Валгалла (2 стр.)

Тема

С каждой секундой комета подлетала все ближе. Когда она приблизилась к светилу, вокруг которого вращалась планета, ее поверхность разогрелась до такой степени, что стала кипеть и испаряться. Газы и пыль образовали длинный хвост, вытянувшийся далеко позади летящей кометы.

Внезапно она рассыпалась на куски, которые также вытянулись длинной вереницей и теперь напоминали нанизанные на нитку бусины.

Обломки небесного тела неуклонно приближались к планете.

– Замедлить скорость симуляции до плюс десяти от реального масштаба времени, – проговорил в темноте чей-то бесплотный голос.

Скорость, с которой летели обломки, заметно уменьшилась. Неспешно вращаясь, они продолжали скользить вниз.

– Дать более крупный план Инферно, – скомандовал все тот же голос, и изображение тут же приблизилось, увеличившись в размерах.

– Все равно слишком быстро. Замедлить симуляцию до минус пяти, – приказал голос.

Время почти приостановило свой бег, но события все же развивались чересчур стремительно. Обломки кометы с невероятной скоростью вошли в верхние слои атмосферы, и даже при том, что все происходящее проецировалось в пять раз медленнее, чем должно было происходить на самом деле, обломкам понадобились считанные секунды, чтобы пробиться через атмосферу и достигнуть поверхности планеты.

Самый крупный осколок ударился в землю рядом с береговой линией. Второй врезался в гряду невысоких холмов немного севернее первого. Остальные куски бывшей кометы стали один за другим долбить землю, падая цепочкой, которая вытянулась по направлению к северному полюсу планеты. Каждый удар сопровождался ослепительной вспышкой, которая тут же гасла в поднимавшихся клубах дыма, пыли и осколков.

– Сработало, – сказал голос. – Остановить изображение на этой точке. Выключить сферу. Включить свет.

Изображение пылающей планеты растаяло, и вместо него зажегся свет, осветив вполне заурядную гостиную вполне заурядного жилища. Единственным необычным предметом здесь являлся сложнейший галапроектор, установленный посередине комнаты.

Давло Лентралл подошел к невысокому, похожему на гладкий пень цилиндру и постучал пальцем по его верхней панели. Ни один – даже самый современный – прибор поселенцев не был способен на то, что могла творить эта штука. Уж он-то знает! Ведь он разработал и создал ее собственными руками. Сейчас Давло вспоминал, чего ему это стоило, и упивался триумфом. Это его, только его заслуга! Именно он открыл комету. Поддавшись порыву не свойственной ему скромности, он назвал ее не своим именем, как это было принято, а в честь Хэнто Грега – убитого Правителя, который воплотил в жизнь проект повторного преобразования климата планеты и таким образом спас ее от неминуемой гибели. Или, по крайней мере, выиграл еще немного времени для того, чтобы Давло Лентралл и комета Грега сумели довести до конца начатое им дело. В этом была некая симметрия, эдакий поэтичный флер, который наверняка понравится историкам. Как бы ни называлась комета, в памяти потомков все равно останется он, Давло Лентралл.

Само собой, обсуждать подобные материи с его помощником-роботом не имело ни малейшего смысла. Кейлор способен лишь талдычить о том, какие опасности могут подстерегать человека тут и там. И все же в такой момент Давло не мог молчать. Он должен был сказать хоть что-нибудь. Вот тут у него и вырвалось это «сработало».

– Конечно, сработало, хозяин Лентралл. Проектор совершенно исправен. С какой же стати ему вдруг не сработать?

– Я имею в виду захват кометы, а не симулятор.

– Должен обратить ваше внимание на то, что это только вы так считаете, – сказал робот Кейлор.

– Уточни. Что ты конкретно имеешь в виду? – спросил Лентралл. Кейлор был безукоризненным слугой, но временами общение с ним требовало огромного терпения.

– Я имею в виду, сэр, что вы основываетесь на ряде безосновательных предположений.

Давло наступил на горло своей злости и призвал себя к терпению. Кейлор являлся не серийным роботом, он был построен по особому заказу Давло и в соответствии с его пожеланиями. А самым главным из них было то, чтобы, рассматривая гипотетические ситуации, робот в наименьшей степени руководствовался императивами Первого Закона. Учитывая, какие исследования и эксперименты проводил Давло Лентралл, обычный робот-ассистент с нормальным для Инферно сверхвысоким уровнем функционирования Первого Закона был бы для него попросту бесполезен. Еще до того, как Давло обратил свое внимание на комету Грега, он принимал участие в проекте «Снежок» – проекте, работа над которым требовала перебрать множество рискованных альтернатив, чтобы обнаружить наконец наименее опасный путь для достижения цели.

Вряд ли на всей планете нашелся бы хоть один «трехзаконный» робот, который согласился бы участвовать в этой операции, не говоря уж о том, чтобы работать с гала-проектором для того, чтобы просчитать возможность задействовать комету Грега. Более того, очень немногие роботы согласились бы даже на то, чтобы хоть как-то помочь в разрешении этой ситуации. Они стали бы твердить, что подобное моделирование может проложить дорогу для реального осуществления проекта, в результате которого произойдет столкновение настоящей кометы с настоящей планетой, а это, в свою очередь, создаст огромную угрозу для населяющих ее людей. Именно поэтому, решив принять участие в проекте «Снежок», Давло Лентралл заказал себе нового робота, а затем, осознав, какую пользу можно извлечь из кометы Грега, еще раз порадовался своей предусмотрительности.

Ему пришлось спорить до хрипоты с разработчиком робота – чрезвычайно консервативным джентльменом, который ни в какую не хотел даже на йоту снижать ограничения, накладываемые Первым Законом. Но затем старикашка все же сдался, и в результате на свет появилась первая модель с Ограниченным Уровнем Защиты, или ОУЗ – 001. В соответствии с общепринятыми традициями ее следовало бы назвать Орнуз или Онуэз. Один остряк даже предложил окрестить нового робота Огузком. Однако Давло ни один из этих вариантов не прельстил, и, плюнув на традиции, он назвал своего ассистента Кейлор.

Однако вскоре выяснилось, что «новорожденного» помощника Давло Лентралла отличает горький, если не сказать упадочнический, взгляд на жизнь и окружающий мир. То ли это явилось побочным эффектом того, что Первый Закон не нависал над ним таким же дамокловым мечом, как над другими его собратьями, то ли таким образом были устроены извилины его позитронного мозга, но Кейлор оказался отъявленным пессимистом.

– Так о каких же «безосновательных предположениях» ты говоришь, Кейлор?

– Вы исходите из того, что после начального взрыва вам удастся сохранить комету в целости, – проговорил робот, – и предполагаете, что сумеете расколоть ее на части именно в нужном месте и в нужный момент. Более того, вы не просчитали, насколько велика будет температура кометы после приближения к звезде и чем обернется нагревание ее поверхности. У меня также существуют сомнения относительно того, что вам удастся эффективно контролировать естественные газовые выбросы кометы и их воздействие на ее траекторию. Далее. Вы, как мне кажется, совершенно произвольно определили, сколько осколков кометы необходимо для достижения поставленной задачи, и, наконец, вы не произвели тщательный просчет времени и контрольное наведение, необходимые для заключительного этапа нацеливания и прохождения через атмосферные слои. Для достижения успеха все эти параметры должны быть просчитаны самым тщательным образом, а этого сделано не было.

– Все это я знаю и без тебя, – сказал Давло, – но если поставить решение этих проблем на первое место, то мы вообще никогда не начнем. Сейчас я доказал в целом, что мой план сработает. Или, по крайней мере, что он может сработать. А теперь мне необходимо убедить в этом власти. Но, по моему просвещенному мнению, мы вполне способны сбросить комету Грега на Инферно и таким образом спасти планету.

– Если не принимать во внимание все, о чем я говорил раньше, вы, очевидно, правы, – сказал робот и горько добавил: – Вот только удастся ли это сделать так, чтобы на планете осталась хоть одна живая душа?

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке