КИНФ, БЛУЖДАЮЩИЕ ЗВЕЗДЫ. КНИГА ПЕРВАЯ: ПЛЕЯДА ЭШЕБИИ

Тема

Новинки и продолжение на сайте библиотеки

====== 1.НАЧАЛО. ======

Тяжкие дни настали для Эшебии, земли карян и эшебов, и белостенная столица, хрустальная Мунивер, пала в одну ночь. Сломленная, опозоренная, некогда державная, она теперь стояла черной и разоренной на вершинах Дюжины Великих Холмов, и далеко был виден блеск рубина – короля, прикрепленного на шпиле самой высокой башни, отражающийся от пожара, объявшего город. Клубы удушливого дыма, поднимающегося с разбитых городских стен, пахли горелым мясом и тем сандаловым деревом, которое так любили аристократы столицы, и которое теперь горело в пожарищах; мрамор белостенных дворцов был закопчен и треснул от жара, а пьяные сонки – победители доламывали то, что ещё не было разрушено и карабкались на пики Великих Небесных Башен – выколупывать золотую инкрустацию и драгоценные изумруды.

По дорогам, теряющимся в лесах и болотах, путая следы, таясь, уходили из Мунивер люди. Как воры или трусы. Весь цвет, вся знать Эшебии, точнее, те немногие, кто остался жив. Рыцари и легионеры войска Короля – Солнечного Брата, Андлолора Одина, братья из Ордена Солнечного Меча. Те, кто не убежали, горели сейчас на стенах города, у порогов своих домов, а косматые сонки дрались из-за побрякушек и оружия, стащенного у мертвецов.

По одной дороге, в лужах жидкой грязи, среди цепких кустов еле плелась маленькая группа, человек пять. Шестой, раненый и немощный, лежал на телеге, которую еле тащила по болоту тощая кляча.

Позор.

Кинф Андлолор Один, принцесса Эшебии, княгиня провинции Тал, властительница Долины Луны, едва плелась впереди. Со времени их бегства из дворца прошли сутки, но ей казалось, что свет рубина – короля все еще виден над вершинами бесконечного леса, и свет этот жег её. О, это твой грех, Кинф Андлолор Один! Не ты ли желала волнений и тревог, дорог и битв?! Не ты ли мечтала нарушить сонный покой и просила тайком богов о войне?! О, глупая юность!

Она закрывала усталые глаза, полные до краев стыдом и шла вперед, пока не натыкалась на дерево. Тогда чернокожий раб, бережно и почтительно взяв её за плечи, вновь выводил её на дорогу. Она отстраняла устало его руки и крепче сжимала рукоять меча, королевского символа власти – это был знаменитый Инушар Один, Око Света, меч царственного её брата, принца Крифы, подаренный Великим Божественным Яром их далекому предку.

- Царственная Кинф, дозвольте мне нести меч, – тихо произнес раб, низко кланяясь. – Вам тяжело.

Кинф покосилась на склоненную курчавую голову и чуть поморщилась: кто он? Как зовут? Она не помнила; там, в прохладных коридорах дворца, он никогда не осмелился бы даже подойти к ней из боязни смертной казни.

- Нет, – её потрескавшиеся губы еле шевельнулись. – Не смей прикасаться ко мне… Я сама понесу его.

Раб отступил. Путь продолжился.

О, Боги! За что продлили вы скорбные дни мои?! За что услышали грешную меня в часы молитв? Принцесса Кинф Андлолор Один, Блуждающая Звезда, этого ли ты просила у светозарного Яра? Память, беспощадная память вернула её в те далекие дни, в прохладу и сумрак летнего дворца, где она, пятнадцатилетняя наследница Кинф, скучала среди прекрасных хрустальных фонтанов. Луч солнца, пробравшегося сквозь плотные занавеси, сверкал в ярких каплях, а она, лениво играя ниткой алмазных бус, свисающих у неё с прически, ела виноград и смотрела как вода, пузырясь и играя, поднималась верх по причудливо изогнутым трубам фонтана и извергалась тугой светлой струёй, распадающейся на мягкие зонтики. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь листву плюща, обвивающего белоснежный мрамор колонн, яркими сияющими пятнами пляшут на мозаичном полу и на её черном рукаве, рождая тысячи серебряных искр на колдовской ткани, танцуют по светлой воде в фонтане и но золотом лике Яра, выложенного мозаикой на стене…

- Царственная Кинф, – тихий, как шипение змеи, голос придворного учителя Сизи заставил её обернуться к столу в дальнем темном углу зала. Звякнули на ее шее золотые цепи с талисманами, солнце блеснуло в ее рыжеватых волосах и на королевском венце. – Думаю, я порадую вас. Ваши занятия закончены. В своем знании Высокого Слога вы затмили своего царственного брата… и даже меня, вашего покорного слугу.

- К демонам, на Холодную Гору, твой Высокий Слог! – она подскочила, и солнце запуталось во многочисленных браслетах на тонких руках, осветило её тонкую фигуру. – Сизи, разреши мне пойти на посвящение Крифы в рыцари, ну, пожалуйста!

Сизи строго поджал тонкие губы.

- Но, царственная Кинф, женщина – среди рыцарей?! Это невозможно. Это неприлично!

Кинф заходила по темному полу, нервно сжимая кулаки:

- О великий Яр! Благословенная Мунивер! Сверкающая столица! Стоячее болото, проклятая тишина! О, Боги, прервите эту тишь! Как я ненавижу её! Ну, хоть бы заморские гости, хоть бы турнир какой, ну хоть один! Я б и сама была не прочь подраться…

- Царственная Кинф, если ваш отец узнает, что вы мечтаете держать оружие, он вас накажет!

- Пусть узнает! Я сбегу и буду свободна! Недаром же меня зовут Кинф, Блуждающая Звезда!

- Проклятое имя, – зашипел Сизи. – Принцесса, убойтесь! Если я скажу хоть кому-нибудь о ваших словах…!

Но Сизи не скажет никому. Он мертв, как и город. Этого ты хотела, о, Блуждающая Звезда?

Они убегали ночью, но в свете пожаров видели все, и она с ужасом понимала, что любила «ненавистный город», его тишину и прозрачную, возвышенную красоту, роскошь, тенистые аллеи на Фонтанной Площади, храмы под Великими Башнями, улицы, мощенные серым камнем, свой дворец, утонувший в зелени и заваленный и изукрашенный золотом, которое дарил любящий отец, как дарят верующие древнему идолу.

Теперь улицы были ограблены и вместо легких светлых фигур горожан по тротуарам носились толпы озверевших сонков в шкурах медведя-вонючки, а их закованные в железо головы беспрерывно гудели что-то хриплыми голосами …

Стены и хрусталь разбиты, в её светлом замке белые колонны закопчены, на мозаике лежит слой пепла от сгоревшего плюща. На стенах и у подножия трона, где золотом и серебром были выложены светлые лики Яра, зияют дыры: варвары выколупали драгоценности. Мраморные статуи богов низвергнуты с пьедесталов, а посреди тронного зала теперь стоит мерзкая козлоногая фигура из низкой меди, во лбу которой горит мутный красный камень, и ей с хриплым воем поклоняются эти животные с голыми задницами! Этого ты хотела, о, Кинф?

Позади на телеге застонал и зашевелился Крифа, и Кинф обернулась. С сожалением глядела она в бледное лицо, на тонкие руки принца – Свари, придворный маг-целитель, сказал, что брат умрет к заходу солнца. Бедный Крифа! И на твою светлую голову навлекла проклятье Кинф – Блуждающая Звезда!

Когда сонки ворвались во дворец, старый Король Андлолор и юный принц, едва посвященный в рыцари, взялись за оружие. Рабы и слуги, в ужасе визжа, разбегались, бросая копья, а дворцовая стража, выставив алебарды вперед, шла против целой орды завоевателей, чтобы быть убитыми уже через десять минут. А завоеватели все шли и шли, как крысы, заполняя своими мохнатыми телами залы.

Верных людей было мало, почти все они были сразу же перебиты, маленькая горстка не смогла защитить королевскую семью. Сонки стали стрелять, и в числе первых был убит Король, закрывший своим телом детей – так утверждал рыцарь Горт, бредущий теперь по болотной грязи вместе с Кинф. Стрела застряла в плече Крифы, но он выдернул её и в следующую минуту его меч напился кровью. Рыцари во главе с Крифой вступили в бой с сонками, удерживая их на лестнице, а её, принцессу, схватил чернокожий раб, и, сунув как узелок под мышку, вынес какими-то темными коридорами на задний двор. Там были готовы лошади, и старый опальный маг Савари, ещё вчера высланный из столицы в провинцию, а теперь таинственным образом здесь оказавшийся, схватил её и бросил в телегу, завалив вонючими невыделанными шкурами. Через минуту рядом положили израненного Крифу.

Минуту, еще минуту назад он был жив и полон сил, а теперь лежал с нею изрубленный и почти мертвый… о, Боги, почему вы не забираете её жизнь вместе с жизнью брата?!

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке