Мы с мисс Эпплтри

Тема

Рэй Дуглас Брэдбери

Никто не помнил, как появилась мисс Эпплтри. Казалось, она существует уже многие годы. Всякий раз, когда Норе не удавалось печенье или когда она садилась за завтрак с ненакрашенными губами, Джордж, смеясь, говорил: «Смотри у меня! Убегу с мисс Эпплтри!»

Или когда Джордж проводил вечер с друзьями и возвращался домой слегка не в форме, помятый жерновами времени, Нора обычно говорила:

— Ну, как там мисс Эпплтри?

— Прекрасно, прекрасно, — говорил Джордж. — Но я люблю тебя одну, Нора. Как хорошо дома.

Как видите, мисс Эпплтри была в доме многие годы, невидимая, как запах травы в апреле или как аромат листьев каштана, опадающих в октябре.

Джордж даже описал ее:

— Рослая.

— У меня рост пять футов семь дюймов[1] без каблуков, — сказала Нора.

— Грациозная, — сказал Джордж.

— С возрастом я стала немного полнеть, — признала Нора.

— И волосы золотистые, как у феи, — добавил Джордж.

— У меня волосы становятся серыми, как у мышки, — сказала Нора. — А раньше блестели, как солнце.

— Немногословная, — сказал Джордж.

— А я люблю посплетничать, — откликнулась Нора.

— И меня любит безоглядно, страстно, без тени сомнения в уме или душе, дико, безумно, — сказал Джордж, — как ни одна разумная женщина никогда не смогла бы полюбить такого жалкого, старого мямлю-трутня, как я.

— По твоим словам, она у тебя настоящая лавина, — сказала Нора.

— Да, но знаешь, — сказал Джордж, — когда лавина скатывается дальше и нужно продолжать жить, я всегда обращаюсь к тебе, Нора. Мисс Эпплтри совершенно невозможна. Я всегда возвращаюсь к своей одной-единственной любви, к женщине, которая сомневается, что я, в конце концов, бог, к женщине, которая знает, что я сую правую ногу в левый башмак, и настолько дипломатична, что в такой момент подает мне два правых башмака, женщина, которая понимает, что я флюгер для любого ветра, и тем не менее никогда не пытается внушать мне, что солнце встает на востоке и садится на западе. Так почему же я заблудился? Нора, ты знаешь каждую пору на моем лице, каждую волосинку у меня в ухе, каждую пломбу в зубах — но я люблю тебя.

— Всего хорошего, мисс Эпплтри, — сказала Нора.

Так проходили годы.

— Дай-ка мне молоток и гвозди, — сказал однажды Джордж.

— Зачем? — спросила жена.

— Да вот этот календарь, — сказал он. — Хочу прибить. Листки падают, как оброненная колода карт. Боже правый! Мне сегодня стукнуло пятьдесят! Дай сюда молоток!

Она подошла и чмокнула его в щеку.

— Тебя это не слишком огорчает, верно?

— Вчера меня это не огорчало, — ответил он. — А сегодня бесит. Что такого в этом накоплении десятков, что так пугает мужчину? Когда человеку двадцать девять лет и девять месяцев, это его не волнует. Но когда исполняется тридцать — чертям тошно делается, жизнь окончена, любовь прошла, карьера идет под откос или летит в трубу — на выбор. И человек проходит следующие десять, двадцать лет, минуя тридцатилетие, сорокалетие и двигаясь к пятидесятилетию, разумно не касаясь времени, не пытаясь цепляться за жизнь изо всех сил, давая ветру дуть и реке течь. Но боже, милостивый, неожиданно ты достигаешь пятидесятилетия, этой милой круглой цифры, солидного итога, и тут — бах! Депрессия и ужас. Куда ушли годы? Что ты сделал за свою жизнь?

— Ты вырастил дочь и сына, которые рано создали семьи и живут самостоятельно, — сказала Нора. — Ими можно гордиться!

— Это так, — сказал Джордж. — И все же в такой день, как сегодня, в середине мая, ощущение грустное, осеннее. Ты меня знаешь: я человек настроения. Сын Томаса Вулфа[2]: «О время, о река, горюющие ветры, потерян я, потерян навсегда».

— Тебе нужна мисс Эпплтри, — сказала Нора.

Он удивился и переспросил:

— Что мне нужно?

— Мисс Эпплтри, — сказала Нора. — Та леди, которую мы придумали давно-давно. Высокая, грациозная, без ума от тебя. Великолепная мисс Эпплтри. Дочь Афродиты. Всем мужчинам, которым перевалило за пятьдесят, всем мужчинам, которым жалко себя и грустно, нужна мисс Эпплтри. Любовь.

— Что ты, Нора. У меня же есть ты, — сказал он.

— Да, но я уже не так молода и не так хороша собой, как прежде, — сказала Нора, взяв его за руку. — Раз в жизни каждый мужчина должен гульнуть.

— Ты и вправду так думаешь? — спросил он.

— Я это знаю!

— Но это ведет к разводам.

— Нет, если у жены есть голова на плечах, это ей не грозит. Если она понимает, что он не подличает, а просто взгрустнул, немного не в себе, устал и запутался.

— Мне известно немало мужчин, которые сбежали с мисс Эпплтри — они бросили жен и детей, поломали себе жизнь.

С минуту он поразмыслил, а потом добавил:

— Я много думаю об этом, каждый день, каждый час, каждую минуту. Не следует так много думать о молодых женщинах. Нехорошо это и, возможно, связано с какой-то силой природы; видимо, мне не следует об этом думать, во всяком случае, так много и напряженно.

Когда он оканчивал завтрак, в дверь позвонили. Он и Нора посмотрели друг на друга, и тут послышался легкий стук.

У него был такой вид, будто он хочет встать, но не может себя заставить, так что Нора поднялась и пошла к входной двери. Она медленно повернула ручку и выглянула. За этим последовал разговор.

Он прикрыл глаза и стал слушать, и ему слышалось, как на крыльце разговаривают две женщины. Один голос был тихий, а второй, казалось, набирал силу.

Через несколько минут Нора вернулась к столу.

— Кто это был? — спросил он.

— Представительница торговой фирмы, — сказала Нора.

— Кто-кто?

— Представительница торговой фирмы.

— Что она предлагала купить?

— Она говорила так тихо, что я почти ничего не могла разобрать.

— Как ее зовут?

— Не расслышала, — сказала Нора.

— А как она выглядела?

— Рослая.

— Насколько?

— Очень высокая.

— Приятная внешность?

— Приятная.

— Какого цвета волосы?

— Как солнечный свет.

— Неужто?

— Так, — сказала Нора. — Вот что я тебе скажу. Допивай кофе. Поднимайся из-за стола. Иди в спальню и ложись в постель.

— Повтори, что ты сказала.

— Допивай кофе, поднимайся… — сказала она.

Он пристально посмотрел на нее, медленно взял чашку, выпил все до капли и начал подниматься со стула.

— Погоди, — сказал он, — я же не болен. Зачем мне после завтрака ложиться в постель?

— Вид у тебя неважный, — сказала Нора. — Я требую. Ступай в спальню, раздевайся и ложись.

Он медленно поднялся из-за стола и пошел вверх по ступенькам, а там как-то незаметно разделся и лег. Как только голова его коснулась подушки, ему пришлось бороться со сном.

Через несколько мгновений в тускло освещенной утренним светом спальне он угадал какое-то движение.

Он почувствовал, что кто-то лег на кровать лицом к нему. С закрытыми глазами он услышал свой голос, который неуверенно произнес:

— Что такое? Кто здесь?

С другой подушки промурлыкал голос:

— Кто-кто? — переспросил он.

— Мисс Эпплтри, — ответили ему шепотом.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке