и драконы — верные друзья и настоящие союзники.

Взявшись за составление этой антологии, мы понимали, что существует бесконечное множество историй о драконах. У нас была четкая установка от издателя: найти рассказы о драконах и выбрать из них самые лучшие. Мы немного расширили поле деятельности, решив, что не будем пытаться заглянуть дракону под шкуру: персонаж просто должен описываться как дракон на протяжении всего повествования или хотя бы большей его части. Мы хотели сосредоточиться на современном фэнтези, но при этом не отгораживаться от других эпох и других жанров. Мы долго сомневались, следует ли отбирать только малоизвестные произведения и отказываться от тех, которые часто печатались в других сборниках. После долгих дискуссий мы решили, что гораздо важнее составить книгу лучших и горячо любимых историй, даже если эти истории хорошо знакомы некоторым нашим читателям. Чтобы компенсировать это, мы попросили двух авторов написать рассказы специально для данного сборника. В итоге яркие произведения Холли Блэк и Марго Ланаган встали в один ряд с лучшими историями о драконах, которые мы сумели отыскать.

Мы выбрали двадцать шесть рассказов. Здесь вы найдете знаменитых драконов Земноморья и Перна, мудрых драконов, слабых драконов, драконов огромных, как горная цепь, и драконов, способных уместиться на книжной полке. Но у них всех есть кое-что общее. Они волшебные. Один словарь определяет дракона как «сказочное чудовище, часто представляемое в виде огромной крылатой рептилии, изрыгающей пламя». Огден Нэш как-то сказал: «Там, где есть чудовище, есть и чудо». Мы надеемся, что именно это вы отыщете на страницах нашего сборника: чудовищ и чудеса.

Джонатан Стрэн и Мэрианн Джаблон

Перт, Западная Австралия, март 2010

Питер Бигл

ДРАКОНЬЕ СТОЙЛО [1]

Девять драконов держу я в коровнике старом

И иногда захожу подопечных проведать.

Нет, я коровник не строил, его приобрел я

У старушенции из Пасадены.

А позже случайно узнал я:

Вроде, по слухам, попала старушка в кутузку,

Деньги изрядные выманила у слепого,

С неба звезду простодушному пообещала,

Да не какую-нибудь, а Полярную. Ну и ловкачка!

А вот драконов сам вырастил я и выкормил тоже.

Чем я кормлю их? Убоиной, птицей и джемом,

Если подохнет куренок — скормлю им куренка.

Пойло простое: жидкость для зажигалок.

Правда, пришлось мне отстроиться заново, ибо

Рядом с драконами жить, скажем прямо, опасно,

Очень горючи. Поодаль я домик построил.

Подле коровника землю сплошь покрывают

Птицы, сгоревшие заживо прямо в полете.

Да и земля вся оплавлена, в черных и красных, как оспа, отметках:

Черный — ожоги, а красный — то выдохов пепел драконьих.

Ну и помет, разумеется, тоже… ведь девять скотинок.

Тут удобрений на целое поле посадок!

Тесно драконам в коровнике — не вытянешь шею,

Толком крыла не расправишь. Теснятся и злятся.

Пахнут болотною прелью и гнилью отлива,

Пахнут раздавленным крабом и дохлой медузой…

Восьмиугольны глаза их и остры прижатые уши,

Гривы драконьи гремят, как кандальника цепи,

Желтые зубы ощерены, словно в усмешке.

Лучше заборов любых огорожен коровник

Смехом хриплым драконьим, ведь огнем они дышат, напомню.

Или огонь ими дышит? Не знаю, но пахнет драконами пламя,

Черные тени драконьи ложатся на стены,

А стены заляпаны грязью.

Вяло драконы-самцы тяжелые туши таскают.

Крылья их куцы и коротки, не для полета —

Так, обозначить, что мы, мол, драконьего рода.

В воздух драконам-самцам никогда не подняться,

Да и с земли не встают, а лежат, блестя чешуею,

Что на монеты новой чеканки похожа.

Бьют сердито хвостами и пепел вздымают.

Словом, прискорбное зрелище.

Но вы бы видели самок!

Пурпур, и пламя, и крылья их величиною

С двери собора, и сизы, как зимние тени.

Движутся самки проворнее быстрого ветра.

Каждая в стойле своем дрожит нетерпеньем,

Ходит туда и сюда, и клацают по полу когти,

Будто бы землю скребут, чтоб она расступилась

И пропустила драконих в глубины, где плещется лава.

В доме своем (от коровника он в отдаленье)

Слышу я клацанье это, уснуть я не в силах.

И удается мне сном ненадежным забыться,

Только когда драконихи угомонятся.

Самки драконьи, однако ж, почти что бессонны —

Спят, лишь с самцами натешившись досыта, вволю.

Порознь, увы, на них нападает охота,

И потому хоть одна да не спит еженощно.

Стоит войти мне в коровник — драконихи тут же воззрятся,

Гребни торчком, в глазах — огоньки вожделенья.

Имя мое им давно уж прекрасно известно.

Немудрено: с ними я совокуплялся.

Что ж, я не первый познал самку дракона:

Рыцари давних времен потеху придумали эту.

Страсть утолив и стыдом внезапным терзаясь,

Рыцари ждали, пока одолеет дрема драконов,

И убивали. Считалось, что подвиг вершили.

Рыцарей многих за это потом возводили в святые.

Только я думаю: холодно, тягостно было

Рыцарям после на ложе с дочками Евы.

Но ненадолго…

И я в свое время, я тоже

Пил белоснежное пламя из уст крепких и хищных,

Когти мне в спину, я помню, от страсти впивались,

И чешуя оставляла шрамы на коже,

Слышал я грохот драконьего пылкого сердца —

Будто часы старинные гулко стучали.

Семя свое извергал я в глубокое лоно, на волю

Фатума я полагался: что будет, то будет.

Изнемогая, огнем опаленный, потом уползал я,

Долго, бывало, в мокрой траве под небом дождливым валялся.

Кожа краснела тогда моя и шелушилась,

Воздух и дождь ее ранили прикосновеньем,

Кровь из ссадин сочилась и траву обагряла.

А из коровника не доносилось ни звука,

Нет, не клацали когти, самки были довольны.

Спали драконы.

Я думаю, рано иль поздно

Сын мой на свет народится.

Он будет красавец когтистый.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора