Скользящий по морю жизни

Тема

Андрей Дмитрук

Перед рассветом 14 мая 19... года "ночные люди" из магической общины Пра Бхата, уже потрясшей страну невиданными злодеяниями, захватили одну из важнейших стратегических ракетных баз. Одетые в черные шелковые халаты и маски лемуров, смертники вороньем обрушились на ограду.

Повторяю, база была одной из важнейших. "Аякс", в просторечии "спейс фортресс", космическая крепость, - вы слышали об этом драконе последних лет перед разоружением? В его брюхе притаился, сжавшись до размеров железнодорожной цистерны, радиоактивный пустырь чуть поменьше Бельгии.

Дерзкий захват представлял особую опасность по причине автономии пускового устройства. Несколько таких "самостоятельных" шахт построили на случай гибели центрального пульта в министерстве обороны...

Пра Бхат, потомок выходцев из Южной Азии, называвший себя "воплощением Шивы", держал членов секты под настоящим гипнозом. Хором скандируя тексты мантр, они бегом пересекли границу электронного контроля. Трелями зашлись пулеметы, но и падая с гордой улыбкой на устах, будущие святые успевали включать под халатами кумулятивные петарды...

Ворвавшись через свежие проломы ограды, "ночные люди" сменили супертермит на кривые ритуальные ножи с резными рукоятями слоновой кости. Жизнь сохранили только персоналу командного пункта. "Ночные люди" согнали солдат и офицеров к главной панели управления и держали их там, покалывая для острастки. Ракшас, то есть начальник отряда, связался по радио с Пра Бхатом, а тот из своего логова в заброшенном тоннеле метро - с президентским дворцом.

Под угрозой атомного удара по столице президенту было предложено освободить из тюрем всех осужденных членов секты и самому явиться для переговоров к "воплощению Шивы". Президент попросил шесть часов на размышление. Пра Бхат дал ему один час.

Мгновенно было созвано селекторное совещание.

Командующий военно-воздушными силами заявил, что хранители "Аякса", видимо, не успели вскрыть конверт "ноль" - а может быть, успели, но не смогли выполнить инструкцию. Оборудование шахты пока в целости. Президенту подобает крайняя оперативность; нужно небольшое время, чтобы подготовить ракету к пуску, и это время уже идет. Лично он, генерал, предлагает накрыть базу с воздуха.

Министр юстиции побеспокоился о персонале.

Генерал ответил, что фанатики вряд ли оставили кого-нибудь в живых.

Министр высказал сомнение. Самостоятельно сектанты не осуществят запуск: кто-нибудь им поможет, хотя бы и под пыткой.

Генерал напомнил, что малая кровь предпочтительнее гибели столицы.

Госсекретарь опасался обстрела базы. "Аякс", даже взорвавшись в шахте, может выбросить радиоактивную тучу, губительную для ближайших городов.

Кабинет президента огласился бурным спором. Выиграл командующий ВВС, доказавший, что обстрел уничтожит только электронику и коммуникации, а больше ничего и не надо.

Президент, очень не хотевший военных действий, заикнулся было о переговорах. Тут уже на главу государства разом набросились все телефонные голоса: его-де возьмут заложником, а шантаж с помощью "Аякса" не прекратится, и страна станет вотчиной "воплощения Шивы", начинавшего карьеру вышибалой в курильне опиума.

На двадцать четвертой минуте совещание закрылось. Командующий авиацией выслушал краткое распоряжение своего верховного начальника.

...Надо полагать, Пра Бхат предвидел возможность такого ответа. Когда над ближайшим к базе военным аэродромом встала дымная пятерня со стремительно удлиняющимися пальцами, "спейс фортресс" уже была готова к старту.

Громовые молоты ударили по приморской степи севернее базы, затем по бетонным дворам. Белыми фонтанчиками зарябил окрашенный восходом залив. Пять ракетоносцев, обескураженно ревя, как по невидимой горке скатились к горизонту и стали там разворачиваться для нового захода.

Говорят, один из программистов умер, искромсанный ножами, но так и не согласился выстроить траекторию, называвшуюся "овермун", от базы до столицы. Другой все-таки произвел стартовые расчеты. Навеки останется неизвестным: то ли мысли офицера спутались от боли, то ли нарочно передал он машинам такую программу...

Будем считать, что нарочно. Давайте думать о человеке хорошо.

Смена у Алексея Гурьева получалась на диво спокойная. Ни звонков из Главной диспетчерской, ни срочных грузов, ни вздорных дальнорейсовиков, свихнувшихся от многодневного одиночества в кабине и требующих "немедленной, вы слышите, - немедленной" техпомощи и отправки на Землю.

Алексей даже позволил себе минут сорок поболтать с Вероникой по служебному коду - а более напряженное время такая забава стоила бы выговора. Как всегда, говоря со станции, он искренне тешился тем, что на каждую его фразу Ника отвечает не тотчас, а запаздывая на пару секунд. Радиосигналу нужно ощутимое время, чтобы пройти сотни тысяч километров. Вопреки пылкому, порывистому характеру подруги казалось, что она обдумывает свои слова.

Когда наконец было переговорено обо всем на свете, когда Ника до мельчайших подробностей описала погоду в Томске, поведение кота Митрича и туалет, в котором она отправится на встречу выпускников родного экологического учцентра, Алексей почмокал в микрофон, высказал ревность к Никиным коллегам-экологам и, дождавшись ответного чмоканья, отключился.

Сделав несколько приседаний, он вышел через шлюз на обзорную палубу. Картина привычно завораживала простором, сиянием и неподвижностью. Серебряный купол ныне пустующего профилактория под ногами, далеко вынесенный в пропасть елочный шарик топливного резервуара, затененный изгиб кольца ремонтных причалов. А кругом россыпи бездны, алмазная крупа, напоминающая о средневековых космогониях: тысячекратно продырявленный бархатный шар, впускающий снаружи лучи рая. Совсем рядом - выеденный ломоть Луны, ржавым цветом похожий на ветхие фотографии. Он, Алексей, один на спутнике, начиненном автоматами; и он в центре шара, в центре вселенной.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора