Оружие для Хартума

Тема

 и бежевой полувоенной форме почти сливались с каменными глыбами. Они словно являли собой образ бесконечной терпеливости жителей пустыни.

Постепенно приятная прохлада сменяла жгучий зной. Тед Брэди считал минуты: ему давали пить после четвертой дневной молитвы. Но может быть, эти сумерки принесут что-нибудь новое?

Американец закрыл глаза, пытаясь найти какую-либо утешительную мысль. Хартум, этот безобразный, плоский, пыльный город посреди пустыни, в месте слияния Белого и Голубого Нила — город без асфальтированных улиц, больших магазинов и ресторанов, вообще без всего, что положено иметь столице, если не считать прогулочной набережной вдоль Нила, окаймленной высокими бананами, — теперь казался ему недоступным раем. Уже три дня он оставался привязанным к этому столбу, получая на обед немного дураза

 и несколько бананов. Он смирился с тем, что справлять нужду приходилось прямо под собой, и его стражников это нисколько не смущало. Они были не очень жестоки, но покрыты коркой того равнодушия к страданиям, которое нередко встречается в Африке.

Ухо вдруг уловило какой-то новый звук: это был шум мотора. Его сердце забилось чаще. Автомобиль приближался к стоянке с восточной стороны. Теду Брэди удалось повернуть голову, но он ничего не увидел в белесом сумеречном тумане. Он попытался определить источник звука. Если это грузовик, то он спасен.

Машина подъезжала ужасающе медленно. Почти свернув себе шею, Тед Брэди различил горбатый силуэт, какой часто можно встретить в пустыне: сероватый «лендровер». Он подумал, что медлительные грузовики, наверное, отстали где-то позади. Въехав на территорию лагеря, «лендровер» остановился. Два солдата поднялись и направились к нему, лениво таща за собой свои автоматы Калашникова. Из кабины вылез человек, которого Тед Брэди сразу же узнал по круглой голове, покрытой короткими курчавыми волосами. Он был одет в бежевую, хорошо скроенную легкую куртку, и в руках у него не было никакого оружия, — оно ему не требовалось, ибо это был главарь.

Тед Брэди напрасно напрягал слух. Никакой другой звук мотора больше не нарушал тишины пустыни. Он понял, что грузовики не придут. Сперва ему захотелось кричать от отчаяния. Несколько слезинок выкатилось из его опухших и красных глаз, но чувство жажды заставило его забыть о своей тревоге. Он сомкнул веки, снова впав в оцепенелое забытье, одолеваемый смутными кошмарами. Спустя какое-то время он услышал звуки приближающихся шагов и приоткрыл глаза.


Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке