Что вытворяют с зеркалами

Тема

Роберт ХАЙНЛАЙН

Криминальная история рассказанная Эдисоном Хиллом

Я пришел сюда, чтобы посмотреть на голых красоток. Пришел, как и все остальные посетители. Это распространенная слабость.

Взгромоздившись на табурет в конце стойки бара, я подозвал хозяина заведения, оборвав его болтовню с двумя завсегдатаями.

- Налей на троих, - сказал я. - Нет, на четверых и хлопни одну со мной. Что новенького, Джек? Я слышал, ты тут устроил для публики кабинку с порнухой?

- Привет, Эд. Запомни, парень, у меня не порнуха, а настоящее искусство.

- Какая разница?

- Если девки ведут себя спокойно - это искусство, а вот если начинают извиваться и крутить задом - тогда закон против. Такие правила. На, посмотри.

Он дал мне программу. Я прочел:

ДЖОЙ-КЛУБ представляет

"МАГИЧЕСКОЕ ЗЕРКАЛО"

Прекрасные модели в серии развлекательных и художественных живых картин.

22.00 "Афродита" - Эстелла

23.00 "Жертвоприношение солнцу" - Эстелла и Хейзл

24.00 "Верховная жрица" - Хейзл

01.00 "Жертва на алтаре" - Эстелла

02.00 "Поклонение Пану" - Эстелла и Хейзл

(Посетителям рекомендуется воздерживаться от свиста, топанья ногами и прочих нарушений художественной чистоты показа.)

Последнее замечание было излишним. Заведение Джека Джоя славилось строгими правилами.

На другой стороне программки я увидел новый перечень цен, из которого узнал, что стаканчик в моей руке обойдется мне вдвое дороже, чем я предполагал. Тем не менее зал был битком набит народом - простаками вроде меня.

Я хотел было по-дружески сказать Джеку, что обещаю зажмуриться во время шоу, если он возьмет за выпивку по старой цене, но тут из-за стойки раздались два резких звонка - два пронзительных сигнала, похожих на морзянку.

- Одиннадцатичасовой показ, - объяснил Джек и, присев за стойку, начал там копаться.

Заглянув вниз, я заметил под стойкой какую-то продолговатую штуковину. Ее украшало столько электрических приспособлений, что их хватило бы на веселенькую рождественскую елку для бойскаутов - переключатели, кнопки, ручки реостатов, пластинки для проигрывателя и ручной микрофон. Я нагнулся, чтобы рассмотреть этот ящик получше. У меня слабость к таким вещам наверное, от моего старика. Он ведь дал мне имя Томас Алва Эдисон Хилл в надежде, что я пойду по стопам его идола. Но я, наверное, здорово разочаровал его: мне так и не удалось придумать атомную бомбу, хотя иногда я пытаюсь починить свою пишущую машинку.

Джек щелкнул переключателем и взял микрофон. Его голос загремел из колонок музыкального автомата.

- А сейчас мы представляем "Магическое зеркало"!

Проигрыватель заиграл "Гимн солнцу" из "Золотого петушка", и Джой медленно повернул ручку реостата. Освещение в зале погасло, а "Магическое зеркало" медленно осветилось. "Зеркалом" служила стеклянная перегородка шириной около десяти футов и высотой около восьми. Она отделяла от зала небольшую сцену на балконе. Когда в баре горел свет и огни на сцене были погашены, стекло оставалось непроницаемым и выглядело как зеркало. Когда же свет в зале гас, а на сцене - включался, сквозь стекло начинала медленно проступать картина.

В баре осталась гореть только лампа под стойкой у Джека. Она освещала его фигуру и приборы. Яркий свет лампы слепил мне глаза; я прикрыл их рукой и уставился на сцену.

А там было на что посмотреть.

Представьте: две девушки - блондинка и брюнетка. Алтарь или стол, на котором, как символ сладострастия, раскинулась блондинка. Брюнетка застыла у алтаря, схватив блондинку за волосы и занеся другой рукой причудливый кинжал. Задник сцены переливался золотым и темно-синим цветом, изображая яркие солнечные лучи на псевдоегипетский или ацтекский манер, но никто не смотрел на задник - все взоры ласкали девчонок.

На брюнетке был высокий головной убор, серебряные сандалии и набедренная повязка из стеклянных побрякушек. И больше ничего! Никакого намека на бюстгальтер. А блондинка вообще была гола как устрица. Ее колено на авансцене приподнялось ровно настолько, чтобы заткнуть рот скулящим блюстителям нравов.

Я не смотрел на голую блондинку; мой взгляд тянулся к ней - брюнетке.

И хотя сыграли свою роль две милые торчащие грудки, длина грациозных ног, форма бедер, боков и прочего, тем не менее меня потрясло какое-то общее впечатление. Она была просто до боли хороша. Кто-то рядом воскликнул:

- Обалдеть можно! Я тащусь!

Я хотел уже шикнуть на него, как вдруг понял, что это мой собственный голос.

Тут свет на сцене погас, и я вспомнил, что надо дышать.

Я выложил безбожную плату недрогнувшей рукой. Джек интимно сообщил:

- Между показами они развлекают посетителей в зале.

Когда девушки появились на лестнице, ведущей с балкона в зал, он жестом подозвал их и представил меня.

- Хейзл Дорн, Эстелла д'Арки - знакомьтесь, это Эдди Хилл.

Хейзл, брюнетка, спросила: "Как поживаешь?", а блондинка фыркнула: "О-о, я встречалась с этим призраком раньше. Как дела? По-прежнему гремишь цепями?"

- У меня все замечательно, - ответил я, пропуская мимо ушей ее подковырки.

Да, я знал ее - не как Эстеллу д'Арки, а как Одри Джонсон. Когда я строчил автобиографию начальника полиции, она работала стенографисткой в муниципалитете. И она никогда мне не нравилась: слишком уж любила находить больные места и ковыряться в них.

Я не стыжусь своей профессии. Ни для кого не секрет, что я писатель-призрак и работаю на других авторов. Хотя вы можете найти мое имя на титульном листе "Сорока лет полицейского", прямо под именем начальника полиции пусть маленькими буквами, но оно там: "в сотрудничестве с Эдисоном Хиллом".

- Как тебе понравилось шоу? - спросила Хейзл, когда я заказал круговую.

- Мне понравилась ты, - ответил я по возможности тише, как бы по секрету. Не могу дождаться следующего номера, чтобы разглядеть тебя получше.

- Тогда ты увидишь кое-что еще, - пообещала она и сменила тему. У меня сложилось впечатление, что брюнетка гордится своей фигурой и с удовольствием принимает комплименты, но в то же время не совсем еще загрубела, выставляя тело напоказ для публики.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке