Народ Моржа

Тема

Сергей Щепетов

От автора

Машину времени еще не создали, а потому далекое прошлое хранит множество тайн. Например, отчего наши предки начали заниматься земледелием? Конечно же, чтобы обеспечить себя продуктами питания! Увы, этот привычный ответ уже давно не выдерживает критики. С неменьшим успехом можно утверждать, что людей заставили инопланетяне. Да-да, существует и такая гипотеза – ее придумал не я! Правда, почти никто из ученых не принимает эту версию развития событий всерьез…

Пролог

Исчерпывающую информацию Куратор мог получить, находясь в любой точке пространственно-временного слоя. Тем не менее он лично прибыл на базу Первой миссии мира номер 142, чем изрядно перепугал сотрудников. Никто из них, конечно, не подсматривал и не подслушивал, но…

Довольно долго ничего не происходило, а потом в помещении информационного центра раздался смех. Он быстро прервался, и приборы зафиксировали вспышку гнева. Куратор ее подавил и потребовал контакта с советником. Пум-Вамин явился – возник на экране в виде человека средних лет с незапоминающейся внешностью. С его стороны это было не очень вежливо, но Куратору пришлось стерпеть – реальной власти над советником у него не было. В качестве маленькой мести он решил не отвечать на приветствие, а сразу перейти к делу.

– Что тут происходит?! – кивнул он на топографическое изображение прямо перед собой.

– Вы разве не в курсе? – слегка удивился Пум-Вамин. – Мне казалось, что несколько местных лет назад вы уже интересовались этим явлением.

– Да, кажется… – чуть смутился Куратор. – Но на примитивных мирах подобные эксцессы быстро затухают до полного исчезновения – это исторический закон. А здесь что творится?! Почему не приняты меры?

– Все мероприятия по стабилизации обстановки проводились вовремя и строго в рамках инструкции, – заверил советник.

– Тем не менее за несколько лет внеплановая аномалия творческой активности перестала быть локальной! Она превратилась в региональную!

– Увы, – кивнул Пум-Вамин. – Там действует крутой парень.

– Давайте обойдемся без первобытного жаргона! – в приказном тоне попросил Куратор. – Что за парень?

– Да так… – криво улыбнулся советник, – маргинал какой-то.

– Похоже, мне придется самому разбираться в этой истории, – вынес приговор Куратор. – Причем с самого начала!

– Как вам будет угодно, – пожал плечами Пум-Вамин. – Нужна моя помощь?

– У меня нет времени рыться в информационных блоках!

– Тогда вам придется пройти информационное погружение.

– Давайте индекс ячейки, – обреченно вздохнул Куратор.

Погружение в культурно-информационную среду аномального явления длилось минуты три. Куратор сидел в кресле с прикрытыми глазами, советник смотрел на него с экрана и терпеливо ждал.

– Итак, – открыл наконец глаза Куратор, – я слушаю.

– Докладываю, – изобразил покорность Пум-Вамин. – Утвержденный для этого мира План развития вам известен. Незадолго до акции, которую туземцы обычно называют «Всемирный потоп», была произведена компенсационная переброска живой массы из параллельного пространственно-временного слоя. Одна из особей уцелела и сумела адаптироваться в этом мире.

– Малый временной скачок?

– Что вы! Относительно собственной современности Семен Васильев оказался как бы заброшен в далекое прошлое – порядка 10—12 тысяч лет. По хронологии его мира это соответствует концу древнекаменного века.

– Тогда в чем же дело? Не говоря уж про голод или туземцев, его должен был прикончить культурный шок.

– По представлениям наших ученых – безусловно. Однако этого не случилось.

– Вам известны причины?

– На уровне предположений. Скорее всего, тут совпало сразу несколько факторов. Семен Васильев происходит из довольно слабо развитой страны, живущей в основном добычей и экспортом природных энергоносителей. При этом он входил в состав интеллектуальной элиты своего общества – был ученым.

– Значит, давно должен быть мертв или безумен.

– Дело в том, что по профессии он геолог – специалист по исследованию горных пород. В его родной стране есть традиция держать ученых в нищете, а при исследовании незаселенных районов заставлять их вести полудикий образ жизни. Так что, попав сюда, Семен Николаевич уже имел специфический опыт выживания.

– А куда смотрели ваши туземцы? Или субъект обладает незаурядными физическими данными?

– Физические данные у Васильева самые обычные. Правда, он немного владеет одним из видов старинных единоборств – с использованием деревянного шеста или палки.

– Глупости! Это могло лишь продлить агонию. В чем дело?!

– Наблюдения показали, что у него, по сути, лишь одно преимущество перед туземцами – способность к мысленному контакту с людьми и животными. Во всяком случае, языковых барьеров для него почти не существует. Кроме того, похоже, у Семена Васильева обострена память – он может активно пользоваться всей информацией, приобретенной за время жизни.

– Да, – кивнул Куратор, – такой эффект иногда возникает при перегрузке коры головного мозга в момент переброски. Полагаете, этого достаточно, чтоб продержаться так долго?

– Да он и не держится, – улыбнулся Пум-Вамин. – Просто живет в свое удовольствие!

– Нам сейчас не до шуток, – нахмурился Куратор. – Что значит «просто живет»?! Выкладывайте все по порядку! Я чувствую, что вы владеете информацией.

– Вы не ошиблись: кандидат геолого-минералогических наук, бывший заведующий лабораторией научно-исследовательского института Семен Николаевич Васильев, а ныне воин из рода Волка племени лоуринов – человек Высшего посвящения по имени Семхон Длинная Лапа мне интересен, и я присматриваю за ним.

– Ну, так докладывайте! Только, пожалуйста, самую суть.

– Постараюсь, – заверил советник. – Итак: российский ученый средних лет оказался в далеком прошлом. Первые несколько месяцев он посвятил выживанию в одиночку. За это время он успел освоить первобытные способы охоты и рыбалки, вступить в контакт с волками, мамонтом и представителями другого вида людей – неандертальцами, которые в его собственном мире исчезли гораздо раньше. Последняя встреча носила характер боевого столкновения. Кроме того, наш герой подобрал и выходил раненого воина из племени обычных людей. В реальности Васильева их называют кроманьонцами. Попутно он обзавелся примитивным метательным оружием – довольно мощным арбалетом – и освоил изготовление керамической посуды. Именно керамика и полученный с ее помощью спирт впервые привлекли наше внимание. Приборы зафиксировали появление веществ, отсутствовавших в природе и культуре туземцев.

Контакт Васильева с кроманьонским племенем имел мирный характер. Субъект, кажется, почти сразу заработал какой-то авторитет и даже получил в свое распоряжение местную женщину. Возможно, этому способствовали его повышенная коммуникабельность и успешное участие в стычке с отрядом неандертальцев. Надежда на то, что Семен погибнет, проходя обряд посвящения в воины, не оправдалась – он вновь выжил, хотя это и местным-то удается не всем.

События потребовали более активного нашего вмешательства – не прямого, конечно. Тогда заканчивалась подготовка к планетарной шоковой акции, и внеплановая аномалия творческой активности была нам совершенно ни к чему.

Сотрудники миссии задействовали типовую схему активизации окружающей среды с использованием стационарных зондов. Активизация состоялась успешно, но результата не принесла. В военном конфликте погибли десятки кроманьонцев и сотни неандертальцев, а Семен Васильев вновь уцелел.

Выхода не было, и руководитель третьего отдела Нит-Потим решился на крайнее средство – обратную переброску. Ради того, чтобы выполнить все в соответствии с нашими правилами, Васильева пришлось доставить на базу миссии. Состоялся обстоятельный разговор, в результате которого субъект согласился добровольно вернуться в свой родной мир. Правда, Васильеву никто не сказал, что там он будет занимать гораздо больший объем пространства – рассеянный на атомы. Тем не менее он что-то заподозрил и финишировал не в родном, а вот в этом мире – в исходной точке. Когда это выяснилось, Нит-Потим был дисквалифицирован и подвергся частичной санации памяти.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке