Сто одиннадцатый

Тема

(вместо пролога),

о том, что случилось в ночь на 10 января по московскому времени, в трех с половиной миллиардах километров от Земли

Впереди – чёрное небо, усеянное бессчётными огоньками немигающих звёзд. Самая яркая из них, если наблюдать за нею месяц за месяцем, заметно перемещается, тогда как все остальные неподвижны и не изменяют своего взаимного расположения. Но это и не звезда, а планета Нептун.

Позади – то же чёрное небо с такими же огоньками звёзд, которое не затмевает своим блеском далёкое Солнце. Оно уменьшилось за время пути в несколько раз и кажется теперь меньше теннисного мяча.

Там же позади, невидимая из‑за близости к солнечному диску, осталась покинутая более двух лет назад родная Земля. И огромная планета Уран, изменившая могучим полем тяготения траекторию полёта автоматической межпланетной станции, направившая её к Нептуну – цели полёта.

Уран выполнил свою роль, и теперь расстояние между ним и станцией увеличивается почти на два миллиона километров каждые двадцать четыре часа.

Уран давно не виден. Нептун ещё трудно найти среди звёзд. Вокруг чёрная бездна, и нет этой бездне ни начала, ни конца.

Но пути, по которому с третьей космической скоростью летит ракета, начало было – на Земле, и будет конец – возле Тритона, спутника Нептуна, одной из крупнейших «лун» Солнечной системы, превосходящего своими размерами планету Меркурий.

Конец только через много месяцев, а пока полет в пустоте, в скучном однообразии.

Но скучать некому. Автоматическая межпланетная станция, направленная учёными Земли, чтобы с близкого расстояния «осмотреть» Тритон, исследовать его атмосферу, измерить напряжённость магнитного поля и разрешить множество других вопросов, возникших у астрономов, летит без экипажа. На ней только приборы и электронно‑вычислительные машины. Бесстрастно, точно и неутомимо выполняют они составленную на Земле программу полёта, аккуратно посылая радиограммы с результатами наблюдений.

Огромное тело ракеты, которой солнечные батареи придают некоторое сходство с самолётом, снабжено «глазами» – четырьмя телеобъективами, чутко реагирующими на малейшее изменение в окружающем пространстве. Этим «глазам» помогают локаторы, непрерывно прощупывающие лучами путь впереди ракеты. И те и другие сообщают обо всем, что «видят», главной электронно‑вычислительной машине ЭВМ‑1, управляющей полётом и всеми процессами, происходящими внутри станции. Сделано все, чтобы защитить станцию от любой случайности.

Пока объективам и локаторам нечего зафиксировать для передачи на Землю, радиограммы содержат только краткую сводку о режиме внутри станции – температуре, давлении, состоянии бортовых систем и механизмов. И об интенсивности космических частиц.

Так продолжается месяц за месяцем.

Последняя радиограмма, содержавшая хоть какие‑то данные, помимо внутреннего режима, была передана, когда станция пролетала мимо Урана, в нескольких миллионах километров от гигантской планеты. Следующая будет послана в конце пути. А сейчас передавать нечего. Вокруг станции нет ничего. Нет и не может быть. Пространство между орбитами Урана и Нептуна практически пусто.

Это хорошо знают в координационно‑вычислительном центре управления полётом. Но ежедневно дежурный оператор аккуратно заносит в журнал очередную радиограмму со станции, заносит одни и те же данные, не пропуская ни одной цифры кода, хотя месяц за месяцем эти цифры почти не меняются. Почти – потому что различно число зарегистрированных космических частиц.

Записи в журнале внимательно прочитывают учёные. Прочитывают каждый день, несмотря на то, что знают заранее – ничего нового в журнале нет.

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке