Круг Матарезе (52 стр.)

Тема

- В таком случае, какая же здесь связь со Скофилдом? Помимо способа устранения и доставки тела...

Госсекретарь помолчал секунду, а затем сказал, тщательно подбирая слова:

- Поймите, мистер Конгдон, между мной и советским послом сложились не совсем обычные отношения, и уже достаточно давно, мы говорим друг с другом откровенно обо всем и не очень-то заботимся о дипломатических экивоках, всегда помня при этом, что ни одного из нас не прослушивают и не записывают.

- Я понимаю, сэр, - ответил Конгдон, сообразив, что ответ, который он сейчас услышит, ни при каких обстоятельствах не может быть использован официально.

- Офицер, о котором мы говорим, работал приблизительно десять лет назад в составе секретной службы восточно-берлинского сектора КГБ. В свете последнего принятого вами решения я полагаю, что вы ознакомились с литерным делом.

- Вы о его жене? - Конгдон сел, огорошенный. - Этот человек был один из тех, кто замешан в убийстве супруги Скофилда?

- Посол не проводил параллелей такого рода. Он лишь упомянул о том факте, что этот офицер около десяти лет назад работал в Восточном Берлине в одном из управлений КГБ самостоятельного подчинения.

- Эта служба в то время курировалась Талейниковым. Он отдавал все приказы.

- Да, именно так, - подтвердил госсекретарь. - Мы обсудили персонально Талейникова, а также инцидент, имевший место в Праге некоторое время спустя. Мы просматривали возможность связи, о которой вы подумали только что. Такая связь, возможно, существует.

- В чем это выражается, сэр?

- Василий Талейников исчез два дня назад.

- Исчез?

- Да, мистер Конгдон. Здесь есть над чем подумать. Талейникову стало известно о грядущей официальной отставке, и он, воспользовавшись простым, но эффективным прикрытием, сразу же исчез.

- Скофилда должны были отстранить... - Конгдон говорил тихо, словно самому себе, а не в трубку телефона.

- Совершенно верно, - подхватил госсекретарь. - Эта аналогия и составляет теперь предмет нашей главной заботы. Два специалиста с богатым опытом почти одновременно получают отставку... Теперь они оба преследуют одну и ту же цель, то есть попытаются осуществить то, чего не могли сделать прежде: убить один другого. У них повсюду есть связи, свои люди, преданные им в силу самых разных причин. И подобная вендетта может породить непредсказуемые проблемы для обоих правительств... И как раз в эти драгоценные месяцы столь желанного перемирия в отношениях наших двух стран.

Директор отдела консульских операций нахмурился. Что-то смущало его в выводах госсекретаря.

- Я лично говорил со Скофилдом три дня назад. Не похоже, чтобы он испытывал ненависть или стремился взять реванш. Это уставший от жизни, уже немолодой резидент, с большим опытом. Многие годы... Он сказал, что хочет лишь одного: укрыться где-нибудь в тихом месте. И я поверил ему. Я обсуждал проблему этой личности с Робертом Уинтропом, между прочим, и тот был такого же мнения. Он сказал, что...

- Уинтроп ничего не знает, - с неожиданной резкостью перебил Конгдона госсекретарь. - Роберт Уинтроп - выдающийся человек, но он никогда не сознавал значения противостояния двух держав, особенно такой его формы, как разрядка. Имейте в виду, Конгдон, Скофилд убил этого офицера из Брюсселя.

- Возможно, были обстоятельства, о которых нам ничего не известно.

- Да ну? - Когда госсекретарь заговорил после паузы, все стало ясно. - Если и есть такие обстоятельства, то, как я понимаю, мы находимся перед лицом ситуации, настолько чреватой опасностями, что никакая затяжная личная вражда не может с ней сравниться. Скофилд и Талейников оба прекрасно осведомлены относительно работы внешней разведки и характера операций спецслужб обеих стран. Более, чем кто-либо еще. Ни в коем случае нельзя допустить контакта между ними.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке