Интервенция

Тема

Лев Славин

Пьеса в четырех действиях, двенадцати картинах

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

…Мы победили Антанту тем, что отняли у нее рабочих и крестьян, одетых в солдатские мундиры.

В. И. Ленин

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Картина первая. ЗДЕСЬ ВСЯ ИМПЕРИЯ

Бульвар. Весна. Лестница в порт. Множество нарядной публики.

Все смотрят вниз, в море.

Группа: 1. Мадам Ксидиас, негоциантка, одета в черный шелк и золото – пиковая дама с сильным налетом вульгарности. 2. Женя Ксидиас – ее сын, восемнадцатилетний, говорит аффектированно, заинтересован впечатлением, какое производит на окружающих. 3. Его репетитор – малый лет тридцати, в студенческой куртке, астеник, лицо насмешливое, сильное, говорит мало, предпочитает посмеиваться, известен в доме Ксидиас под фамилией Воронов.

Ксидиас. Что ты видишь? Говори. Отчего ты молчишь?

Женя (с большой старинной подзорной трубой). Я вижу штыки, и капралы ругаются, и золотые плюмажи, и походные кухни, и кресты Почетного легиона, и сзади идут еще пароходы, и дым, и барабаны.

Ксидиас. Мсье Воронов, он видит барабаны. Что ты еще видишь, Женя?

Труба ломается.

Женя. Опять вывихнулась. Ты не можешь купить приличный бинокль!

Ксидиас. Это старинная вещь, мсье Воронов. Она у нас в роду три поколения.

Воронов. Может быть, через такую кишку смотрел Колумб, когда он подплывал к берегам Вест-Индии…

Женя. Ее купил мой дедушка. Он был вор.

Ксидиас. Ты опять начинаешь свои штуки!

Женя. Мой прадед был греческий рыбак. Нищий! Мой дед стал одесским контрабандистом. Золото! Моя мать пустила золото в оборот. Банкирша! Но я это золото промотаю. Я хочу быть пролетарием!

Ксидиас. Женя! Штуки!

Встречаются два господина петербургской наружности.

1-й. И вы здесь?

2-й. Как вам нравятся одесситки?

1-й. Здесь вся империя!

2-й Ничего, правда?

1-й. Она сжалась в комок у моря.

2-й. Напоминают парижанок?

1-й. Но она начнет разворачиваться с сегодняшнего дня.

2-й. Пожалуй, немного толстоваты?

1-й. Сначала до Киева. Потом до Харькова. Потом до Москвы, потом до Петербурга.

2-й. Киевлянки тоньше?

1-й. Большевики хотели сбросить нас в Черное море. Мы их сбросим в Белое.

2-й. Очень милы, очень милы!

Ксидиас. Что ты еще видишь, Женя?

Женя. Я вижу облака, иволны, и капитаны кричат в рупора, и негры смеются, и вот кладут сходни, и вот солдаты прыгают на берег. Их очень много! Мамочка, явижу, наверно, дивизию! Мамочка, это дивизия, знаешь, какая?

Ксидиас. Какая?

Женя. Черная.

Ксидиас. Черная?

Женя. Как голенище!

Воронов. Цветные войска…

Ксидиас. Ах, мсье Воронов, лучше цветные, чем большевики.

Женя. Мамочка, а вдруг они цветные большевики?

Ксидиас. Штуки! Мсье Воронов, я хочу вам пожаловаться на вашего ученика. Вы живете с ним в одной комнате, но вы не знаете его.

Женя. Мамочка, донос? Мишель, не слушайте ее.

Воронов. Мадам, что случилось? Женя, вы опять проигрались?

Ксидиас. Хуже.

Воронов. Хуже? О, молодость!

Подходит Санька, она продает цветы, девушка грубая и застенчивая.

Женя. Господа, встретим союзников цветами!

Покупка цветов.

Группа: 1. Степиков, рабочий, одетый празднично, чтобы не выделяться в нарядной толпе; настроен по отношению к окружающей обстановке независимо и иронически. 2. Бондаренко, торговый моряк, наружности немолодой, веской, силится придать себе вид бульварного фланера. Оба говорят негромко и скупо.

Степиков. Почем твои цветы, девушка? (Тихо.) Ты видишь, там стоит такой пижон в лаковых туфлях?

Санька. Такой с грубым носом?

Степиков. Иди до него и скажи: «Господин Филипп, вас спрашивает Степиков, он имеет до вас дело». Будь вежлива, Санька.

Санька идет.

Бондаренко. Кто он?

Степиков. Филька-анархист.

Бондаренко. Не выдаст?

Степиков. Покупателей не выдают.

Подходит Филька-анархист. По манерам и одежде видно, что идеал его жизни – Макс Линдер. Знающие Фильку предпочитают не приближаться к нему вплотную.

Здорово, Филипп! Это мой товарищ, торговый моряк Бондаренко.

Филипп. Мое почтение! Филипп, свободный анархист. Ну, что вы скажете на Антанту? Через полчаса она будет здесь.

Бондаренко. Товарищ Филипп, нам нужно оружие.

Филипп. Понимаю. Шпайеры? Винты? Может быть, кинжалы?

Степиков. Пока что бомбы.

Филипп (Саньке). Будьте любезны, барышня! Вы видите, там стоит такая чудачка, в английском синем костюме?

Санька. Такая с перьями?

Филипп. Я вас прошу подойти до нее и спросить: «Мадам Токарчук, мсье Филипп интересуется – или у нас есть сейчас приличных бомб?»

Санька уходит.

Как поживает товарищ Бродский? Он что-то не бережет себя.

Степиков. А разве что?

Филипп. Я его вижу гулять по бульваре. Сегодня на бульваре горячо. Много жаб.

Бондаренко. Что такое?

Степиков. Говорит, на бульваре опасно. Много сыщиков.

Бондаренко. Мишель в такой компании, что ему не страшно.

Подходит Санька.

Санька. Мадам говорит: «Есть».

Филипп. Спасибо. Где моя голова? Как нарочно имеется чудная партия австрийских бомб со свежей начинкой.

Степиков. Почем?

Филипп. Как для вас?

Степиков. Как для меня.

Филипп. Четыреста пятьдесят дюжина. После ста штук скидка четыре процента. Доставка за счет покупателя.

Бондаренко. Это дорого. У нас нет таких денег.

Филипп. Свободные анархисты не торгуются.

Степиков. Ну да, они просто грабят.

Филипп. Не будем заводить здесь партийных дискуссий, товарищи. Для успеха революции я скину по красненькой с дюжины. Сколько вам требуется бомб?

Степиков. Пока что сотня.

Филипп. Сотня… (Бормочет.) Сто на десять – восемь, четыре в остатке, три тысячи двести плюс сто тридцать… (Решительно.) Три косых. Это по-божески, товарищи.

Бондаренко. Есть у нас?

Степиков. Найдется.

Филипп. Когда доставить?

Степиков. Двадцать второго в десять утра.

Филипп. Адрес?

Степиков. Судостроительная верфь Ксидиас.

Филипп. Пароль?

Степиков. «Не здесь ли ремонтируется пароход «Юнион-Кастель-Кайн»? Ответ: «Мы давно ждем ваших корабельных канатов».

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Похожие книги