Клан. Выбравший тень.

Тема

Андрей Руб

Пролог

Ну что, дорогие мои… — как говорит, одна известная телеведущая — …погнали?

Оглядываясь на прошедшее, я могу только сказать, я хорошо жил. Впрочем, почему жил? Я и сейчас живу. Никогда, ни о чем, не жалея. И так к делу. Слушать старого пердуна, с его сентенциями, наверное, не очень весело, молодым приключения подавай…, их есть у меня! Постараюсь, не быть таким занудным. С поучениями, как надо жить, постараюсь не лезть… наверное… Хотя, трудно в темной комнате найти черные носки, если они не пахнут.

Все начиналось, как обычно… Ничего не напоминает? Вот! Ну, я отступлю от правил и расскажу о себе.

Росту во мне два метра, я блондин с раскачанной мускулатурой. Всю жизнь занимался боевыми единоборствами и кендо, а также сечей Радогора. У меня квадратный подбородок, голубые глаза, вкупе с волевым лицом и греческим профилем. «Белокурая бестия» — так называли таких как я. Лет шестьдесят назад. Пардон семьдесят. Еще я кузнец, певец и на дуде игрец, в общем, я весь пи…ц, ну в рифму. Прекрасно пою, танцую и играю на восьми музыкальных инструментах. Впечатлись?

На самом деле, ничего такого нет и близко. Я самый абнакнавенный! Но, впрочем, об этом позже.

Чего бы еще рассказать, что бы привлечь к себе ваше благосклонное внимание?

Эх, ладно — к делу.

Лет мне …, ну, в общем много. Самое хорошее, что они не легли грузом на душу, и нет у меня почетной награды, ордена сутулого. «Эх! Где, мои семнадцать лет?» — спросил когда-то поэт. Так и я. Как было мне, эх, так и осталось. Такой же раздолбай и авантюрист, который когда-то двинул на свою первую войну. Из интереса… на остальные впрочем, тоже.

Зовут меня, Джок. Просто набор звуков, кличка, к которой я привык, за многие годы. Зовите и вы меня так. Не спортсмен, не красавец, не… не… не… Просто обыкновенный. Но…зато, я

Наилучшая реклама — анафема.

Григорий Яблонский.

Вечер удался. Я выпил водочки, закусил, и задумался о смысле бытия. Скучно, наверное, я живу, на чужой взгляд. Сижу дома, благо средства позволяют (рантье, как раньше это называлось). А которые осуждать будут, тем отвечу — напутешествовался я на две жизни вперед. Много лет мотался по СССР, (ныне Россия и ближнее зарубежье). Лучше чем сказал поэт: — «И мотало меня, как осенний листок, Я менял города, я менял имена…» Гениально! Лучше про меня и не скажешь. Теперь хочу дома посидеть. Читаю книжки, смотрю телевизор, путешествую иногда экстремально, готовлю…. Вкусно поесть я люблю, поэтому готовить научился, еще, когда учился в школе, а поскольку всю жизнь исповедую принцип — быстро, просто и вкусно, то и готовлю также. Ха…, не сильно верите? Ну-ну.

Весу во мне не много. Всего килограмм двадцать, двадцать пять… лишних. Скажете много? А когда было пятьдесят? Лишних…. Но! Я похудел. Без диет женщины, без диет. Вот просто. Меньше стал жрать. Ну а пить, много больше… Холодной воды за ужином. Рекомендую. Как-то это даже называется. Диета русских балерин, что ли.

О чем бишь я? А, о вечере. Все как всегда, обычно. Лег спать…. Вот проснулся, в лесу. Как вам? Ага, вижу ухмыляющиеся лица. Ври мол, дальше. Фигвам, в смысле не индейское жилище. Не вру.

Пробуждение было, увы, печальным.

На лоб мне, что-то упало, и я проснулся. Проведя рукой по лицу, чтобы вытереть воду, я вдруг понял, что это не вода. Я понюхал руку. Воняло так мерзко, что у меня, заслезились глаза. Да…. Это было говно! Птичье судя по цвету, но тем не менее. Зачем-то нюхнул руку, еще раз. И порадовался, потому, что запах…. Нет! ЗАПАХ…!

Воткнулся в голову, как гвоздь. Мгновенно выдавив слезы радости из глаз и вопль радости из груди, как у ребенка, лизнувшего металлическую ручку на морозе. Представьте корову, сдохшую от кормежки солдатским портянками, наменянными месяц, и пернувшую, перед смертью. Амбре-с. Эту сволочь!! Надо вместо нашатыря предлагать.

Кое-как вытерев руку о траву так обозлился от этого, что то, что я в лесу, до меня дошло во вторую очередь. Я покрутил головой и понял…. Мягкие стены, одежда с длинными рукавами и огромная порция галопередола в задницу, моя ближайшая и чудная перспектива.

Ага. Лег спать зимой, в своей кровати. Проснулся одетым, летом и в лесу. Нормально!

Покрутив головой и прислушавшись, я громко и с чувством выразил своё радостное отношение к миру….

К его маме, родственникам нетрадиционной ориентации и любви, которой я займусь, если поймаю ту суку, которая меня так подставила….

И ту, которая на меня насрала. Я поднял голову, чтобы узнать, кто бы это мог быть. И узнал… — белочка!

Тьфу ты, — у меня Белочка. А не то, что вы подумали.

Потому что с ветки дуба на меня смотрел и жизнерадостно скалился дракон. Ну, не совсем дракон, дракончик. Сантиметров сорока — пятидесяти, в длину. Как я узнал, если никогда не видел? Это вопрос можно задать только крестьянину из деревни, проживавшему лет сто назад.

— Привет! — ничего умнее не придумав, помахал ему рукой. Жизнерадостное выражение лица обосранного дебила, сидящего внизу и машущего глюку, наверное, так поразило его, что он пробежал по ветке и свесившись годовой вниз, проскрипел что-то в ответ.

— Так ты еще и разговариваешь? — уставился я на это недоразумение.

— Иишшьь, — проскрипел он в ответ, уставившись на меня янтарными бусинами глаз. Дракончик был симпатичный, зелененький и с рожками. Открыв и закрыв глаза, я поступил как настоящий естествоиспытатель — экскриментатор.

Чтобы достоверно проснуться, попробуйте ущипнуть не себя, а рядом лежащее тело!

Но поскольку, таковое отсутствовало. Да-с! Я посильнее ущипнул себя. «Мать…..мать…» — по привычке, наверное, ответило бы эхо. Но, его тут, к сожалению не оказалось. Мои рулады пропали втуне. Все-таки велик и могуч, русский разговорный. Мне сразу стало как-то значительно легче.

— А не дать ли ему, чего-нибудь, для налаживания отношений, — выдал мне внутренний голос.

Я сразу сунул по привычке руку в карман. Ёпть! Только сейчас, до меня опять, дошло. Нахожусь в лесу, разговариваю с дракончиком. Вокруг меня лето и черт знает что. Я облился потом, но жара здесь была совсем, не причём…

Оглядев себя, я подивился изгибам мироздания или собственной психики. Я был одет как в походе зимой. Соответственно, в походную куртку и штаны с ботинками. Не придумав ничего лучшего обошел вокруг дерева, оглядываясь по сторонам.

Так! Оказался, на какой-то полянке. Под ногами трава, деревья вокруг, елки какие-то. В общем, обыкновенный какой-то, пейзажик.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке