На край света (2 стр.)

Тема

Бобби смеется.

— Слышишь? Хозяйки приглашают нас к столу.

— Спасибо. — Я в некоторой растерянности. Что меня смущает? Может, это незнакомое мне выражение полного счастья на лице брата. Или две хорошенькие, точно с картинки, его приемные дочери. Или же вероятность встретиться с Сарой, которую я почти не знаю, потому что сама не очень-то стремилась ближе с ней познакомиться. — А где ваша… гм… мама?

— На репетиции, — хором отвечают девочки, беря меня за руки и ведя в дом.

— В субботу? — спрашиваю я, оглядываясь на брата.

Он с улыбкой следует за нами.

— Они репетируют почти каждый день. А когда не репетируют, дают спектакли.

— А… дети с кем? С тобой? Ты что теперь, профессиональная нянька? — Досадую на себя за то, что поневоле язвлю. Бобби тридцать четыре года, и он имеет полное право распоряжаться жизнью так, как ему заблагорассудится. Тем более если это дарит ему столько радости. Поворачиваю голову и смотрю рассеянным взглядом на желтизну одуванчиков в льняных девчоночьих волосах.

— По будням наши дети ходят в садик.

Поражаюсь и слову «наши» и легкости, с которой Бобби произносит эту фразу. Такое чувство, что он не услышал моей иронии или счел ее слишком глупой, мелочной и недостойной права быть замеченной. Опять стыжусь своей несдержанности и слегка краснею.

Заходим на кухню. Старшая девочка и правда, будто настоящая хозяйка, целенаправленно проходит к столу, отодвигает стул и, слегка хмуря бровки, дабы казаться взрослее, шлепает рукой по сиденью.

— Это место для тети Джой.

— Спасибо. — Я сажусь.

Бобби останавливается посреди кухни, оглядывается по сторонам и, ничуть не стесняясь некоторого беспорядка, оживленно потирает руки.

— Та-ак! Где у нас живут конфеты и печенье?

— Конфеты и печенье, чур, достаем мы с Лулу! — восклицает старшая девочка. — А ты разогрей чайник и завари чай!

Бобби с шутливой серьезностью кивает, смотрит на меня, и его раскрашенное симпатичное лицо озаряется такой обворожительно милой улыбкой, что у меня ёкает сердце.

— Лулу и Синтии подходить к плите пока что нельзя, — объясняет он. — Потому что они еще маленькие.

— Но очень-очень сколо мы выластем и тогда будем ставить чайник почти каждый день! — восклицает вторая девочка, совсем кроха, с круглыми розовыми щечками и детским двойным подбородочком, по которому так и хочется ее потрепать.

Лулу и Синтия — трижды повторяю про себя я, с улыбкой наблюдая, как Синтия с тем же деловитым видом подтаскивает к буфету табуретку, ставит на нее сестренку, как та открывает дверцы и достает пеструю с выпуклыми цветами и бабочками жестяную коробку.

— Конфеты! — объявляет Синтия, торжественно ставя банку на стол.

Лулу тем временем достает корзинку, неловко поворачивается и чуть не падает с табуретки. Я испуганно вскакиваю, Синтия хватается за личико, а Бобби умудряется пролететь через всю кухню и в последнюю секунду подхватить Лулу на руки.

— Оп-па!

Корзинка с грохотом падает на пол, и печенье — в шоколаде, в разноцветной глазури и с крупными изюминами — рассыпается по полу.

— Ой! — вскрикивает Лулу.

На миг мы все замираем. Бобби взмахивает рукой.

— Ерунда!

Лулу и Синтия переглядываются и хихикают.

— Она сама… — говорит Лулу, указывая на корзинку пухлым Пальчиком.

— Ишь ты какая! — Бобби грозит ни в чем не повинной корзине кулаком, поднимает Лулу под самый потолок и, гудя как самолет, несет ее к столу. — Ничего! Нам хватит и конфет, правда же, гостья?

Он смотрит на меня, а я не сразу понимаю, что обращаются ко мне, поскольку не могу отделаться от странного чувства, будто я на необыкновенном спектакле с моим братом в главной роли и будто это не настоящая кухня, а набор причудливых декораций.

— Конфет? — машинально воспроизвожу его слова. — А, конфет! Ну конечно же… Их вполне хватит.

— И кекса! — объявляет Лулу, показывая на несъеденный кекс.

— У-у! Мы же забыли вымыть за собой кружки! — восклицает Бобби, только сейчас замечая царящий на столе беспорядок. — Давайте-ка живенько исправим оплошность!

Девочки повизгивая хватают по кружке. Лулу — в виде машинки с колесиками, Синтия — кособокую, будто немного смятую с одной стороны. Две другие — половинки сердца — берет Бобби. К раковине они устремляются шумной стайкой.

Наконец все усаживаются за стол.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Похожие книги