Бесконечная игра – 2

Тема

Джордж Локхард

Я пробудился во тьме логова и вздрогнул. Война. Вновь война, вновь мне предстоит сражаться и убивать, сжигать фермы и укрепления, кричать от боли и умереть. Вновь мне предстоит смотреть на смерть друзей, не имея сил спасти их... Вновь.

– Держи, Чернокрыл. – орк протянул мне мешок с 2500-ми золотыми монетами. Я не стал их считать.

– Как дела? – и хотя мы оба знали, что именно он ответит, он ответил:

– Как всегда.

Я вздохнул, обдав орка горячим воздухом. Мешок бросил в угол логова, откуда на меня смотрела Геката. В горле что-то сжалось.

– Я... Я должен лететь.

Она подошла ко мне.

– Ты не вернёшся, Крыл.

Я обнял её, стараясь не смотреть на изумруды слёз.

– У нас нет выбора, любимая. Нет никакого выбора.

– Когда-нибудь, Крыл... Когда-нибудь мы доберёмся до богов!

Мне не хотелось нарушать счастье последних минут. И я промолчал. Но отчаяная надежда, что её слова имеют смысл, наотрез отказывалась исчезнуть. Я знал, что надежды не могло быть. Не должно было быть. Я не имел права ослаблять себя надеждой на несбыточное!

Но я надеялся, что когда-нибудь я смогу убить единственное живое существо, о смерти которого я не стану скорбеть. Я мечтал убить своего бога. О боги, как же я мечтаю вас уничтожить!

– Пора. – орк указал на Линию, висевшую в воздухе над логовом. Она почти полностью стала зелёной. Я последний раз поцеловал Гекату.

– Принеси мне достойного сына.

– Он будет гордится отцом, Крыл... Будет... Будет... – она не смогла продолжить. Я стиснул зубы и покинул логово.

Неумолимый закон заставил меня издать вопль проснувшегося дракона, которым я извещал бога о своей готовности служить ему. Крылья равномерно били о воздух, удерживая меня на низкой высоте. Я осмотрелся.

Логово стояло неподалёку от живописного леса, и оркам приходилось лавировать между ним и казармами, когда они тащили дерево троллям. Совсем рядом распологался Храм Проклятых, вдали синее небо разрывали острые клыки дворцовых укреплений. Чёрная Крепость была с трёх сторон окружена лесом, а спереди её защищали несколько башен. Я с удовольствием заметил, сколь сильна позиция нашего войска. Лагерь был разбит в самом углу Мира, и скалы оставляли для противника только узкий проход, уже перекрытый баллистами и башнями. В этом Мире были моря, и хотя я не мог их видеть отсюда, я знал об этом. Чтож, не самый худший расклад.

В самом лагере солдат было немного. Десяток грунтов, несколько берсерков. Около леса тесной группой стояли восемь огров, негромко обсуждая какие-то события. Четыре баллисты распологались у скал, простреливая проход. Я вздохнул полной грудью.

– Наконец тебя вызвали, Крыл! – молодой грунт с улыбкой повернулся ко мне, закинув на спину большой топор. Судя по топору и щиту, он был уже на шестом уровне силы. Значит, война в самом разгаре.

– Приветствую всех! – мой голос пророкотал над лагерем, заставив воинов обернутся. На лицах у многих проступили улыбки, маленькие гоблины принялись прыгать от радости. Мне пришлось поднять голову к небу, чтобы гоблины не разглядели моё лицо.

Потому что я не мог смотреть на них. Закон запрещает нам рассказывать гоблинам об их участи. Они веселятся, они смеются и подшучивают над всеми. Даже над богом. А боги никогда не понимают шуток. Гоблины, эти малыши... Они думают, что их бомбы – самая смешная игрушка. Они со смехом бегут к укреплениям врагов, они горды, что никто не в силах догнать их... И они никогда не успевают понять всё коварство богов. Взрыв, который разносит вражеские бастионы в пыль, дарит им быструю смерть. А в лагере уже смеются их преемники, не подозревая о судьбе предшественников.

Я с горечью подумал, что они счастливее всех нас. До самой смерти они верят, что живут. Да и в смерти не успевают осознать ничего. Не то что мы. Они свободны от мыслей, подобных этим...

– Что пригорюнился, змей? – страшный голос заставил меня обернутся. Возле Храма Проклятых, на скелете коня, сидел Рыцарь Смерти в чёрной рясе. Я вздохнул.

– Думаю.

– Это твоя привелегия – ты герой.

– Как и молчание – я марионетка.

– Нет. Молчание – судьба всех, а размышления – дар героям, имеющим имена.

– Возможно ты прав.

– Какая разница, Чернокрыл? Ни ты ни я не властны над миром.

– Мы познаём этот мир, значит мы существуем.

Он мрачно усмехнулся, но не успел ответить. Послышался грохот, и все орки замерли как вкопанные. По лагерю как ураган пронеслись страшные слова:

– Рухнула шахта! Последняя шахта!

Я моментально понял, почему нам досталась такая удобная позиция. В этом Мире было очень мало золота. Значит нам предстоит сражаться и победить (или проиграть) только теми силами, которые уже успел призвать бог.

И ещё это значит, что мой ребёнок, уже родившись в логове, так и не вырастет. У бога не хватит золота. Я заскрипел зубами.

– Эй! Сколько золота в Крепости?

Ближайший орк повернул ко мне бледное лицо.

– Ничего! Бог запустил исследования корабельной брони последнего уровня. И как раз рухнула шахта!

О небо, как он глуп! Он не проверил сколько золота в шахте, и заплатил 4000 монет инженерам! Мы переглянулись.

– Нам конец. – мрачно заметил Рыцарь.

– Ну, не так всё плохо... – один из грунтов напрасно пытался сделать вид, будто всё в порядке. Я резко оборвал его:

– Плохо. Бог не умеет управлять ресурсами – значит, он не умеет сражаться. Нам конец.

Ответить не успели. Небо потемнело, когда Квадрат Бога завис над лагерем. Рука Повелителя коснулась деревьв, и резким движением растянула зелёную Рамку, в которую попали все огры и десяток грунтов. Мгновением позже послышался голос их командира:

– Как прикажете, Хозяин.

Я проводил взглядом отряд уходивших на смерть друзей. В груди что-то болело, но я не успел ничего пожелать им на прощание. Рука коснулась меня.

Согласно Закону, говорить я не умел. Поэтому я издал вопль, обозначавший готовность к исполнению приказов. Вокруг меня на мгновение возникла белая Рамка, с парящей над головой зелёной Линией. Пока зелёной...

Рука Повелителя метнулась за горизонт, и секундой позже меня потянуло туда. Не в силах противится, я взревел от ярости и полетел к месту, указанному мне богом. В голове возник образ белоснежного парусника людей, который я должен был потопить. Чтож, это не эсминец. Если корабль плывёт без сопровождения, он беззащитен перед драконами.

Подо мной проносились горы и леса, поля и камни. На горизонте я заметил едва уловимый дым – там шёл бой. Кое-где на полях виднелись овцы, но тучи ограничивали обзор. Своей Силой я раздвигал их, оставляя за собой широкий светлый коридор. Отныне бог сможет видеть ту часть Мира, над которой пролетел я. От этой мысли мне стало горько и противно.

Побережье. Волны ослепительно-синего моря лениво бились о жёлтый песок, сияло Солнце. Видимо, погибший дирижабль гоблинов успел пролететь над этой частью океана, ибо туч не было. Влетев в солнечное сияние, я засверкал словно изумрудная статуя дракона.

Недалеко от берега по волнам плыл изумительной красоты корабль. Стройные очертания, белые паруса и могучие мачты словно кричали: «Я совершенство!». На палубе виднелись не менее прекрасные эльфы в роскошных одеяниях, бронзовые пушки блестели в лучах светила. И я должен был их всех убить.

Меня заметили. Эльфы побледнели, капитан снял широкополую шляпу. Парусник продолжал плыть, а я уже догонял его.

– Дракон, ты убьёшь нас, но наши братья отомстят! – молодой эльф на мачте с ненавистью смотрел в мои глаза.

– Прости меня, эльф. – и я дохнул пламенем на корабль, не в силах противиться судьбе, богам и приказу.

Паруса сразу загорелись, обугленное тело эльфа рухнуло в волны. По палубе со стонами поползли раненные моряки. Капитан использовал единственную доступную ему защиту – призыв.

– Нас атакуют! – его голос разнёсся над Миром, ибо эти слова были предназначены для ушей бога. Я оглядел горизонт.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке