Живая скульптура

Тема

Аннотация: Небьюла 1970 года

Хьюго 1971 года

---------------------------------------------

Теодор Старджон

Незнакомец разжег ее любопытство. Она никак не могла понять, кто он. Впрочем, это было известно немногим. Они встретились в саду на холме, где земля так сладко пахнет поздним летом и свежестью ветра; мужчина ходил вокруг груши, полностью погруженный в свое странное занятие.

Он поднял голову. На него внимательно смотрела стройная девушка лет двадцати пяти. Бесшабашно-отчаянное выражение на свежем личике. Но больше всего в ней привлекали глаза и волосы, сверкавшие пленительным золотисто-рыжим цветом.

Она разглядывала неизвестного — высокого загорелого сорокалетнего мужчину, сжимавшего лепестковый электроскоп, — все больше чувствуя себя незваной гостьей, помешавшей какому-то важному делу,инаконец решила прервать затянувшуюся паузу.

— А Вы... — начала она приличествующим случаю тоном. Но мужчина решительно оборвал фразу. — Подождите, пожалуйста.

Он вложил прибор в ее руку, и она присела, старательно держа его так, чтобы не изменить направления. Незнакомец немного отступил и постучал камертоном по колену. —Нукак? Что он показывает?

Приятный тембр; людей с таким голосом обычно охотно слушают...

Она вглядывалась в хрупкие золотые лепестки на стеклянном диске. — Расходятся!

Он постучал вновь, и лепестки раскрылись еще шире. — Сколько там?

— Когда стучите, где-то сорок пять градусов.

— Отлично! Почти максимум. — Он вытащил из кармана мешочек, высыпал оттуда на землю немного белого порошка. — Теперь я отойду, а Вы будете говорить, что показывает электроскоп.

Он принялся ходить вокруг дерева, вновь и вновь постукивая вилкой прибора, а она объявляла результаты: десять, тридцать, двадцать, ноль! Когда золотистые лепестки раскрывались на максимальную ширину, больше сорока градусов, — незнакомец высыпал еще порцию похожего на мел порошка. В результате постепенно образовывался неровный белый круг. Тогда он вытащил блокнот, изобразил дерево, вычертил контуры возникшей вокруг него полосы. Потом взял у девушки электроскоп. — Вы забрели сюда случайно?

— Да. То есть... Нет. — На долю секунды его губы растянулись. Он не привык улыбаться, решила девушка.

— Будь я юристом, сказал бы, что Вы злонамеренно уклоняетесь от ответа.

Она окинула взглядом холм, переливающийся в лучах заходящего солнца, словно слиток золота. Валуны, пучки уже начинающей редеть поникшей травы, одиноко стоящие деревья, сад. За плечами лежит тяжелый путь...

— А Вы не задавайте таких трудных вопросов. — Она тщетно пыталась улыбнуться: вместо этого из глаз вдруг хлынули слезы.

«Господи, как глупо получилось!» — мелькнула отчаянная мысль. Немного успокоившись, она пробормотала ее извиняющимся тоном.

— Почему?

Ошеломленная непрерывной чередой вопросов, — характерная для него черта, — она смешалась. Ничего удивительного, подобная манера допрашивать всегда ошеломляет, а иногда становится невыносимой. — Нельзя так откровенно, на глазах у посторонних, проявлять свои чувства. Нормальные люди так не поступают!

—Апо-моему, можно. И я еще не встретил ни одного такого «нормального».

— Да, я, наверное, тоже не встречала... Правда, сообразила это только сейчас, после Ваших слов.

— Тогда не кривите душой. И не надо все время повторять про себя: «Что он может подумать!» и тому подобное. Поверьте, мое мнение никак не зависит от Ваших слов. А если не можете, лучше не говорите ничего и просто уйдите. — Она замерла. — Найдите в себе силы быть откровенной. Все важное становится ясным и простым, а в простых вещах признаваться легко.

— Я должна умереть! — отчаянно выкрикнула она.

— Я тоже.

— У меня... рак груди.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Популярные книги автора